А представьте, если РФ и Китай не зассали, перестали бы мять булки и вписались бы за Иран?
Что будет значить не зассали и вступились?
Оружие рекой.
Россия гонит в Иран:
Системы ПВО (С-400, С-500), чтобы закрыть небо от израильских F-35.
РЭБ (глушилки), чтобы дроны США слепли.
Спутниковые данные (чтоб иранцы видели, куда летят авианосцы).
Танки, артиллерию, снаряды (своих же полно).
Китай гонит:
Дроны (тысячи, дешевые, как «Герани», только китайские).
Электронику, чипы, компоненты для ракет.
Финансы (обход санкций через юани).
Добровольцы.
Без шевронов,без флагов. Но с русской речью и китайскими глазами.
Российские «советники» (те самые, которые в Сирии всё наладили).
Китайские специалисты по кибервойне.
Может быть, даже авиационные группы (как в Корее 50-х, когда «ночные охотники» сбивали американцев).
Ядерный зонтик (самое страшное).
Если США начнут проигрывать конвенционально,у них возникнет соблазн применить тактическое ядерное оружие по иранским объектам.
И вот тут РФ и Китай должны сказать чётко:Троньте Иран ядеркой, мы засчитываем это как удар по нам.
Это балансирование на грани.Но это останавливает.
Иран перестаёт быть одиноким воином.
У него появляется:
Небо, прикрытое российскими С-400.
Глаза, китайские спутники видят каждый манёвр авианосцев.
Ракеты с российскими и китайскими компонентами летят точнее и дальше.
Деньги и запчасти не кончаются.
Авианосцы США уже не могут подходить ближе чем на 500 км.
Дроны сбиваются на подлёте.
Израильские F-35 перестают быть невидимками.
Война заходит в тупик. Как во Вьетнаме, только с современными технологиями.
США в шоке.Абамка перестает срать в наших парадных. Они привыкли воевать с теми, у кого нет больших друзей. А тут нормальные пацаны вписались встали за спиной Ирана. Конгресс в истерике. Трамп (или кто там) орёт: «Нас предали!».
Европа в жопе. Им нужно выбирать: США или газ/нефть/рынки РФ и Китая. Выберут США, но будут ныть.
Нефть за 300.Европа ищет наших трактористов сами знаете зачем. Если Ормуз перекрыт, а война идёт с участием трёх ядерных держав, цена улетает в космос.Дети чиновников кокаин уже не нюхают, а насыпают его на горнолыжных курортах вместо снега.
4. Глобальный Юг (Индия, Африка, Латинка) смотрит и думает: «А может, пора переобуться?».
Мне бы хотелось что бы они вступились.Тут, я бы пошел. потому что это честно и правильно, в жопу политику. наших бьют. хоть иранцы и чурбаны, китайцы косоглазые, а кубинцы просто латиносы.
Когда мы вместе, мы свои и это точно будет битва за свободу Хунь Вей будет биться за меня, Фидель за него, а я старый, больной и толстый водитель автобуса, просто сделаю так, что бы дрон попал в меня, а не в них что бы Хасан вдарил за всех нас.
Я спал и видел окоп. Непонятно где. Может, в иранской пустыне. Может, на подступах к Ормузу. Может, уже на Ладоге.
В этом окопе стоят
Хунь Вей, китаец, который никогда не видел России, но знает, что если сегодня не он, то завтра дрон прилетит в его деревню. У него в руках винтовка, а в голове тысячелетняя мудрость: "Когда приходит беда, не спрашивают, кто ты".
Хасан, иранец, шиит, у которого убили аятоллу, разбомбили город, но который всё ещё верит, что справедливость есть. У него в глазах, огонь, который не погасить никакими бомбами.
Фидель, кубинец, латинос, потомок тех самых ровных пацанов, которые никогда не виляли жопойи как показали тогда штатам фак, так и показывают до сих пор. Он приплыл через полмира, потому что его научили: "Революция или смерть". И он выбрал первое.
И я, водитель автобуса. Старый, толстый,уставший, прошедший суды, потерявший детей, но сохранивший главное, способность закрыть собой другого. Это не суицид.Это высшая форма жизни.
В мире, где элиты бегут, где чиновники торгуют Родиной, где дети пропагандистов моделят в Лондоне, ты вдруг предъявляешь миру то, чего у тебя не отнять: свою смерть как акт любви.
#жизнь #иран
Что будет значить не зассали и вступились?
Оружие рекой.
Россия гонит в Иран:
Системы ПВО (С-400, С-500), чтобы закрыть небо от израильских F-35.
РЭБ (глушилки), чтобы дроны США слепли.
Спутниковые данные (чтоб иранцы видели, куда летят авианосцы).
Танки, артиллерию, снаряды (своих же полно).
Китай гонит:
Дроны (тысячи, дешевые, как «Герани», только китайские).
Электронику, чипы, компоненты для ракет.
Финансы (обход санкций через юани).
Добровольцы.
Без шевронов,без флагов. Но с русской речью и китайскими глазами.
Российские «советники» (те самые, которые в Сирии всё наладили).
Китайские специалисты по кибервойне.
Может быть, даже авиационные группы (как в Корее 50-х, когда «ночные охотники» сбивали американцев).
Ядерный зонтик (самое страшное).
Если США начнут проигрывать конвенционально,у них возникнет соблазн применить тактическое ядерное оружие по иранским объектам.
И вот тут РФ и Китай должны сказать чётко:Троньте Иран ядеркой, мы засчитываем это как удар по нам.
Это балансирование на грани.Но это останавливает.
Иран перестаёт быть одиноким воином.
У него появляется:
Небо, прикрытое российскими С-400.
Глаза, китайские спутники видят каждый манёвр авианосцев.
Ракеты с российскими и китайскими компонентами летят точнее и дальше.
Деньги и запчасти не кончаются.
Авианосцы США уже не могут подходить ближе чем на 500 км.
Дроны сбиваются на подлёте.
Израильские F-35 перестают быть невидимками.
Война заходит в тупик. Как во Вьетнаме, только с современными технологиями.
США в шоке.
Европа в жопе. Им нужно выбирать: США или газ/нефть/рынки РФ и Китая. Выберут США, но будут ныть.
Нефть за 300.Европа ищет наших трактористов сами знаете зачем. Если Ормуз перекрыт, а война идёт с участием трёх ядерных держав, цена улетает в космос.
4. Глобальный Юг (Индия, Африка, Латинка) смотрит и думает: «А может, пора переобуться?».
Мне бы хотелось что бы они вступились.Тут, я бы пошел. потому что это честно и правильно, в жопу политику. наших бьют. хоть иранцы и чурбаны, китайцы косоглазые, а кубинцы просто латиносы.
Когда мы вместе, мы свои и это точно будет битва за свободу Хунь Вей будет биться за меня, Фидель за него, а я старый, больной и толстый водитель автобуса, просто сделаю так, что бы дрон попал в меня, а не в них что бы Хасан вдарил за всех нас.
Я спал и видел окоп. Непонятно где. Может, в иранской пустыне. Может, на подступах к Ормузу. Может, уже на Ладоге.
В этом окопе стоят
Хунь Вей, китаец, который никогда не видел России, но знает, что если сегодня не он, то завтра дрон прилетит в его деревню. У него в руках винтовка, а в голове тысячелетняя мудрость: "Когда приходит беда, не спрашивают, кто ты".
Хасан, иранец, шиит, у которого убили аятоллу, разбомбили город, но который всё ещё верит, что справедливость есть. У него в глазах, огонь, который не погасить никакими бомбами.
Фидель, кубинец, латинос, потомок тех самых ровных пацанов, которые никогда не виляли жопой
И я, водитель автобуса. Старый, толстый,уставший, прошедший суды, потерявший детей, но сохранивший главное, способность закрыть собой другого. Это не суицид.Это высшая форма жизни.
В мире, где элиты бегут, где чиновники торгуют Родиной, где дети пропагандистов моделят в Лондоне, ты вдруг предъявляешь миру то, чего у тебя не отнять: свою смерть как акт любви.
#жизнь #иран
👍3❤1💯1
Ты не умрёшь за идею. Ты не умрёшь за Путина, Байдена или Хаменеи. Ты умрёшь за конкретных людей, которые стоят рядом. За Хасана, который будет биться за всех. За Хунь Вея, который пришёл из далёкого Китая. За Фиделя, который помнит Че Гевару.
В этом тексте, нет никакого отчаяния, мы все умрем непременно и я по любому до чего то не доживу, как собственно и все остальные.
разница только в том, как я стану ветром, а то что потом я буду котом, сомнений нет)
#жизнь
В этом тексте, нет никакого отчаяния, мы все умрем непременно и я по любому до чего то не доживу, как собственно и все остальные.
разница только в том, как я стану ветром, а то что потом я буду котом, сомнений нет)
#жизнь
👍3🔥2
Не кольт, а закон делает людей равными.
Кольт дает преимущество тому, кто быстрее и метче, а Закон должен быть тем самым уравнителем, перед которым и сильный, и слабый стоят в одной очереди.
Но в у нас в головах произошел системный сбой: закон перестал быть арбитром и стал инструментом. Вместо того чтобы создавать правила игры, он начал обслуживать интересы одной стороны за счет другой. Когда закон говорит: Вы равны, но вот тебе дети и деньги, а тебе, долги, алименты и фотокарточка, это уже не равенство, это социальная инженерия по выращиванию манкуртов.
И проблема не в буквах на бумаге, а в том, как их трактует судья которая в 90% случаев,такая же женщина из системы мама + бабушка:
Приоритет матери: В законе написано «родители равны», но на практике суды отдают детей матерям в 95-98% случаев, если она не законченная алкоголичка. Мужчина для системы, это ходячий кошелек, а не родитель.
Ничтожность брачных договоров: Брачный контракт в РФ можно оспорить, просто заявив, что он несправедлив. На Западе контракт, это святыня, у нас, филькина грамота.
Алиментный террор: Система взыскания работает как часы, а система обеспечения прав отца на общение никак. Приставы радостно арестуют счета мужчины, но и пальцем не ударят, если мать прячет ребенка.
В итоге, закон в России, это инструмент дрессировки мужчины. Его заставляют платить за то, что у него отобрали. На Западе закон, это правила дележки убытков, у нас, это способ легального грабежа под прикрытием интересов ребенка.
Это и есть корень того пассивного поведения которое лично я наблюдаю из окна автобуса.
Как вы понимаете, это мои оценочные суждения.
#жизнь #путьотца
Кольт дает преимущество тому, кто быстрее и метче, а Закон должен быть тем самым уравнителем, перед которым и сильный, и слабый стоят в одной очереди.
Но в у нас в головах произошел системный сбой: закон перестал быть арбитром и стал инструментом. Вместо того чтобы создавать правила игры, он начал обслуживать интересы одной стороны за счет другой. Когда закон говорит: Вы равны, но вот тебе дети и деньги, а тебе, долги, алименты и фотокарточка, это уже не равенство, это социальная инженерия по выращиванию манкуртов.
И проблема не в буквах на бумаге, а в том, как их трактует судья которая в 90% случаев,такая же женщина из системы мама + бабушка:
Приоритет матери: В законе написано «родители равны», но на практике суды отдают детей матерям в 95-98% случаев, если она не законченная алкоголичка. Мужчина для системы, это ходячий кошелек, а не родитель.
Ничтожность брачных договоров: Брачный контракт в РФ можно оспорить, просто заявив, что он несправедлив. На Западе контракт, это святыня, у нас, филькина грамота.
Алиментный террор: Система взыскания работает как часы, а система обеспечения прав отца на общение никак. Приставы радостно арестуют счета мужчины, но и пальцем не ударят, если мать прячет ребенка.
В итоге, закон в России, это инструмент дрессировки мужчины. Его заставляют платить за то, что у него отобрали. На Западе закон, это правила дележки убытков, у нас, это способ легального грабежа под прикрытием интересов ребенка.
Это и есть корень того пассивного поведения которое лично я наблюдаю из окна автобуса.
Как вы понимаете, это мои оценочные суждения.
#жизнь #путьотца
👍8💯1😨1
Зима закончилась, тем не менее сегодня у меня выходной и заточив в ночи банку тушёнки, приобретенной по рекомендации камрадов, лежа при лучине под лоскутным одеялом, чувствуя как сытость теплым лапами обволакивает меня под мурлыканье кота, разразился следующим текстом.
#жизнь
#жизнь
🔥2
Мороз под сорок. Автобус греется долго, солярка парафинится, руки коченеют даже в перчатках. Я сижу в кабине, стекло запотело, дворники примерзли. Еще пятнадцать минут до выезда. Можно посидеть, подышать в воротник.
Сегодня я везу людей. Завтра повезу. Послезавтра тоже повезу. Социальный маршрут, это значит, едут старики с льготными проездными, едут матери с колясками, едут работяги до завода. Моя работа, довезти. Ничего личного.
Но внутри, под курткой, под ватником, под тремя слоями синтетики, сидит одна мысль. Она не новая, она старая, как этот маршрут. Она просто стала прозрачной. Как лед. Как стекло, которое вот-вот треснет.
Мысль простая: работа перестала быть дорогой.
Я из 1970-х. Я застал время, когда работа была билетом. Ты приходил в парк, на завод, пахал, и через десять лет у тебя была квартира. Не купленная в кредит на три поколения вперед, а твоя. Ключи. Комната. Стены. У тебя была семья, стабильность, вечером телевизор, летом дача, пенсия впереди не пугала, потому что она была заслуженной.
Сейчас об этом грустно и смешно вспоминать. Сейчас работа, это просто повод не умереть сегодня. Ты работаешь, чтобы заплатить за тепло. Ты работаешь, чтобы жрать. Ты работаешь, чтобы завтра опять сесть за руль и опять везти людей по тому же маршруту. Круг замкнулся. Кольцо маршрута, кольцо жизни.
Раньше лояльность награждалась. Ты был предан парку, заводу завод давал тебе угол. Сейчас лояльность, это просто стертая шея. Ярмо. Хомут, который надели, а снять нельзя, потому что за бортом минус тридцать и ветер.
Пандемия показала всем, кто не понимал. Можно было гореть на работе, ночевать в автобусе, не брать больничных, а потом тебе говорят: Извини, кризис, оптимизация, ты свободен. И ты выходишь на улицу, и там зима. И ты понимаешь, что ты не нужен. Ты, функция. Как дворник, как печка, как колесо. Стерлось, выбросили.
Поколение Z, которое сейчас не пнул только ленивый говорит про выгорание и увольняется по-английски, они правы по-своему. Они родились в этот мир, где работа, это ловушка. У них нет иллюзий. Они не помнят 70-х. Они сразу увидели, что за дверью, холод, а в цеху, ярмо. И они говорят: Я буду делать ровно столько, чтобы не сдохнуть. Остальное, моя жизнь.
Я их понимаю. Я им завидую и не завидую одновременно. У них нет базы для сравнения. У меня есть. Я знаю, что можно жить иначе. Я это видел. Это моё проклятие. Я как тот мужик, который помнит вкус мяса, а теперь грызет корку. Корка, это нормально, корка, это жизнь. Но память о мясе, это осознание.
И вот я сижу в кабине, стекло оттаивает, за ним начинается серый рассвет. Люди заходят, машут карточками, садятся на холодные сиденья. Мы едем. Сотни остановок, вперед, потом назад , потом опять.
Я смотрю на свои руки. Руки водителя. Кожа сухая, шрамы от ключей, от мороза. Эти руки крутили баранку тридцать лет. Что они накрутили? Километры, да. Деньги, нет. Жилье, нет. Покой, нет.
Я ленивый, я не стал главой Газпрома или успешным бизнесменом. Я просто возил людей.
Жить осталось лет пятнадцать. Если повезет. Если сердце не сдаст, если на скользкой дороге не вылетит газель на встречку. Пятнадцать лет, это срок. Можно было бы что-то сделать, но делать ничего не хочется. Потому что осознание, штука тяжелая. Оно как центр тяжести в автобусе, если сдвинется, машину в кювет унесет.
Осознание говорит: Ты не вписался в рынок. Но это неправда. Рынок, это базар. А я не торгаш. Я водила. Я везу людей. Я делаю нужную работу. Просто эту работу решили не ценить. Решили, что она стоит копейки, а перепродажа воздуха, миллионы. Решили, что человек с рулем, это винтик, а человек с кредитным ноутбуком это голова.
Но голова без винтиков не едет. Ирония в том, что я это понимаю, а они, нет. Они думают, что автобусы едут сами. Что тепло в домах берется из ниоткуда. Что хлеб в магазине сам приползает.
Я мог бы злиться. Но злость жрет топливо. Ее надо кормить, а у меня и так пайка маленькая.
Сегодня я везу людей. Завтра повезу. Послезавтра тоже повезу. Социальный маршрут, это значит, едут старики с льготными проездными, едут матери с колясками, едут работяги до завода. Моя работа, довезти. Ничего личного.
Но внутри, под курткой, под ватником, под тремя слоями синтетики, сидит одна мысль. Она не новая, она старая, как этот маршрут. Она просто стала прозрачной. Как лед. Как стекло, которое вот-вот треснет.
Мысль простая: работа перестала быть дорогой.
Я из 1970-х. Я застал время, когда работа была билетом. Ты приходил в парк, на завод, пахал, и через десять лет у тебя была квартира. Не купленная в кредит на три поколения вперед, а твоя. Ключи. Комната. Стены. У тебя была семья, стабильность, вечером телевизор, летом дача, пенсия впереди не пугала, потому что она была заслуженной.
Сейчас об этом грустно и смешно вспоминать. Сейчас работа, это просто повод не умереть сегодня. Ты работаешь, чтобы заплатить за тепло. Ты работаешь, чтобы жрать. Ты работаешь, чтобы завтра опять сесть за руль и опять везти людей по тому же маршруту. Круг замкнулся. Кольцо маршрута, кольцо жизни.
Раньше лояльность награждалась. Ты был предан парку, заводу завод давал тебе угол. Сейчас лояльность, это просто стертая шея. Ярмо. Хомут, который надели, а снять нельзя, потому что за бортом минус тридцать и ветер.
Пандемия показала всем, кто не понимал. Можно было гореть на работе, ночевать в автобусе, не брать больничных, а потом тебе говорят: Извини, кризис, оптимизация, ты свободен. И ты выходишь на улицу, и там зима. И ты понимаешь, что ты не нужен. Ты, функция. Как дворник, как печка, как колесо. Стерлось, выбросили.
Поколение Z, которое сейчас не пнул только ленивый говорит про выгорание и увольняется по-английски, они правы по-своему. Они родились в этот мир, где работа, это ловушка. У них нет иллюзий. Они не помнят 70-х. Они сразу увидели, что за дверью, холод, а в цеху, ярмо. И они говорят: Я буду делать ровно столько, чтобы не сдохнуть. Остальное, моя жизнь.
Я их понимаю. Я им завидую и не завидую одновременно. У них нет базы для сравнения. У меня есть. Я знаю, что можно жить иначе. Я это видел. Это моё проклятие. Я как тот мужик, который помнит вкус мяса, а теперь грызет корку. Корка, это нормально, корка, это жизнь. Но память о мясе, это осознание.
И вот я сижу в кабине, стекло оттаивает, за ним начинается серый рассвет. Люди заходят, машут карточками, садятся на холодные сиденья. Мы едем. Сотни остановок, вперед, потом назад , потом опять.
Я смотрю на свои руки. Руки водителя. Кожа сухая, шрамы от ключей, от мороза. Эти руки крутили баранку тридцать лет. Что они накрутили? Километры, да. Деньги, нет. Жилье, нет. Покой, нет.
Я ленивый, я не стал главой Газпрома или успешным бизнесменом. Я просто возил людей.
Жить осталось лет пятнадцать. Если повезет. Если сердце не сдаст, если на скользкой дороге не вылетит газель на встречку. Пятнадцать лет, это срок. Можно было бы что-то сделать, но делать ничего не хочется. Потому что осознание, штука тяжелая. Оно как центр тяжести в автобусе, если сдвинется, машину в кювет унесет.
Осознание говорит: Ты не вписался в рынок. Но это неправда. Рынок, это базар. А я не торгаш. Я водила. Я везу людей. Я делаю нужную работу. Просто эту работу решили не ценить. Решили, что она стоит копейки, а перепродажа воздуха, миллионы. Решили, что человек с рулем, это винтик, а человек с кредитным ноутбуком это голова.
Но голова без винтиков не едет. Ирония в том, что я это понимаю, а они, нет. Они думают, что автобусы едут сами. Что тепло в домах берется из ниоткуда. Что хлеб в магазине сам приползает.
Я мог бы злиться. Но злость жрет топливо. Ее надо кормить, а у меня и так пайка маленькая.
💯4👍2🔥1
Я мог бы пить. Но на питье нужны деньги. Нищета отнимает даже право на порок. Хочешь забыться, плати. Нет денег, сиди трезвый и смотри в стекло.
Я мог бы уйти в религию, в политику, в секту. Но поздно. Мозг уже заточен под другое: под зеркала, под педали, под остановки. Я слишком долго был машиной, чтобы теперь стать человеком.
Иногда я думаю про климат. Если бы я родился в Испании, я бы бросил всё, взял палатку и ушел к морю. Там можно не работать зимой, там зимы нет. Там можно сидеть в кафе с чашкой кофе за евро и делать вид, что ты свободен. Там холод не убивает за сутки.
Но я здесь. Здесь зима, это оружие массового поражения. Она не спрашивает, есть ли у тебя работа. Она просто приходит. И ты идёшь на работу, потому что дома холодно, потому что счетчик накручивает, потому что без денег не купишь дрова, не заплатишь за свет, не согреешь чай.
Мы живем в системе, где выбор, это иллюзия. Лосось или лосось. Работай за пайку или умри на морозе. Демократия, мать ее. Никто не заставляет. Ты сам выбираешь. Выбираешь, как сдохнуть: быстро или медленно. С крышей или под забором.
Я выбрал медленно. Сижу в кабине, грею руки, смотрю на пассажиров. Они тоже выбрали. Едут на завод, едут в больницу, едут к внукам. Все что-то выбрали. Все делают вид, что у них есть выбор.
Но если вглядеться в их лица, в эти серые, усталые, обветренные лица, видно одно: они знают. Они тоже знают. Просто молчат. Потому что говорить об этом вслух, значит признать, что ты в ловушке. А признав, надо что-то делать. А делать нечего.
Поэтому мы едем молча. Автобус трясется на мёрзлой дороге. За окном, одинаковые дома, одинаковые остановки, одинаковые люди. Скоро весна. Потом опять осень. Потом опять зима. И так до тех пор, пока однажды я не выйду на конечной и не пойму, что ехать больше некуда.
Мозг замерзает. При минус тридцать он становится хрупким. Если ударить, расколется на куски. Но если не трогать, он превращается в кристалл. Прозрачный, холодный, красивый. В нем видно всё: прошлое, настоящее, ложь, правду, цепь, баранку, пустоту.
Кристалл не греет. Но он видит. А видеть, это единственное, что у меня осталось.
Вот так. Без советов. Без надежды. Без жалости. Просто факт: утро, автобус, мороз, осознание. Добро пожаловать в реальность. Билеты при входе.
#жизнь #лирика
Я мог бы уйти в религию, в политику, в секту. Но поздно. Мозг уже заточен под другое: под зеркала, под педали, под остановки. Я слишком долго был машиной, чтобы теперь стать человеком.
Иногда я думаю про климат. Если бы я родился в Испании, я бы бросил всё, взял палатку и ушел к морю. Там можно не работать зимой, там зимы нет. Там можно сидеть в кафе с чашкой кофе за евро и делать вид, что ты свободен. Там холод не убивает за сутки.
Но я здесь. Здесь зима, это оружие массового поражения. Она не спрашивает, есть ли у тебя работа. Она просто приходит. И ты идёшь на работу, потому что дома холодно, потому что счетчик накручивает, потому что без денег не купишь дрова, не заплатишь за свет, не согреешь чай.
Мы живем в системе, где выбор, это иллюзия. Лосось или лосось. Работай за пайку или умри на морозе. Демократия, мать ее. Никто не заставляет. Ты сам выбираешь. Выбираешь, как сдохнуть: быстро или медленно. С крышей или под забором.
Я выбрал медленно. Сижу в кабине, грею руки, смотрю на пассажиров. Они тоже выбрали. Едут на завод, едут в больницу, едут к внукам. Все что-то выбрали. Все делают вид, что у них есть выбор.
Но если вглядеться в их лица, в эти серые, усталые, обветренные лица, видно одно: они знают. Они тоже знают. Просто молчат. Потому что говорить об этом вслух, значит признать, что ты в ловушке. А признав, надо что-то делать. А делать нечего.
Поэтому мы едем молча. Автобус трясется на мёрзлой дороге. За окном, одинаковые дома, одинаковые остановки, одинаковые люди. Скоро весна. Потом опять осень. Потом опять зима. И так до тех пор, пока однажды я не выйду на конечной и не пойму, что ехать больше некуда.
Мозг замерзает. При минус тридцать он становится хрупким. Если ударить, расколется на куски. Но если не трогать, он превращается в кристалл. Прозрачный, холодный, красивый. В нем видно всё: прошлое, настоящее, ложь, правду, цепь, баранку, пустоту.
Кристалл не греет. Но он видит. А видеть, это единственное, что у меня осталось.
Вот так. Без советов. Без надежды. Без жалости. Просто факт: утро, автобус, мороз, осознание. Добро пожаловать в реальность. Билеты при входе.
#жизнь #лирика
👍7🔥4❤1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Ну и о наших новостях.
Блогера Арсена Маркаряна приговорили к 4,5 годам колонии общего режима по делу о реабилитации нацизма.
#жизнь
Блогера Арсена Маркаряна приговорили к 4,5 годам колонии общего режима по делу о реабилитации нацизма.
#жизнь
🤬3
Записки водителя автобуса
Ну и о наших новостях. Блогера Арсена Маркаряна приговорили к 4,5 годам колонии общего режима по делу о реабилитации нацизма. #жизнь
Что я думаю.
Четыре с половиной года колонии общего режима. Для обывателя, приговор. Для блогера, командировка.
Обыватель увидит нары, баланду и прогулки по расписанию. Тот, кто хоть раз пытался удержать внимание толпы дольше тридцати секунд, видит другое: идеальный коворкинг, аудиторию с пожизненной лояльностью и полное отсутствие баннерной слепоты.
Арсен Маркарян прошел длинный путь. Сначала он учил людей есть правильную еду, потом, думать правильные мысли, а под конец свободы, задавать правильные вопросы. Вопросы, возможно, и привели его туда, где он сейчас находится. Формально, за решетку. Фактически, в эпицентр той самой боли, о которой он вещал годами через экраны смартфонов.
Ведь о чем на самом деле были его последние стримы? О том, что мужчина в современной России, фигура заведомо уязвимая. Что суды не слышат, законы не защищают, а семья может превратиться в финансовое обязательство без права голоса. Он собирал под своими видео тех, кто уже обжегся, и тех, кто только принюхивался к огню. И вот теперь он оказался там, где таких мужчин, абсолютное большинство.
Колония общего режима, место страшное только для того, у кого нет дара речи. Для человека, который десять лет удерживал внимание аудитории на монотонных рассуждениях о справедливости, общий режим, это не тюрьма, это сцена с пожизненной подпиской.
Здесь, в отряде, нет случайных людей. Каждый второй, так или иначе жертва системы, которую Маркарян препарировал в своих роликах. Каждый третий, потерял семью, имущество или право видеть детей ровно по тем схемам, которые блогер раскладывал по полочкам в своих эфирах. И теперь эти схемы можно объяснять не абстрактной аудитории с аватарами котиков, а живым людям, у которых отобрали всё.
В этом и кроется главная ирония, которую государство, кажется, не просчитало. Отправляя блогера в колонию, его не изолировали от последователей. Наоборот, его поселили с ними. На одних нарах. В одной столовой. В одном прогулочном дворике.
Теперь у него нет монтажа, нет оператора, нет цензуры YouTube и замедленного Telegram. Но у него есть главное, что нужно настоящему трибуну, живой контакт и безграничное доверие. Здесь его не заблокируешь, не забанишь и не оштрафуешь за неправильный тэг. Здесь слова работают как цемент: схватываются намертво.
Четыре года, это огромный срок. Это сотни лиц, которые пройдут через отряд, впитают его логику, его аргументы, его способ смотреть на мир, а потом выйдут на свободу. Они выйдут не просто отсидевшими, они выйдут обнуленными и заряженными. Они понесут дальше то, что услышали от него в тихие вечера в курилке, когда говорить было больше не о чем, кроме как о жизни, смерти и справедливости.
Маркарян всегда хотел донести мысль до тех, кто не слышит. Он пробовал через YouTube, через Telegram, через личные консультации. И только сейчас, получив четыре года общего режима, он получил идеальный канал коммуникации. Тот самый, куда не доходят сигналы внешнего мира, зато идеально доходят сигналы внутреннего убеждения.
Так что приговор суда, это не изоляция. Это засев. Сажать блогера в тюрьму за слова о мужской доле, всё равно что отправлять священника в монастырь за проповеди о Боге. Формально, наказание. Фактически, повышение в должности.
Четыре года спустя на свободу выйдет не просто блогер, отсидевший срок за резкие выражения. На свободу выйдет человек, который провел четыре года внутри самой концентрированной мужской боли страны. И он будет знать о ней всё.
Как вы понимаете, это мои оценочные суждения.
#жизнь #путьотца
Четыре с половиной года колонии общего режима. Для обывателя, приговор. Для блогера, командировка.
Обыватель увидит нары, баланду и прогулки по расписанию. Тот, кто хоть раз пытался удержать внимание толпы дольше тридцати секунд, видит другое: идеальный коворкинг, аудиторию с пожизненной лояльностью и полное отсутствие баннерной слепоты.
Арсен Маркарян прошел длинный путь. Сначала он учил людей есть правильную еду, потом, думать правильные мысли, а под конец свободы, задавать правильные вопросы. Вопросы, возможно, и привели его туда, где он сейчас находится. Формально, за решетку. Фактически, в эпицентр той самой боли, о которой он вещал годами через экраны смартфонов.
Ведь о чем на самом деле были его последние стримы? О том, что мужчина в современной России, фигура заведомо уязвимая. Что суды не слышат, законы не защищают, а семья может превратиться в финансовое обязательство без права голоса. Он собирал под своими видео тех, кто уже обжегся, и тех, кто только принюхивался к огню. И вот теперь он оказался там, где таких мужчин, абсолютное большинство.
Колония общего режима, место страшное только для того, у кого нет дара речи. Для человека, который десять лет удерживал внимание аудитории на монотонных рассуждениях о справедливости, общий режим, это не тюрьма, это сцена с пожизненной подпиской.
Здесь, в отряде, нет случайных людей. Каждый второй, так или иначе жертва системы, которую Маркарян препарировал в своих роликах. Каждый третий, потерял семью, имущество или право видеть детей ровно по тем схемам, которые блогер раскладывал по полочкам в своих эфирах. И теперь эти схемы можно объяснять не абстрактной аудитории с аватарами котиков, а живым людям, у которых отобрали всё.
В этом и кроется главная ирония, которую государство, кажется, не просчитало. Отправляя блогера в колонию, его не изолировали от последователей. Наоборот, его поселили с ними. На одних нарах. В одной столовой. В одном прогулочном дворике.
Теперь у него нет монтажа, нет оператора, нет цензуры YouTube и замедленного Telegram. Но у него есть главное, что нужно настоящему трибуну, живой контакт и безграничное доверие. Здесь его не заблокируешь, не забанишь и не оштрафуешь за неправильный тэг. Здесь слова работают как цемент: схватываются намертво.
Четыре года, это огромный срок. Это сотни лиц, которые пройдут через отряд, впитают его логику, его аргументы, его способ смотреть на мир, а потом выйдут на свободу. Они выйдут не просто отсидевшими, они выйдут обнуленными и заряженными. Они понесут дальше то, что услышали от него в тихие вечера в курилке, когда говорить было больше не о чем, кроме как о жизни, смерти и справедливости.
Маркарян всегда хотел донести мысль до тех, кто не слышит. Он пробовал через YouTube, через Telegram, через личные консультации. И только сейчас, получив четыре года общего режима, он получил идеальный канал коммуникации. Тот самый, куда не доходят сигналы внешнего мира, зато идеально доходят сигналы внутреннего убеждения.
Так что приговор суда, это не изоляция. Это засев. Сажать блогера в тюрьму за слова о мужской доле, всё равно что отправлять священника в монастырь за проповеди о Боге. Формально, наказание. Фактически, повышение в должности.
Четыре года спустя на свободу выйдет не просто блогер, отсидевший срок за резкие выражения. На свободу выйдет человек, который провел четыре года внутри самой концентрированной мужской боли страны. И он будет знать о ней всё.
Как вы понимаете, это мои оценочные суждения.
#жизнь #путьотца
❤10
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Ну и напоминаю вам о #плюсыбрака
А то вдруг вы забыли.
А то вдруг вы забыли.
😁1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
К вопросу о изменении мира.
Звук тут не принципиален, просто посмотрите и скажите, не заметили ли вы тут нечто не обычное.
#жизнь
Звук тут не принципиален, просто посмотрите и скажите, не заметили ли вы тут нечто не обычное.
#жизнь
🤯4
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
К вопросу о равных правах
#жизнь
#жизнь
😁4💯2🤔1🤝1
В Госдуме предложили сократить рабочую пятницу для женщин на два часа
https://www.rbc.ru/rbcfreenews/69aa73e69a7947320fe6f2c3
Ирония в том, что Чернышов даже не скрывает базу. Он прямо говорит: сохранить зарплату. То есть платить за одно и то же время по-разному. За 40 часов мужчинам, одну сумму, за 30 часов женщинам, такую же.
Гендерный разрыв в оплате труда, о котором так любят говорить, предлагается устранить, сокращением женского труда при сохранении денег. Блестяще. Просто блестяще.
Осталось только решить, кто будет работать эти потерянные 10 часов. Но это, видимо, уже не депутатская забота.
Хорошо быть щедрым за чужой счёт. Особенно когда чужой, это просто, в их понимании это мужик, у которого по умолчанию нет прав, но есть обязанность терпеть и платить.
#жизнь #путьотца
https://www.rbc.ru/rbcfreenews/69aa73e69a7947320fe6f2c3
Ирония в том, что Чернышов даже не скрывает базу. Он прямо говорит: сохранить зарплату. То есть платить за одно и то же время по-разному. За 40 часов мужчинам, одну сумму, за 30 часов женщинам, такую же.
Гендерный разрыв в оплате труда, о котором так любят говорить, предлагается устранить, сокращением женского труда при сохранении денег. Блестяще. Просто блестяще.
Осталось только решить, кто будет работать эти потерянные 10 часов. Но это, видимо, уже не депутатская забота.
Хорошо быть щедрым за чужой счёт. Особенно когда чужой, это просто, в их понимании это мужик, у которого по умолчанию нет прав, но есть обязанность терпеть и платить.
#жизнь #путьотца
💯3🤬2😢2
Знакомьтесь. Дарья Карасева — молодой политик с потенциалом
Глава регионального отделения партии «Новые люди» и депутат Заксобрания представляет новое поколение политиков. Карасева запомнилась яркими уличными акциями и принципиальной позицией против отмены муниципальных выборов. Она получила магистерскую степень по менеджменту в РЭУ им. Плеханова. На данный момент состоит в комитете по бюджетной, финансово-экономической политике и собственности. По словам экспертов, у Карасевой есть все шансы со временем укрепить свои позиции в рейтинге влиятельности.
Глава регионального отделения партии «Новые люди» и депутат Заксобрания представляет новое поколение политиков. Карасева запомнилась яркими уличными акциями и принципиальной позицией против отмены муниципальных выборов. Она получила магистерскую степень по менеджменту в РЭУ им. Плеханова. На данный момент состоит в комитете по бюджетной, финансово-экономической политике и собственности. По словам экспертов, у Карасевой есть все шансы со временем укрепить свои позиции в рейтинге влиятельности.
🤣1🤝1
Давно я не рассказывал сказок. Начну пожалуй тезисно. Давайте представим.
После ликвидации иранского сопротивления БРИКС теряет свой последний идеологический и энергетический противовес западу. Китай, оценив риски, переходит к стратегии Тихого поглощения северных территорий. США, в свою очередь, настаивают на демонтаже российской военной машины в обмен на снятие санкций и доступ к технологиям выживания в котором первым пунктом будут стоять айфон и дайсон.
Внезапно логика Госдепа и Пекина совпадает: во главе России не должен стоять пассионарный самец созидатель. Нужна фигура, чья психология заточена на социалку, те на потребление.
На посту президента РФ оказывается условная Нинель Сотанина из мира тумана. Одна из тех, профессиональных политичег, выросших в системе распределения благ. Её усилия направлены не на экспансию, а на справедливый делёж ресурсов внутри страны. Бабушки рукоплещут, 45 летние девушки с тремя детьми от разных браков наконец то сами добиваются всего.
В отличие от мужчины-стратега, женщина-потребитель у власти, видит государство как большую кормушку. Ей не нужны авианосцы, ей нужны гарантированные транши от США/Китая за нефть, чтобы набить холодильники электорату и обеспечить теплоту попы женскому большинству.
Вашингтон и Пекин заключают с Сотаниной сделку. РФ официально признается Международной Энергетической Территорией (МЭТ).
Внешняя политика. Нефть и газ текут бесперебойно под охраной ЧВК, нанятых западными корпорациями. Сотанина получает фиксированную комиссию прямо на счета Социального Фонда.Женщины в восторге от перераспределения мирового капитала и рассказывают про то, что она добилась всего сама
Внутренняя политика: Сотанина реализует мечту хозяйки. Она создает рай для женщин: пособия, приоритет во всем, полная власть над детьми. Мужчины в этой схеме официально переводятся в категорию Обслуживающего персонала.
Чтобы бензоколонка работала тихо, Сотанина вводит Кодекс Гармонии:
Семья объявляется пережитком Тёмной Войны. Ребенок, ресурс государства и матери. Отец, обязан выплачивать налог на воспроизводство (до 80% дохода).
Любой мужчина, требующий прав или созидания (науки, космоса, власти), объявляется токсичным элементом, мешающим сиянию социальной стабильности.
Мужчины сами, без принуждения, надевают ошейник мужика-обеспеченца. Ведь если ты хороший, настоящий мужик, Сотанина даст тебе койку в общежитии при скважине и чекушку спирта вечером. Если нет, ты девиант и покойник.
В итоге США получают дешевое сырье без риска ядерной войны. Сотанина получает вечную власть, опираясь на лояльное женское большинство, которое боится потерять пособия. А мужчины...Слово мужчина будет признано оскорбительным. Будут только мужики которые гордятся тем, что они настоящие, потому что безропотно тянут лямку на бензоколонке, пока их не заменят новые, выращенные в инкубаторах Гармонии налогоплательщики.
Я полагаю, это будет логически безупречная машина по переработке страны в сырье, где женская психология потребления служит идеальным предохранителем от любого восстания.
А как вы думаете, что более реально, описанный мною сценарий или все же осознание и признание того, что Отечество, прежде всего предполагает отцовство, а не матчество. Что Бог в России, это Отец, Сын и Святой дух, а не бабка, мамка и их дочь? Расскажите об этом в коментариях.
#жизнь #иран
После ликвидации иранского сопротивления БРИКС теряет свой последний идеологический и энергетический противовес западу. Китай, оценив риски, переходит к стратегии Тихого поглощения северных территорий. США, в свою очередь, настаивают на демонтаже российской военной машины в обмен на снятие санкций и доступ к технологиям выживания в котором первым пунктом будут стоять айфон и дайсон.
Внезапно логика Госдепа и Пекина совпадает: во главе России не должен стоять пассионарный самец созидатель. Нужна фигура, чья психология заточена на социалку, те на потребление.
На посту президента РФ оказывается условная Нинель Сотанина из мира тумана. Одна из тех, профессиональных политичег, выросших в системе распределения благ. Её усилия направлены не на экспансию, а на справедливый делёж ресурсов внутри страны. Бабушки рукоплещут, 45 летние девушки с тремя детьми от разных браков наконец то сами добиваются всего.
В отличие от мужчины-стратега, женщина-потребитель у власти, видит государство как большую кормушку. Ей не нужны авианосцы, ей нужны гарантированные транши от США/Китая за нефть, чтобы набить холодильники электорату и обеспечить теплоту попы женскому большинству.
Вашингтон и Пекин заключают с Сотаниной сделку. РФ официально признается Международной Энергетической Территорией (МЭТ).
Внешняя политика. Нефть и газ текут бесперебойно под охраной ЧВК, нанятых западными корпорациями. Сотанина получает фиксированную комиссию прямо на счета Социального Фонда.Женщины в восторге от перераспределения мирового капитала и рассказывают про то, что она добилась всего сама
Внутренняя политика: Сотанина реализует мечту хозяйки. Она создает рай для женщин: пособия, приоритет во всем, полная власть над детьми. Мужчины в этой схеме официально переводятся в категорию Обслуживающего персонала.
Чтобы бензоколонка работала тихо, Сотанина вводит Кодекс Гармонии:
Семья объявляется пережитком Тёмной Войны. Ребенок, ресурс государства и матери. Отец, обязан выплачивать налог на воспроизводство (до 80% дохода).
Любой мужчина, требующий прав или созидания (науки, космоса, власти), объявляется токсичным элементом, мешающим сиянию социальной стабильности.
Мужчины сами, без принуждения, надевают ошейник мужика-обеспеченца. Ведь если ты хороший, настоящий мужик, Сотанина даст тебе койку в общежитии при скважине и чекушку спирта вечером. Если нет, ты девиант и покойник.
В итоге США получают дешевое сырье без риска ядерной войны. Сотанина получает вечную власть, опираясь на лояльное женское большинство, которое боится потерять пособия. А мужчины...Слово мужчина будет признано оскорбительным. Будут только мужики которые гордятся тем, что они настоящие, потому что безропотно тянут лямку на бензоколонке, пока их не заменят новые, выращенные в инкубаторах Гармонии налогоплательщики.
Я полагаю, это будет логически безупречная машина по переработке страны в сырье, где женская психология потребления служит идеальным предохранителем от любого восстания.
А как вы думаете, что более реально, описанный мною сценарий или все же осознание и признание того, что Отечество, прежде всего предполагает отцовство, а не матчество. Что Бог в России, это Отец, Сын и Святой дух, а не бабка, мамка и их дочь? Расскажите об этом в коментариях.
#жизнь #иран
👍2💊1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Название придумайте сами, после того, как досмотрите до конца.
#жизнь
#жизнь
🤮1🙉1
Продолжу:
Внешнему хозяину бензоколонки не нужна страна с пассионарным населением. Ему нужна покорная вахта у трубы.
Сотанина, борясь против совместного воспитания и за единоличное право матери на ребенка, создает инкубатор манкуртизма.
Мальчик, выросший в бабьей яме (мама-бабушка-опека), лишен мужской инициативы, агрессии и воли к защите территории. Он приучен подчиняться женской вертикали. Такой мужик никогда не восстанет против бензоколонки. Он будет послушно крутить задвижку, лишь бы мамка-государство его похвалила и не отобрала остатки зарплаты.
Кураторы понимают: чтобы удерживать территорию, нужно иметь лояльный электоральный пласт.
Сотаниной позволяют выстраивать систему женских сверхпривилегий (алименты без контроля трат, приоритет в судах, социальные подачки). Это создает миллионы женщин, чей комфорт напрямую зависит от режима Сотаниной. Они становятся цепными псами системы. Если завтра придет Мужчина и скажет: Давайте строить заводы и вернем права отцам, эти женщины первые его разорвут, потому что боятся потерять обогрев своей попы и статус распорядителя мужского ресурса.
Для бензоколонки важна сверхэффективная эксплуатация труда при минимальных затратах. Мужчина, загнанный в долги по алиментам и лишенный доступа к детям, это идеальный раб. У него нет мотивации строить будущее, у него есть только страх тюрьмы за неуплату. Такой работник не требует акций предприятия, не просит доли в прибыли. Он работает на износ за еду и возможность выплатить «дань» Сотаниной. Это снижает себестоимость добычи нефти для внешнего Хозяина.
Между тем, суверенитет, это воля мужчин защищать свою землю и свое потомство. Сотанина законодательно отрезает мужчину от потомства. Дети, собственность системы.Когда мужчине нечего защищать (дети чужие, прав нет, дом не его), он не будет воевать за эту землю. Суверенитет превращается в пустую бумажку. Страна становится территорией, где тетки в кабинетах распределяют ресурсы, добытые мужиками в ошейниках для белых господ извне.
Внешнему куратору даже не нужно подкупать Сотанину. Достаточно просто не мешать ей. Она сама, движимая инстинктом потребления и жаждой власти над мужиками, превратит страну в стерильный загон. Она, идеальный ликвидатор, который искренне верит, что делает добро для женщин, пока её попа греется на обломках мужской цивилизации.В этой схеме Сотанина, это крысиный король, который пожирает своих, обеспечивая покой настоящему Хозяину. #жизнь
Внешнему хозяину бензоколонки не нужна страна с пассионарным населением. Ему нужна покорная вахта у трубы.
Сотанина, борясь против совместного воспитания и за единоличное право матери на ребенка, создает инкубатор манкуртизма.
Мальчик, выросший в бабьей яме (мама-бабушка-опека), лишен мужской инициативы, агрессии и воли к защите территории. Он приучен подчиняться женской вертикали. Такой мужик никогда не восстанет против бензоколонки. Он будет послушно крутить задвижку, лишь бы мамка-государство его похвалила и не отобрала остатки зарплаты.
Кураторы понимают: чтобы удерживать территорию, нужно иметь лояльный электоральный пласт.
Сотаниной позволяют выстраивать систему женских сверхпривилегий (алименты без контроля трат, приоритет в судах, социальные подачки). Это создает миллионы женщин, чей комфорт напрямую зависит от режима Сотаниной. Они становятся цепными псами системы. Если завтра придет Мужчина и скажет: Давайте строить заводы и вернем права отцам, эти женщины первые его разорвут, потому что боятся потерять обогрев своей попы и статус распорядителя мужского ресурса.
Для бензоколонки важна сверхэффективная эксплуатация труда при минимальных затратах. Мужчина, загнанный в долги по алиментам и лишенный доступа к детям, это идеальный раб. У него нет мотивации строить будущее, у него есть только страх тюрьмы за неуплату. Такой работник не требует акций предприятия, не просит доли в прибыли. Он работает на износ за еду и возможность выплатить «дань» Сотаниной. Это снижает себестоимость добычи нефти для внешнего Хозяина.
Между тем, суверенитет, это воля мужчин защищать свою землю и свое потомство. Сотанина законодательно отрезает мужчину от потомства. Дети, собственность системы.Когда мужчине нечего защищать (дети чужие, прав нет, дом не его), он не будет воевать за эту землю. Суверенитет превращается в пустую бумажку. Страна становится территорией, где тетки в кабинетах распределяют ресурсы, добытые мужиками в ошейниках для белых господ извне.
Внешнему куратору даже не нужно подкупать Сотанину. Достаточно просто не мешать ей. Она сама, движимая инстинктом потребления и жаждой власти над мужиками, превратит страну в стерильный загон. Она, идеальный ликвидатор, который искренне верит, что делает добро для женщин, пока её попа греется на обломках мужской цивилизации.В этой схеме Сотанина, это крысиный король, который пожирает своих, обеспечивая покой настоящему Хозяину. #жизнь
💯5
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Ну и наконец то праздничное.
#жизнь
#жизнь
💯3👍1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Мы горды и не зависимы.
В данной связи, мы возмущены замедлением телеграмм.
Но пройдет время и мы строем пойдем в Макс и будем гордиться своим независимым решением.
#жизнь #философическое #гордость #независимость
В данной связи, мы возмущены замедлением телеграмм.
Но пройдет время и мы строем пойдем в Макс и будем гордиться своим независимым решением.
#жизнь #философическое #гордость #независимость
👍1
А тем временем, они ищут специалистов для продвижением бренда
https://omsk.hh.ru/vacancy/130980891
#жизнь
https://omsk.hh.ru/vacancy/130980891
#жизнь
🤯3🤔1