Защитник
Торговый центр «Изумрудный Фонтан» гудел, как гигантский улей, сделанный из стекла, стали и человеческих пороков. Воздух был сладок и ядовит. Алексей, сидя рядом со Светой, Мариной и Иркой, чувствовал себя на седьмом небе. Он был при деле. Он был «их» мужиком. Его грудь распирала гордость, смешанная со священным ужасом ответственности.
Ирка, раздражённая тем, что её крем-брюле принесли недостаточно тёплым, лениво махнула рукой в сторону официанта-мужика, который уже пятнадцать минут метался вокруг их дивана. Эй, ты! Чайник! Поди сюда!
Официант, бледный, с трясущимися руками, подошёл. –Что, д-девушка, не понравилось? Холодное! - бросила она, смотря куда-то поверх его головы. И вообще, ты на меня косо посмотрел. Мне не нравится, как ты на меня смотришь.
Рядом за соседним столиком сидела другая «девушка» со своим свитой. Её мужик, здоровенный детина с бычьей шеей, тут же насторожился. #городсолнца

Защита дамы, дело чести.
Ты чего это на её девушку глаза пялишь? - прогремел он, вставая. Я? Да я ни… - залепетал официант. Он в меня нахальством дышит! - капризно вставила Ирка, подливая масла в огонь. Ей было скучно, а драка это хоть какое-то развлечение.
Бычья шея двинулась к официанту. Тот, защищаясь, отшатнулся и задел плечом Марину. Та с притворным ужасом вскрикнула: - Ай! Он меня толкнул! Меня, беременную!
Это была чистой воды ложь, но сработало безотказно. Со всех сторон начали подниматься мужики те, что были «при» дамах. Каждый чувствовал зов крови. Защитить. Проявить себя. Доказать, что он самый настоящий.
Алексей! - цыкнула Света, толкая его локтем в бок. Ты чего сидишь? Видишь, меня чуть не задели! Защищай!
Для Алексея это был момент истины. Его первое боевое крещение. Сердце заколотилось. Он вскочил, сжав кулаки. Перед ним был не человек. Это был шанс. Шанс доказать им, что он не просто кофе подаёт, что он может за них постоять.
Эй, ты! - его голос дрожал, но он старался казаться грозным. Отстань от него!
Бычья шея обернулась, смерив Алексея презрительным взглядом. А ты кто такой, щенок? Убирайся, пока цел.
И тут Алексей увидел взгляд Светы. Не страх, нет. Античное, холодное любопытство. Она смотрела на него, как зритель на гладиаторской арене. Ему показалось, что в уголке её губ мелькнула улыбка.

Он ринулся вперёд.

Завязалась общая свалка. Кто-то крикнул: «Держи его!» Кто-то схватил стеклянную вазу с прилавка. Где-то свистнула полиция, но никто не обращал внимания. Решалась судьба. Честь дамы была осквернена!
Алексей, не помня себя, бил и получал удары. Он не видел лиц, только размытые фигуры врагов. Он слышал лишь одобрительный визг Ирки: «Молодец, Лёш! Давай его!»
Щёлк. Хруст. Крик.
#городсолнца

Всё затихло. На кафельном полу, в луже разлитого латте и крови, лежал официант. Его голова была неестественно вывернута. Он не дышал.
Алексей стоял над ним, тяжело дыша. Его костяшки были содраны в кровь. Он не помнил, кто нанёс тот роковой удар. Но все смотрели на него.
Полиция грубо скрутила его и бычью шею. Обе «девушки» и Ирка, и её визави , в один голос заявили: - Это они! Эти уроды! Из-за них всё! Они животные, все мужики, убийцы! Света смотрела на Алексея не моргая.Потом кивнула. Одобрительно.
Его осудили быстро. Убийство на почве ревности. Драка за женщину. Стандартно. На суде Света дала показания. Она сказала, что Алексей защищал её честь от «домогательств» того официанта. Судья-женщина слушала её с сочувствием, а на Алексея смотрела с брезгливостью.
Очередной случай мужской агрессии, вздохнула она, вынося приговор. Общество должно быть защищено от таких.

Алексея приговорили к длительному сроку. Когда конвой уводил его, он успел бросить взгляд на зал. Света, Ирка и Марина уже о чём-то оживлённо болтали, делясь планами. Ирка со своей подругой уже мило улыбались друг другу, инцидент исчерпан.
#городсолнца

В тюрьме его встретили как своего. Суровые, мужики лица смотрели на него с уважением. За бабу? - спросил старший в камере. За бабу, - кивнул Алексей, и в его голосе впервые появилась гордость. Молодец. Не сидел, не мужик.
Он стал своим. Он искупал вину, которой не чувствовал. Он был настоящим. Он защитил свою даму.
А через месяц Света подала документы на пенсию по потере кормильца. На вопрос, кем ей приходился Алексей, она с лёгкостью ответила: «Гражданским мужем. Он так меня любил. И так обо мне заботился». Её оформили без вопросов.
Иногда, сидя в тюремной камере, Алексей вспоминал тот взгляд Светы. Холодный, оценивающий, без единой искорки чувств. И он гордился этим. Она смотрела на него как на настоящего мужчину. Как на защитника. Как на убийцу.
Он был частью системы. И система работала безупречно. Очередной мужик сел, очередная «девушка» получила компенсацию. Все были счастливы и чувствовали себя правильными.
#городсолнца

А что ты знаешь про #госуслуги ?

Это так трогательно
#жизнь

И действительно.
#жизнь #уаз

Выгодное предложение.
#жизнь

Кратко о вреде алкоголизма.
#жизнь #алкоголь

Два мира. Сравниваем
https://www.gazeta.ru/social/news/2025/12/20/27463201.shtml
Глава думского комитета по защите семьи Нина Останина в разговоре с «Газетой.Ru» призвала общественность не делать поспешных выводов и не обвинять Симеонидис. Не исключено, что дети из мести могли обвинить учителя, отметила она.
Давайте не будем стремиться осуждать молодую учительницу и взваливать на нее обвинение. К сожалению, дети очень жестоки, и мы не единожды убедились в этом. 
А #городсолнца , это утопия придуманная мной.
#жизнь

Счастье и его последствия
Ночь в Городе Тумана была не темнотой, а сгущённым, ядовитым мраком, разбавленным неоновой рекламой спа-салонов и бутиков. Из клуба «Афродита» вывалилась веселая, громкая группа. Им было от сорока до пятидесяти трёх, но они настойчиво называли друг друга «девушками». Их платья дорого стоили, макияж был идеален, а глаза пусты от коктейля из алкоголя и вседозволенности.
Их путь домой лежал через промзону. И тут они увидели его. Тщедушного, щуплого пацана, который, сгорбившись, бежал, прижимая к груди обожжённые руки. Это был Ваня, тринадцать лет. Он только что совершил подвиг, о котором никто не узнает. На дизель-станции заклинило поршень. Только он мог пролезть в сервисный колодец, в облака едкого щелочного пара, без масок, без перчаток, чтобы сбить нагар и не допустить остановки. Его лицо и руки горели, как в аду. Но он справился. Завтра его назовут «настоящим мужиком» и выдадут премию и возможно даже грамоту. А сейчас он просто хотел домой.
Ой, смотрите, какой клопышка бежит! - визгливо крикнула одна из «девушек». Настоящий мужичок! - захихикала другая. Вид такой уставший… Надо его осчастливить!
Они были пьяны, распаленные, разнузданы и уверены в своём праве. Они поймали его, как стая гиен, и затащили в тёмную, вонючую подворотню.
Не бойся, малыш, мы тебя любим! Сейчас покажем, что такое настоящая девушка!
Еби меня тварь! Внезапно закричала одна из них.
Ваня, оглушённый страхом и болью от ожогов, не понимал, что происходит. Он пытался вырваться, но руки, обожжённые щёлочью, не слушались. Они рвали на нём одежду.
Но его тело, измученное работой и болью, не отреагировало на их прикосновения. Оно отказалось подчиняться.
Ах так? - в голосе «девушки» с нарисованными бровями и отвисшей до пояса грудью прозвучала ярость. Не хочешь быть мужиком? Не признаёшь нашу красоту? Ну, тогда станешь девушкой!
Пьяный смех. Удары. Сначала кулаками, потом каблуками. Ваня плакал, умолял, но это лишь распаляло их. Кто-то схватил валявшуюся на свалке огромную, сучковатую ветку.
Боль была настолько чудовищной, что Ваня даже не закричал. Он просто потерял сознание. А они, закончив, оставили его истекать кровью в подворотне и пошли дальше, обсуждая, куда поедут завтра на шопинг. #городсолнца

Утром его нашли. Суд был быстрым. Виновного нашли сразу , отца Вани. «Оставил ребёнка без присмотра в ночное время. Не обеспечил безопасность. Не научил правильно общаться с женщинами». Его осудили и отправили на исправительные работы в лес.
Новость взорвала сеть. Тысячи комментариев: «Так ему и надо, гаду! Ребёнка ночью одного отпускал!» «Повезло Ване, умер от счастья! Я 10 лет на заводе батрачу, ни одна меня не осчастливила!» «Вот я бы на его месте не растерялся! Организм бы настроился!» «Ну и мужики пошли, девушку удовлетворить не могут! Слабак!»
А через неделю, новый скандал. Шестнадцатилетний Артём и пятнадцатилетний Павел, движимые юношеским любопытством (или глупостью), стащили у матери одного из них кинокамеру. Они проникли в элитный спа-центр и попытались снять обнажённых «девушек» без их знаменитого макияжа. Их поймали.
Суд и на этот раз был непреклонен: «Дискредитация женского образа. Посягательство на святое. Подрыв основ общества». Пять лет исправительных работ каждому.
Миллионы комментариев: «Подонки! А с своими матерями и сестрами так же поступили бы?» «Убивать таких надо! Кастрировать!» «Их бы на расчистку леса навечно! Пусть сдохнут, твари!» «Правильный приговор! Женская красота, это святыня, а не предмет для их грязных утех!»
В бараке леса Артём и Павел, бледные и перепуганные, слушали, как старожилы обсуждают их дело. Дурачье, - хрипел Борщ. Надо было не снимать, а предлагать деньги носить. Или воду подавать. А вы, сразу за святое. Но они же… без макияжа… - попытался что-то сказать Павел. На него тут же обернулись с свирепыми лицами. Молчать, щенок! Они всегда красивы! Это ты слепой и уродливый! Потому что не осознаёте слабость женщины!
Они для вас все! Артём и Павел съёжились. Они начинали понимать. Они были виноваты. Виновны всегда. Просто по факту своего рождения. Рождения не того пола.
А по радио в это время Нинель Сотанина, с идеальным макияжем, говорила о новых мерах по защите нравственности и о том, как важно беречь хрупкий мир женщин от агрессии окружающей действительности.

Система работала. Безупречно. Скрепы были крепки. Справедливость – неумолима.
#городсолнца

Искупление по понятиям

Тюремный барак пах кожей, потом, вазелином и болью. Воздух был густым, спёртым, пропитанным мужскими стонами и хриплым смехом. Алексей сидел на краю нар, стараясь не шевелиться. Каждое движение отзывалось тупой, пульсирующей болью в промежности. Под грубой тканью робы угадывался странный, вытянутый и неестественно твёрдый контур. Двести пятьдесят граммов вазелина и десяток стальных шариков сделали своё дело, его член был теперь раздут, как перезрелый плод, тяжёлый, болезненный и, по местным понятиям, невероятно престижный.
Это был его пропуск в круг избранных. Совет «настоящих мужиков» он выполнил беспрекословно. Теперь он ждал отправки в лазарет, привилегия, недоступная простым зэкам. Пока он сидел, он слушал.
В центре барака, восседая на табурете, как на троне, был Бабах. Легенда. Его достоинство, выложенное на столешницу, напоминало дубину, бугристое, покрытое шрамами и невероятных размеров. С девяносто сантиметров. Им можно было забивать гвозди, а по слухам, Бабах однажды раздробил им коленную чашечку строптивому надзирателю. Мужики смотрели на него с благоговейным страхом. Алексей ловил каждый его взгляд, надеясь на одобрение.
#городсолнца

Вот это, мужики, Бабах похлопал себя по «дубине», вызывая глухой стук. Это, паспорт. Это, удостоверение. С этим тебя везде поймут. И там, на воле, бабы почуют за версту.
Все засмеялись уважительным, подобострастным смехом. Алексей тоже попытался улыбнуться, но боль заставила его скривиться.
И тут дверь барака открылась, и в проёме показалась фигура Игоря. Он был бледен как полотно, его лицо было избито в кровавое месиво, но в глазах всё ещё тлели остатки прежнего, капитанского огня. Он шагнул вперёт, опираясь на костыль.
Вы… вы все тут… слепые бараны… - его голос был хриплым, прерывимым. Вы не видите, что вас используют? Что эта система… она вас перемалывает, а вы ещё и рады? Вы… вы…
Он снова завёл свою шарманку о несправедливости. О том, что он лучше. О том, что он не виноват. О том, что все они, жертвы.
Бабах медленно повернул к нему голову. Его маленькие, глубоко посаженные глаза сузились. Опять ты, моль занудная… - его голос, низкий и густой, как мазут, перекрыл хрип Игоря. Надоел уже со своим нытьём. Умный очень. Чистенький.
В бараке наступила мёртвая тишина. Все замерли, чувствуя приближение бури.
Бабах не спеша поднялся. Его «дубина» болталась между ног, как дубина палача. Он взял её в руку и с размаху ударил по столу. Столешница треснула с громким, сухим хрустом. Раз такой умный и лучше всех, - проревел Бабах, - значит, и обслужить нас сможешь лучше любой бабы! Давайте, мужики, проверим теорию! Практикой!
Это была не просьба. Это был приговор.
#городсолнца

Мужики, как хорошо отлаженный механизм, сорвались с мест. Они молча, без криков, набросились на Игоря. Кто-то выбил у него из-под ног костыль. Он рухнул на грязный пол. Его скрутили, стали рвать на нем робу. Он пытался вырываться, хрипеть, но его голос тонул в ворохе чужих рук.
Держи! Ноги раздвинь! Шире! К стенке его! Рот ему разомкните! Пусть не орёт!
Алексей, затаив дыхание, смотрел на это. Его собственная боль забылась. Он видел, как Игоря, голого, избитого, свалили на пол и с неимоверной силой раздвинули ему ноги, почти сложив пополам. Он увидел животный, абсолютный ужас в его глазах.
Бабах подошёл, помахивая своим орудием. Он плюнул на него, смазал вазелином с ближайшей банки. Принимай, интеллигент недоделанный… Принимай правду жизни.
Игорь забился в немой истерике, но его держали мертвой хваткой. Первый удар, тупой, разрывающий , заглушил его попытки кричать. Потом второй. Третий. Хруст рёбер, хруст таза. Нечеловеческий, булькающий звук. Рот Игоря был растянут и разорван кулаком, чтобы не шумел. Из него хлестала кровь.
Алексей видел, как плоть и мышцы ануса не выдержали и порвались. Как что-то тёмное, сизое и окровавленное вывалилось наружу под одобрительный гул мужиков. Игорь дёрнулся в последней судороге и обмяк, потеряв сознание от болевого шока. Всё кончилось так же быстро, как и началось. Мужики отпустили его. Тело, изуродованное, с зияющими дырами вместо естественных отверстий, безвольно распласталось на полу.
Вынести, - коротко бросил Бабах, вытирая свой инструмент тряпкой. На помойку. Мусор, на свалку.
Двое зеков молча подхватили тело за руки и ноги и потащили к двери. Оно оставляло за собой кровавый след.
#городсолнца

Бабах повернулся к Алексею. Его лицо было спокойным. Видел, пацан? Вот что бывает с теми, кто не по понятиям. Кто против системы. Запомни.
Алексей кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Его тошнило от ужаса и восторга одновременно. Это была настоящая, ничем не прикрытая сила. Власть. Закон.
Через несколько минут снаружи донёсся смех надзирателей и глухой удар о железный мусорный бак. Потом всё стихло.
Алексей сидел и смотрел на треснувший стол. Он больше не сомневался. Он понял всё. Система была едина. Здесь, на зоне, и там, на воле. Одни и те же правила. Тот, кто сильнее, прав. Тот, кто служит системе, живёт. Тот, кто против, становится мусором.
И он, со своим раздутым, больным членом, был теперь частью этого механизма. Он был своим. Он был настоящим мужиком.
А на улице, у мусорного бака, лежало то, что когда-то было Игорем. Последнее, что он видел перед тем, как сознание угасло навсегда, это было лицо надзирателя, смотрящее на него с брезгливым равнодушием.
#городсолнца

https://ria.ru/20251223/vs-2064026862.html
Правосудие в России формально беспристрастно, однако судебная практика, изучаемая по конкретным решениям, демонстрирует систематический перекос. Наличие детей служит мощным и зачастую решающим аргументом для смягчения участи матери, в то время как для отца это обстоятельство либо требует невыполнимых доказательств, либо вовсе игнорируется. Этот дисбаланс получил новое правовое оформление в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 23 декабря 2024 года, которое ещё больше ужесточило требования к отцам, желающим сослаться на свой родительский статус.

Ключевым инструментом, создающим неравенство, является статья 82 Уголовного кодекса РФ, предоставляющая беременным женщинам и женщинам с детьми до 14 лет право на отсрочку реального отбывания наказания.

Масштаб применения этого механизма конкретен и значителен. Согласно отчётам Судебного департамента при Верховном суде РФ, в 2022 году отсрочка от наказания была предоставлена 7 417 осуждённым женщинам, из которых 6 898 (более 93%) — именно по основанию наличия детей *1. Для сравнения: по состоянию на 1 октября 2023 года общее число женщин в местах лишения свободы составляло 26 648 человек *2. Эти цифры означают, что для каждой третьей осуждённой матери реальное заключение под стражу заменяется отсрочкой.

Эта статистика подтверждается конкретными судебными решениями. Например, Апелляционное определение Московского городского суда от 10 апреля 2023 г. по делу № 10-4325/2023 оставляет в силе приговор, которым осуждённая за сбыт наркотиков в крупном размере (ч. 3 ст. 228.1 УК РФ) получила 8 лет лишения свободы, но с предоставлением отсрочки отбывания наказания до достижения её ребёнком 14-летнего возраста. Суд прямо указал, что основанием для этого является «необходимость осуществления ею ухода за малолетней дочерью».

Для мужчин аналогичной специальной нормы не существует. Наличие детей может быть учтено лишь в рамках общего перечня смягчающих обстоятельств (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Практика же показывает, что даже эта возможность носит ограниченный характер.

Яркий пример, дело, рассмотренное Ленинским районным судом г. Кирова. В Приговоре от 15 ноября 2021 года по делу № 1-587/2021 мужчина, признанный виновным в совершении кражи, в качестве смягчающего обстоятельства заявлял о наличии на его иждивении несовершеннолетнего сына. Однако в мотивировочной части приговора суд, перечислив иные смягчающие факторы (явка с повинной, раскаяние), не включил факт отцовства в этот список и не дал ему какой-либо правовой оценки, сославшись на него лишь формально при назначении окончательного наказания.

Ситуация для отцов усугубилась с выходом нового разъяснения высшей судебной инстанции. В пункте 31 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 46 от 23 декабря 2024 года «О некоторых вопросах назначения уголовного наказания» прямо указано: «Наличие у виновного малолетних детей само по себе не может рассматриваться как безусловное основание... поскольку возможность принятия судом такого решения закон связывает с выполнением виновным обязанностей родителя по надлежащему воспитанию и материальному содержанию детей».

Это означает, что отныне отцу недостаточно просто предъявить свидетельство о рождении. Он должен предоставить суду документальные доказательства своего активного участия в жизни ребёнка: чеки об оплате дополнительных расходов сверх алиментов, копии соглашений о порядке общения, свидетельские показания о регулярных встречах, билеты на совместные поездки. Для отца, который по решению суда или в силу противодействия матери видит ребёнка редко, выполнить это требование практически невозможно. Таким образом, новая норма создаёт правовую ловушку, законодательно отделяя «функциональных» отцов, способных подтвердить своё участие, от «финансовых агентов», которые лишь платят алименты, но лишены возможности использовать своё отцовство как смягчающий фактор.

Анализ судебной статистики и конкретных дел однозначно показывает, что российское правосудие применяет к матерям и отцам разные стандарты оценки одного и того же обстоятельства, наличия детей.

Для женщины материнство, подтверждённое справкой, в подавляющем большинстве случаев становится безусловным правом на отсрочку, охраняемым специальной статьёй УК. Для мужчины отцовство превращается в условную привилегию, которую необходимо заслужить, представив исчерпывающие доказательства своей социальной «благонадёжности» в роли родителя. Постановление Пленума ВС лишь закрепило эту диспропорцию на высшем уровне, сделав разрыв между декларируемым равенством и реальной практикой ещё более очевидным и непреодолимым для миллионов отцов.

*1: Отчёт о числе осуждённых, которым назначено наказание в виде лишения свободы и предоставлена отсрочка отбывания наказания, за 2022 год. Судебный департамент при Верховном суде РФ.
*2:Статистические сведения о численности лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы. ФСИН России.

#жизнь #путьотца

Если вынырнуть из специализированных обществ интернета, то оказываешься в окружении текущей социальной реальности. Её стабильность обеспечивается не всеобщим благоденствием, а чётким, жёстким и понятным большинству социальным контрактом. Этот контракт адресован не абстрактному «гражданину», а конкретным группам, формирующим костяк современного общества. Анализ этого устройства объясняет не только высокий уровень одобрения политики, но и ту тихую маргинализацию, которая становится уделом тех, кто не вписался в новые правила.

#жизнь #путьотца

Ядро системы: пенсионерки, бюджетницы и суверенное производство

Основой социальной стабильности являются три столпа, чьё благополучие государство обеспечивает напрямую и зримо.

Пенсионерки как главные бенефициары. В России, где официальный возраст дожития для мужчин, 65 лет, именно пожилые женщины стали ключевым электоратом и социальной группой-опорой. Ни одно крупное решение не принимается без оглядки на их реакцию. Для них сохранён доступный «набор калорий» в магазинах, телевизор как источник «зрелищ» работает в формате, созданном под их запросы, а пенсии подвергаются регулярной индексации. Их лояльность гарантирована, потому что альтернативы государственному обеспечению для них просто не существует. Их удовлетворённость, это индикатор успеха всей социальной политики.

Бюджетницы как приводной механизм. Вся социальная сфера, образование, медицина, культура, низовое управление, держится на женщинах 40-60 лет. Они, не только получатели зарплат, но и главные трансляторы государственной политики на местах. Их благополучие, стабильность занятости и социальный статус тщательно оберегаются. Система сделала их своими ключевыми агентами, и они отвечают ей лояльностью и эффективной работой. Это класс управленцев-исполнителей, от чьей работы зависит повседневность.

Ответом на многолетний запрос «возродить промышленность» стал не выпуск ширпотреба, а запуск производств суверенного значения. Для жителей моногородов это означало не просто новые рабочие места, а возвращение самой жизни, смысла и достоинства. Труд на таком заводе, это новая идеологическая норма, ценимая выше, чем потребление креативного класса. Проблемы с кредитами или качеством импортных товаров для этого большинства, незначительный фон на фоне главного: заводы заработали.

В рамках этого контракта сформировалась и новая базовая социальная ячейка. Это уже не патриархальная «полная семья» с отцом-добытчиком, а вертикальный женский альянс «бабушка-мать-ребёнок».

Отец в этой конструкции всё чаще оказывается фигурой факультативной, временной или отсутствующей. Его роль может сводиться к биологической функции или к функции финансового агента, обязанность которого, исправно перечислять алименты. Государственная поддержка, от материнского капитала до льгот, адресована именно женщине и ребёнку. Эта модель настолько устойчива, что переживает даже физическое отсутствие мужчины: низкий возраст дожития мужчин в России (65 лет) означает, что во многих семьях бабушки-пенсионерки просто переживают мужей своего поколения, становясь безусловной главой клана.

Мальчик, рождённый в такой семье, с младенчества погружён в мир, где авторитет, право на решение и эмоциональная связь сосредоточены в женских руках. Его социализация происходит в парадигме, где мужская фигура либо отсутствует, либо функционально ограничена. Государство, через законы и судебную практику, лишь закрепляет эту реальность: в спорных ситуациях право на воспитание и льготы сохраняется за матерью, а с отца взыскивается материальное обеспечение. Вырастая, он становится либо тем самым «манкуртом», отчуждённым от архетипа отцовской ответственности, либо винтиком в системе суверенного производства, где его ценность измеряется функцией на заводе, а не ролью в семье.

Успех этой модели в её чёткости. Правительство отказалось от попыток угодить всем и вместо этого очертило круг «своих», тех, кому оно гарантирует стабильность, и круг «посторонних», чьи проблемы объявляются их личным выбором или неудачей.

Бывший средний класс, креативные специалисты, отцы, столкнувшиеся с жёсткостью семейного законодательства, все они оказываются за пределами ядра системы. Их жалобы на трудности с кредитами, потреблением, сложности с реализацией родительских прав не отменяют главного: основным группам-бенефициарам, нравится. Нравится стабильность, нравится отсутствие дефицита, нравится работающий завод за окном и гарантированная пенсия.