Коррекция (Город Тумана)

Кабинет пахло антисептиком с лёгкой, сладковатой примесью успокоительного газа, подававшегося через вентиляционные решётки в полу. Стены были окрашены в умиротворяющий персиковый цвет, а вместо окон большие экраны, на которых медленно плыли облака над идеальными ландшафтами. Это было отделение детской психокоррекции элитной клиники «Гармония».
В кресле, напоминавшем стоматологическое, сидела Лика, дочь Артёма. Напротив неё, улыбаясь беззубым, казённым подобием улыбки, сидела женщина в белом халате, доктор Эльвира.
Ликуша, моя хорошая, давай ещё раз проговорим, голос доктора был похож на шелест шёлка, но в нём чувствовалась стальная проволока. Вот на этой карточке кто изображён?
Она показала девочке картинку. На ней был нарисован мужчина в замасленной робе, с тупым и грустным лицом, который стоял на коленях перед сияющей, красивой женщиной и подавал ей кошелёк.
Это... папа? - неуверенно прошептала Лика.
Доктор Эльвира сделала запись на своём планшете с помощью стилуса. Раздался тихий, осуждающий щелчок.
Нет, моя радость. Это, поставщик ресурсов. Человек, чья задача, обеспечивать комфорт. Видишь, как он счастлив, отдавая свои средства твоей маме? Это его высшее предназначение.
Она сменила карточку. На другой был изображён такой же мужчина, но он с жадностью забирал у плачущей женщины корзину с фруктами.
А это кто? - голос доктора потерял сладость. Это... плохой папа? попыталась угадать Лика. Это — девиант, чётко выговорила доктор. Нарушитель гармонии. Он вносит дисбаланс. Он причиняет страдания. Его поведение, болезнь. И мы должны быть бдительны, чтобы не заразиться этой болезнью. Поняла?
Лика кивнула, её глаза стали большими и испуганными.
Дверь кабинета тихо открылась, и в комнату вошла Карина. Она была ослепительна в новом платье и с идеальной причёской. Ну как там моя девочка? сладко пропела она, даже не взглянув на доктора. Прогресс есть? Гражданка Карина, мы работаем, ответила доктор Эльвира, вставая. У Лики наблюдается рецидив патологической привязанности к источнику ресурсов. Она снова упомянула его в контексте семейной роли. О, Боже! Карина драматически поднесла руку ко лбу. После всех процедур! Я просто в шоке! Он ей игрушку какую-то дешёвую на свидании сунул, вот и всё. Больше не сунет, я прослежу.
Мама, тихо сказала Лика, а почему папа... то есть поставщик... не может с нами жить? Карина нахмурилась,её красивое лицо исказила гримаса раздражения. Потому что он не справился со своей единственной задачей обеспечивать нам достойный уровень жизни. Он был недостаточно эффективен. Мы нашли нового, более успешного. А этот... он теперь просто внешний ресурс. Как уголь для топки или вода для пара. Ты же не хочешь жить с куском угля, милая? #городсолнца

В это время в соседней комнате, за зеркалом одностороннего видения, за всем этим наблюдали двое мужчин новый «партнёр» Карины, Марк, и сам Артём. Артём стоял, сжав кулаки, его челюсть была напряжена до боли. Это была часть «терапии» чтобы он видел, как «исправляют» его детей.
Жёстко, безразличным тоном заметил Марк, новый избранник Карины. Но необходимо. Нельзя позволять сорнякам расти в сознании. Порядок важнее. Артём ничего не ответил.Он смотрел на испуганное лицо своей дочери, и ему хотелось выть от бессилия.
В качестве коррекционной меры, продолжила доктор Эльвира, мы предлагаем сеанс аверсивной терапии. Мы формируем чёткую нейронную связь: мысль об источнике дискомфорта. Дискомфорт, исчезновение мысли. Всё просто и эффективно.
Она надела на Лику лёгкий обруч с датчиками. На экране перед девочкой возникло расплывчатое изображение лица Артёма со старой фотографии. Вспоминай что-нибудь приятное, связанное с ним, скомандовала доктор.
Лика, стараясь изо всех сил, вспомнила, как он катал её на плечах и она смеялась. В тот же миг раздался резкий,пронзительный звук, заставивший её вздрогнуть, а кресло слегка ударило её слабым, но неприятным разрядом статического электричества. Девочка вскрикнула от испуга и боли. Видишь? голос доктора снова стал медовым. Неприятные ощущения связаны с этим образом. Твое подсознание теперь будет само оберегать тебя от этих мыслей. Это защита.
Через пятнадцать минут Лику вывели из кабинета. Она была бледной и немного заторможенной. Она посмотрела на Артёма, стоявшего в коридоре, и её взгляд был пустым, стеклянным. В нём не было ни любви, ни ненависти. Было ничего.
Ну вот и хорошо, удовлетворённо сказала Карина. Всё идёт по плану. Через пару сеансов она даже имя его забудет. Это же лучше для её психического здоровья, правда? Она взяла Лику за руку и повела прочь,не удостоив Артёма ни взглядом.
Артём остался один в стерильном, персиковом коридоре. Из динамика тихо доносился голос диктора: «...и помните, здоровое потомство, это потомство, свободное от деструктивных привязанностей. Ваши дети, это будущее нашего города, будущее, построенное на принципах разума и эффективности...»
Он понял, что потерял их окончательно. Не по решению суда, а на уровне мыслей, чувств, воспоминаний. Его собственных детей системно, методично и под благовидным предлогом «заботы об их благополучии» превращали в чужих, холодных существ, которые будут презирать его по научно обоснованным причинам.
Он вышел на улицу, в колющийся, ядовитый туман. И впервые за долгое время с ним случилась истерика. Он плакал, стоя на коленях на грязном асфальте, а прохожие, такие же мужчины, старательно смотрели мимо, делая вид, что не замечают этого проявления «девиантного поведения». Лечить это было уже некому.
#городсолнца

Шёпот в кулаке (Город Тумана) и Призрак у границ (Город Солнца)

Часть 1: Город Тумана

Лика лежала в своей идеальной комнате с розовыми обоями и слушала, как в соседней комнате её мама, Карина, хохочет с подругами, обсуждая нового «партнёра». Воздух был сладким от ароматизаторов, маскирующих вечную вонь машинного масла.
Но Лика не слышала смеха. Она слышала тихий, навязчивый шёпот. Не голос, а скорее чувство. «Ду-у-у-уть...»
Она украдкой посмотрела на полку, где стояла единственная уцелевшая игрушка от «поставщика ресурсов №1» — маленький деревянный паровозик. Его когда-то выточил он. Руками в мазуте.
Социальный психолог говорил, что это «остаточные девиантные эмоции», которые надо «выжечь очередным сеансом». Но Лике не хотелось их жечь. Они были тёплыми.
Она сжала маленький кулачок и, боязливо оглянувшись на дверь, поднесла его ко рту. Пожалуйста, прошептала она, едва слышно выдыхая в кулак. Ветер... если ты слышишь... передай водителю... я хочу к папе.
Она не знала, что такое «Город Солнца». Она знала только, что её «поставщик» теперь был там. И что там ему не больно. И что он, может быть, снова сможет смастерить ей паровозик.
Внезапно дверь распахнулась. Лика! Ты что это там шепчешь? на пороге стояла Карина с подозрительным прищуром. Так... ничего, испуганно ответила девочка, пряча руки за спину. Не «ничего»! мать резко вошла в комнату. Я слышала! Ты опять про своего... ресурс! Я же запретила! Это болезнь, Лика! Мы лечим тебя, тратим на это огромные средства, а ты продолжаешь!
Она схватила дочь за руку. Всё. Завтра же запишу тебя на усиленный курс коррекции. Чтобы раз и навсегда вытравить эту заразу.
Лика расплакалась. Но не от страха перед курсом. А оттого, что её просьба, её крошечный, украдкой посланный ветру шёпот, не долетел. #городсолнца

Часть 2: Город Солнца
На дальнем рубеже Города Солнца, у кромки высокогорного плато, откуда открывался вид на бескрайнее море ядовитых туч, скрывавших Город Тумана, стоял на посту молодой часовой по имени Данила. Он всматривался в кипящую серую пелену внизу, слушая лишь чистый свист ветра в лопастях генераторов.
И вдруг этот свист изменился. В нём появился другой звук — низкий, натужный, металлический рёв, похожий на предсмертный хрип гигантского зверя.
Данила насторожился. Он знал все звуки своего города. Этого среди них не было.
И тогда он увидел ЭТО.
Из тумана, содрогаясь и скрежеща, выползала огромная, изуродованная махина. Старый ЛиАЗ, заляпанный грязью и какими-то зелёными ядовитыми пятнами. Броня была исполосована глубокими шрамами, из некоторых с шипением вырывался пар. Колёса были не колёсами, а гусеничными траками, которые с тяжёлым хлопком перемалывали камни на пути. От него пахло гарью, соляркой и болью.
Это был легендарный Автобус. Миф. Страшилка для детей. Его все знали, но почти никто не видел.
Автобус медленно, словно из последних сил, прополз несколько метров по чистой, ухоженной земле Города Солнца и замер, содрогаясь в конвульсиях. Из пробитых фар сочился тусклый, угасающий свет.
Данила не стал стрелять. Он не почувствовал угрозы. Лишь бесконечную, вселенскую усталость, исходившую от этой железной раны.
Он подошёл ближе по рации. Центр, у семнадцатого поста неопознанный объект. Похоже на... транспорт. Сильно повреждён. Ведёт себя неагрессивно.
Через несколько минут на джипе с солнечными панелями примчался Марк с несколькими инженерами. Они вышли, ошеломлённо глядя на пришельца.
Боже правый... прошептал один из них. Так он и правда существует. Он же весь из себя течёт, заметил другой. Посмотрите на эти пятна... это же чистая отрава. Он отравляет землю.
Марк молча подошёл ближе всех. Он смотрел не на уродство машины, а на её упрямство. На то, что она, вся избитая, израненная, доползла сюда, до них. Он не агрессивен, повторил Данила. Он не агрессивен сейчас, возразил инженер. — Марк, мы не можем это оставить здесь. Он чуждый нашей системе. Он несёт в себе грязь и болезнь того мира. И тут ветер, всегда дувший на плато, снова изменился. Он закрутился вокруг израненного автобуса, словно невидимая рука, и донёс до Марка обрывки чего-то... чужого. Отчаянные детские мысли. Тихие мольбы, произнесённые в кулачок. «Хочу к папе...»
Марк закрыл глаза, слушая ветер. Он понял. Он не несёт болезнь, тихо сказал Марк. Он везёт надежду. #городсолнца

Он приполз за помощью. Какая помощь? Мы не можем его починить! Это же технологии того мира! Сплошная механика и пар! Не чинить, покачал головой Марк. Дать ему сил. Подзарядить.
Он подошёл к своей машине, взял оттуда мощный портативный аккумулятор, который они использовали для полевых работ, и медленно, демонстративно, подошёл к носовой части автобуса.
Марк, что ты делаешь? Он может быть опасен! Ветер сказал, что нет, ответил Марк и нашёл на лбу чудовища едва заметный лючок. Он подключил клеммы.
На секунду ничего не произошло. Потом фазы автобуса дрогнули, и тусклый свет в фарах стал чуть ярче. Из динамика, спрятанного где-то в глубине, вместо хриплого рёва вырвался чистый, высокий гудок, словно благодарность.
Он не на механике, обернулся Марк к изумлённым товарищам. Он на чём-то другом. На энергии, которую мы не понимаем. Но наша, ему подходит.
Автобус с глубоким вздохом пара заработал двигателями. Он был всё так же страшен, так же изуродован. Но теперь в его «глазах" горела не только боль, но и новая цель.
Он медленно, с благодарностью, развернулся и пополз обратно к краю плато, к туману.
И что это было? спросил инженер. Это был ответ, сказал Марк, глядя, как махина растворяется в серой пелене. Ответ на чей-то тихий зов. Дети того города... они помнят своих отцов. И этот уродливый монстр их единственный шанс.
Он посмотрел на своих товарищей. Мы не можем починить их мир. Но мы можем помочь этому автобусу возить надежду. И, может быть, однажды, он привезёт к нам не только надежду, но и тех, кто о ней просит.
А высоко в небе над ними ветер гудел в лопастях турбин, и в его сигнале теперь был слышен новый мотив, металлический, упрямый и полный невероятной, исполинской тоски.
#городсолнца

История Арнольда

Тепло от магистральных труб теплотрассы было единственным, что мешало сырости в бетонном склепе под асфальтом превратиться в ледяной склеп. Воздух был густым, спёртым, с примесью дешёвого спирта, пота и ржавой воды, капающей с потолка. Это был дом. Дом Арнольда и таких, как он.
Арнольд, сидел на перевёрнутом ящике из-под паровых вентилей, сжимая в руке пластиковую бутылку с мутной жидкостью, гордо именуемой «техническим спиртом». Он только что закончил свою историю.
…и говорю ей: «Бери всё, родная. Квартиру, новую паровую шубу, мой бонусный счёт. Ты и деточки этого достойны. А я… я как-нибудь». И ушёл. С одним чемоданом. Ну, я же мужик, блин, а не тряпка какая-то!
Его рассказ повис в воздухе, смешавшись с паром от дыхания и испарениями алкоголя. Вокруг, на таких же ящиках, сидели его аудитория: Серёга-Слесарь, Витя-Кран и двое других, чьи имена уже стёрлись и остались лишь клички.
Вот это по-нашему! хрипло выдохнул Серёга, одобрительно хлопая Арнольда по плечу. По-мужски! Не то что нынешние сопляки, которые по судам бегают, алименты оспаривают. Тряпки! Ага, поддакнул Витя-Кран, с трудом фокусируя взгляд. Моя, помнится, ещё и любовника того… на моём же баропреве каталась. А я им ещё бензин оплачивал! Ну, я же мужик! Я должен обеспечивать!
Одобрительный ропот. Они сидели в круге, как первобытные охотники у костра, только костёр был внутренним, алкогольным, а добычей, иллюзия собственного достоинства.
Здорово, конечно, кряхтя, пересел кто-то, вот только холодрыга тут адская. Сырость. Ноги ломит. Да чё там ноги! отмахнулся Арнольд, делая большой глоток. Глотка горела, отвлекая от ломоты в костях. Настоящему мужику не холодно! Мы же не изнеженные какие-то. Мы закалённые! Вон, прошлую зиму тут пересидели и ничего. И жрать нечего, буркнул самый молодой, Колян, потирая живот. Так выпей! философски изрёк Серёга, протягивая ему бутылку. Согреешься и есть не захочется. Всё гениальное , просто.
И снова пошло-поехало. Хвастовство горем. Спортивное соревнование по самоуничижению. Кто больше отдал, кто больше претерпел, кто более «настоящий» в своей добровольной жертвенности. #городсолнца

А моя-то… начал было Витя-Кран, но его голос внезапно оборвался. Он покачнулся на ящике, сделал судорожный глоток из своей бутылки, словно пытаясь смыть приступ кашля, который его вдруг скрутил. Потом резко, почти кланяясь, наклонился вперёд и затих.

Несколько секунд было слышно только шипение труб и мерное падение капель.

…ну так вот, продолжил Арнольд, не глядя на Виктора. А моя-то, значит, после развода сразу на курорт, на Острова… И фото мне скинула, такая счастливая… Ну, я же порадовался за неё, я ж не скотина…

Серёга что-то пробормотал в ответ, протягивая Арнольду закуску, кусок чёрствого хлеба. Колян зачем-то полез спорить о марках баропревов.
Витя-Кран так и сидел, склонившись вперёд. Его бутылка выпала из ослабевших пальцев и покатилась по бетонному полу, оставляя за собой мутный след. Тихий, прерывистый хрип, длившийся пару минут, остался незамеченным на фоне громких споров о мужественности. Потом и он стих.
Они просидели так ещё час. Вспоминали, пили, хвастались своими язвами, своими увечьями, своим добровольным нищенством как боевыми наградами.
Вставая, Арнольд похлопал окоченевшее плечо Вити-Крана. Ну, что, старик, а ты как думаешь? А? Спишь, что ли? Он потряс его. Тело, потеряв опору, мягко и негромко шлёпнулось на пол.
Все замолкли на секунду, оглядывая бывшего товарища. Охренеть, произнёс Колян. Перебрал, наверное. С ним такое бывало. Настоящий мужик, с ноткой одобрения в голосе констатировал Серёга. Не тянется, не ноет. Выпил и отдыхает. Моё уважение.
Он наклонился, поднял бутылку Вити, проверил, не осталось ли там на донышке, и сунул её в карман. Ладно, разойдёмся. Завтра смена рано.
Они потопали к выходу, перешагивая через тело, как через пустой ящик. Арнольд на секунду задержался, глядя на бывшего друга. Не было страха, не было ужаса. Лишь смутная, спиртовая мысль: «Вот и отмучился. Повезло мужику». Он развернулся и побрёл за остальными, на ходу доставая свою бутылку. Нужно было залить эту странную тяжесть внутри. Чтобы стало нормально. Чтобы снова почувствовать себя настоящим мужиком.

А в люке осталось лежать ещё одно доказательство их истинной мужественности. Холодное, тихое и абсолютно никому не нужное.
#городсолнца

Наследники Тумана

Воздух в баре «Старый Фронт» был густым, как бульон, сваренный из машинного масла, дешёвого спирта и вечной, непроглядной печали. Стены, выложенные кафелем, похожим на плиты бомбоубежища, покрывал слой копоти. За стойкой, собранной из стального шпангоута сбитого самолёта, бармен с лицом, изъеденным шрамами и усталостью, молча полировал стеклянную колбу самогонного аппарата, гудевшего, как двигатель линкора. Это был один из тех люков, что ютились у теплотрасс, где находили пристанище «настоящие мужики».
За столом, сбитым из ящиков для патронов, сидели те, кто прошёл свои войны. Арнольд, с медальоном бывшей жены на груди, Серёга с протезом вместо руки, сработанным из парового домкрата, и пара других таких же героев тыла. Они распивали «фронтовые сто грамм» — мутную жидкость, от которой горло горело, а мысли становились туманными.
К ним подошёл юнец. Лет семнадцати, с ещё не ожесточённым лицом, в чистой, но уже поношенной робе. Его звали Лев, в честь какого-то мифического зверя из старых книг.
Разрешите присоединиться? - голос его срывался.
Арнольд кивнул на свободный ящик. - Садись, солдат. Исповедуйся.
Лев сделал глоток из предложенной кружки, поморщился и начал, с трудом подбирая слова: -В школе… на истории проходили Великую Тёмную Войну. Как наши прадеды бросались под танки Тьмы. Как камикадзе топили их адмиральские крейсеры. Жертвовали собой… ради всех. Ради того, чтобы мы жили.
- Так и есть, хрипло отозвался Серёга. Герои. Не то что нынешние. Я и хочу об этом, Лев посмотрел на них с внезапной тоской. Они жертвовали собой ради жизни. Ради свободы других. Их смерть что-то меняла. Она была… созидательной. Даже уничтожая себя, они останавливали смерть для других. #городсолнца

В баре наступила тишина, нарушаемая лишь шипением пара и гулом аппарата.
- А мы? - голос юнца дрогнул. Мы же… мы «жертвуем» собой ради нового баропрева хозяйки. Ради её неоновой панели в спальне. Наше самоуничтожение не спасает ничьей жизни. Оно просто перекладывает ресурсы от нас, к тем, кто и так у кормушки. Это же… это бесплодно. Это не подвиг. Это…
Он не успел договорить. Арнольд резко встал, с грохотом опрокинув ящик. Его лицо, обычно покорное, побагровело от ярости.
Ты что, совсем офигел, щенок?! его голос прорезал гул, как сирена воздушной тревоги. Это ж любовь, блин! Я люблю её! Я отвечаю за неё! Ты, слюнтяй книжный, ты вообще никогда не любил по-настоящему! Ты ничего не понимаешь!
Он тыкал пальцем в грудь Льву, и тот отшатнулся. Витя! Серёга! Слышите это? Этот сопляк считает нас лузерами! Арнольд обвёл взглядом своих товарищей, ища поддержки. Ахаха! Да мы больше сделали для своих женщин, чем он за всю свою жизнь! Мы, настоящие мужики, а он просто болтать умеет!
Серёга мрачно поддакнул, залпом осушая свою кружку. Верно. Легко рассуждать о каком-то там «созидании», сидя на уроках! А ты попробуй обеспечить такую женщину, как моя! Это тебе не морковку на грядке ковырять! Это высшая лига, мальчик! Ты просто не дорос до такого уровня ответственности!
Лев пытался что-то возразить, но его голос тонул в хриплом хоре «героев тыла». Они уже не спорили с ним, они ритуально изгоняли еретика, защищая последнее, что у них было, свою извращённую гордость.
Да, я живу в этом люке! выкрикнул Арнольд, уже на пределе. И горжусь этим! Потому что я знаю, что мои дети и моя бывшая женщина живут в красоте и роскоши! Я на это заработал! Своим потом и кровью! А твоё «созидание», это для слабаков, которые боятся по-настоящему пахать и жертвовать!
Он тяжело дышал, смотря на Льва победным, безумным взглядом. Спор был окончен. Истина системы восторжествовала.
Лев опустил голову. Все его доводы, вся его логика разбились о непробиваемый бастион их добровольного рабства. Он видел перед собой не людей, а монументы, возведённые ими же самими в честь собственного уничтожения. #городсолнца

Он молча встал и побрёл к выходу. Ему нечего было здесь делать.
Арнольд, провожая его взглядом, удовлетворённо хмыкнул и повернулся к бармену: Налей ещё, командир. Надо обмыть нашу победу. За стёклами бара, густой и вечный, клубился Туман наследие той самой войны, где свет смешался с тьмой и породил это серое, безысходное чистилище. Где единственной наградой за подвиг была привилегия умереть под заунывный гул теплотрассы, с мыслью, что ты настоящий мужик.
А где-то на окраинах, в лесах, всё ещё тикали мины, оставшиеся от той, настоящей войны. И новые Арнольды, отбывающие повинность за недоработку, всё ещё гибли, очищая землю для процветания тех, ради кого они себя уничтожили.
#городсолнца

Уроки мастерства

Туман над городом был особенно густым сегодня, пропитанным тяжёлыми запахами машинного масла, угольной гари и сладковатым душком от ближайших очистных сооружений. Здесь, на заброшенной насосной станции, где ржавые трубы уходили вглубь земли, как артерии в тело гиганта, происходил ежедневный ритуал.
Двое мужчин стояли у зияющего чёрного горла канализационного люка. Из него исходило плотное, почти осязаемое зловоние , коктейль из человеческих отходов, химических стоков и вековой гнили. Уровень нечистот поднялся почти до краёв, угрожая перелиться наружу.
Старший, Борис, мужик с лицом, изборождённым морщинами и прожилками лопнувших капилляров, сплюнул в чёрную жижу. Образование засора в магистральном коллекторе, буркнул он своему напарнику, юному Павлу, который старался дышать ртом и не смотреть вниз. Опять эти бабы свои тряпки гигиенические смывают. Благоустраиваются.
Павел, бледный, кивнул. Он был новичком в аварийной бригаде. Это была его первая серьёзная поломка.
Борис без лишних слов стал раздеваться. Скинул промасленную робу, остался в застиранных подштанниках. Его тело было картой тяжёлого труда шрамы, растянутые мышцы, выцветшие татуировки. Ну что, пацан, смотри и учись, он хрипло усмехнулся. Настоящая мужская работа.
Он глубоко вдохнул, зажал нос пальцами и нырнул с головой в чёрную, пульсирующую массу. Пузыри воздуха с глухим бульканьем вырвались на поверхность.
Павел с ужасом наблюдал, как исчезает его наставник. Прошло несколько бесконечных секунд. Борис вынырнул, отфыркиваясь, с лицом и волосами, облепленными отвратительной жижей. В волосах застрял клок использованной туалетной бумаги, на плече прилипла разбухшая гигиеническая прокладка, как жетон за отвагу. Ключ двадцать-два на двадцать-четыре! - хрипло выдохнул он, протягивая руку. Быстро, щенок, не замерзай тут!
Павел, подавив рвотный позыв, подал тяжёлый ржавый ключ. Борис снова нырнул. На сей раз подольше. Слышался приглушённый лязг металла под водой, сдавленное ругательство. Наконец, он вынырнул, отдышиваясь, и выбрался на бетонный край люка. Вся его спина была в бурых подтёках. Он вытер руки о свои и без того грязные штаны, лишь размазав слои грязи, и с удовлетворением посмотрел, как уровень нечистот начинает медленно, но верно снижаться. Засор был прочищен.
Он достал из намокшего кармана смятую пачку сигарет, сумел зажечь спичку о сырую коробку и затянулся с блаженным видом, выпуская едкое облако дыма, которое смешивалось с туманом и смрадом. Вот так, пацан, сказал он, глядя на бледного Павла. Работа настоящего мужика. Не в конторах бумажки перебирать. Руками. Учись, а то так и будешь всю жизнь ключи подавать. #городсолнца

В этот момент к ним подошёл третий. В чистой, отутюженной форме городской стражи, с планшетом в руке. Полицейский. Его лицо, ухоженное и сытое, выражало нескрываемое брезгливое отвращение. Он проверял работу аварийных служб.
Всё в порядке? - риторически спросил он, стараясь не смотреть прямо на Бориса. Ликвидировали, гражданин начальник, бодро, с вызовом отрапортовал Борис, демонстративно выпуская дым ему в сторону. И быстрее можно было? - полицейский поморщился. Из-за вас у гражданки в элитном квартале напор в душевой кабинке упал. Нервы себе потрепала. Вы только вдумайтесь в уровень вашей ответственности!
Борис усмехнулся, показывая жёлтые зубы. Мы тут в дерьме по уши, а вы про напор в душевой… Мы своё дело знаем.
Полицейский фыркнул, смерив его взглядом с головы до ног, взглядом, полным презрения и собственного превосходства. Он видел перед собой не человека, а говорящий инструмент, исполненный отбросов. В его глазах читалось: «Вот оно, быдло. А я, настоящий мужик. Я обеспечиваю порядок, ношу чистую форму, и мне не приходится ковыряться в этом аду».
Он что-то отметил в планшете. Чтобы к вечеру всё было идеально. И чтобы больше жалоб не было, бросил он через плечо и ушёл, твёрдо стуча каблуками по бетону. Борис проводил его сплюнув в уже очищающийся люк. Видал, Пашка? «Настоящий мужик» в чистой форме. Сидит на жопе ровно, пока мы тут за него его работу делаем. И ведь уверен, что он-то и есть герой.
Он затянулся, глядя на уходящую спину стража порядка. А знаешь, в чём главный подвиг-то? Не в том, чтобы в дерьме нырять. А в том, чтобы после этого ещё и чувствовать себя победителем. Вот это, высший пилотаж. Так что учись, сынок. Учись быть настоящим мужиком.
И он снова нырнул в люк, чтобы докончить работу. Туман смыкался над станцией, поглощая и героев, и говнарей, и «настоящих мужиков» в чистой форме. Система работала. Как часы.
#городсолнца

Нашел тут в сети и задумался о предстоящем празднике.

Зачем сидеть в тачке, когда можно устроить социальный эксперимент?

Концепция новая, дерзкая: «Сюрстрёмминг-тур» по гостям.

Суть операции:

1. Приобретаем не просто банку, а стратегический запас. Целый ящик. Это наш пропуск в любую дверь и главный новогодний сюрприз.
2. Формируем десант. Нужны два самых харизматичных и бесстрашных друга. Один, для дипломатии и тостов, второй, для «технической части».
3. Составляем маршрут. 3-4 квартиры друзей, родственников и, для остроты, малознакомых людей, которые «ну как же, заходите!». Главное, начать с дальних, чтобы не успели предупредить остальных.
4. Входим в образ. Вы, не гости, вы вестники нового, истинного вкуса. Бодры, улыбчивы, с сияющими глазами и подарочной банкой в красивой обёрточке.

Сценарий для каждого пункта маршрута:

· Звонок в дверь. «С Новым годом, сестры! Несли шампанское, но разбили по дороге! Зато принесли… эксклюзив! Настоящий шведский деликатес! Без вас пробовать не стали!»
· Дипломатия. Проходим к столу. С ходу наливаем всем по стопарику. Поднимаем: «За дружбу народов! За интернационализм! Чтобы в новом году жизнь была… насыщенной!»
· Кульминационный момент. Торжественное вскрытие банки на общем столе, рядом с оливье и мандаринами. Произносим: «Традиция такая! Нужно загадать желание и… глубоко вдохнуть!»
· Наблюдение. Фиксируем реакцию публики. От лёгкого недоумения до полного экзистенциального ужаса в глазах тёти Гали из Иваново. Ценим моменты.
· Благородный уход. «Ой, извините, нас ещё ждут! Деликатес оставляем вам! Приятного аппетита! Новых вкусовых открытий!» И ретироваться, пока не вызвали МЧС и экзорциста.

Что это будет?

· Не визит, а подвиг. Вы станете легендой района. О вас будут говорить шепотом: «Это те самые, которые с той… штукой».
· Индикатор дружбы. Те, кто не выгнал вас после этого и даже попробовал, друзья навек. Остальные… что ж, не все готовы к высокому искусству.
· Очищение пространства. После вашего визита любая, даже самая скромная, новогодняя закуска покажется божественным нектаром. Вы дарите людям новый взгляд на их стол. И на жизнь.
· Единство нации. На следующее утро все ваши знакомые будут объединены одной общей травмой. Это сближает.

Техничка для десанта:

· Одежда, которую не жалко. Возможно, одноразовые полиэтиленовые плащи для антуража.
· Респиратор, спрятать в карман. Для себя, на случай, если в какой-то квартире решат открыть ответную банку.
· Трезвый водитель (если пункты далеко). Ему, медаль.
· Приказ отступать по первому сигналу (если начнут кидать холодец).

Итог:

Забудьте про скучные открытки и гирлянды. Истинный новогодний дух, это когда ты даришь людям эмоции. Любые. Главное, чтобы на разрыв аорты.

P.P.S. Автор статьи, в случае реализации данной идеи не несет ответственности за разрыв дипломатических отношений со Швецией, распад дружеских союзов и стойкое ощущение, что Новый год прошёл не зря.
#жизнь

Когда я стану богатым.
Никому не скажу, но будут знаки.
#жизнь #уаз

Это же так весело. Правда?
#жизнь #путьотца

А какие итоги твоего года?
#жизнь #брачныйдоговор #плюсыбрака

Это так трогательно.
#жизнь #проституция

Давайте начистоту. Сейчас женщины часто говорят о равноправии в отношениях. Но на деле получается странная ситуация.

Со стороны это выглядит так:
Женщине можно хотеть от мужчины заботы, денег, подарков, безопасности и это называют "здоровой самооценкой". А если мужчина хочет, например, чтобы счета делили пополам или чтобы ему тоже помогали, его могут назвать слабым или жадным.

Особенно ярко это видно с женщинами после 35. У них часто уже есть опыт неудачных отношений, и они ищут не столько партнёра, сколько гарантии. От мужчины ждут, что он будет инициатором, добытчиком, решателем всех проблем. А если он предлагает настоящие равные отношения, его могут обвинить в том, что он "не готов к ответственности".

Выше постом женщина которая судя по всему,лет до работала в сфере интим-услуг. Потом возраст, спрос падает. И она начинает говорить: "Проституция , это позор для мужчин, которые бросают женщин и вынуждают их этим заниматься".

Звучит парадоксально, но в этом, суть проблемы. Вина перекладывается полностью на мужчин. Не "я так решила", а "меня вынудили обстоятельства и плохие мужчины". И когда такая женщина ищет отношения, она ищет не партнёра, а того, кто заплатит за все обиды прошлого. Её требование "ответственности", это требование пожизненной компенсации за ту жизнь, которая была до него.

Разумный мужчина сразу видит здесь ловушку. Ему предлагают не любовь и партнёрство, а роль вечного должника.

Но главная причина мужской осторожности, закон и суды

Мужчины в России не просто боятся "трудного характера". Они боятся закона, который в случае развала семьи почти всегда работает против них.

Вот так, выглядят факты:

1. Дети остаются с матерью. В 9 из 10 случаев суд оставляет детей матери. Неважно, хороший ли отец, помогает ли он, система исходит из того, что "мать лучше для ребёнка". Отец превращается в воскресного папу, которого можно видеть раз в две недели по графику. А если мать захочет, она может и этот график сорвать, и ей за это почти ничего не будет. Лишить ребёнка отца в России, не преступление.
2. Имущество делят "пополам". Даже если квартиру купил в основном мужчина, отдавал всю ипотеку, а жена работала мало или вообще не работала, при разводе ей достанется половина. Для мужчины это часто означает потерю того, что он годами зарабатывал. Для женщины неожиданный крупный доход не облагаемый налогом.
3. Алименты, как пожизненная дань. Мужчина после развода обязан отдавать на детей до половины своего дохода, а то и больше, если оказался должником. При этом он может годами не видеть своих детей, мать может запрещать встречи, переезжать, игнорировать решения суда о встречах. Он платит, но не воспитывает. И закон защищает в этой ситуации не его право быть отцом, а его обязанность платить.

Что в итоге?

У современного мужчины в России складывается простая и чёткая картина:

Вступить в официальный брак и завести детей =

- Риск потерять половину имущества
- Риск потерять связь с детьми
- Обязанность много лет отдавать значительную часть зарплаты
- Постоянный риск, что бывшая жена может в любой момент использовать закон против него

При этом от него всё ещё ждут, что он будет: первый проявлять инициативу, полностью обеспечивать семью, решать все проблемы и "быть опорой".

Выбор становится рациональным: зачем рисковать всем, что у тебя есть, ради отношений, которые могут разрушиться, а при разрушении система тебя не защитит?

Это не мужская "инфантильность" и не "боязнь ответственности". Это трезвый расчёт в условиях, когда семейное законодательство и судебная система работают против мужчин. И пока система не изменится, такая мужская осторожность будет только расти.
#жизнь #путьотца

Это не просто цепь женских ошибок это циклическая, самовоспроизводящаяся система мышления и поведения, из которой почти невозможно выйти, потому что она защищена от осознания.

1. Старт: Личная неудача или пустота.
Женщина не реализовалась в карьере, не построила семью, совершила серию разрушительных для себя выборов.

2. Действие: Когнитивный диссонанс.
Возникает мучительный разрыв между самооценкой («я хорошая, я достойная») и реальностью («моя жизнь не сложилась, мои решения были сомнительны»). Психике больно.

3. «Спасительное» решение: Перекладывание вины.
Чтобы сохранить ядро самооценки, вина выносится вовне. Создается удобный миф:

- «Не я плохо выбирала мужчин и не те цели ставила. Это они все были плохие».
- «Не я решила торговать телом, потому что это был легкий путь. Это они, мужчины, общество, вынудили меня, бросив».
- Ключевой переводчик: «МОЙ выбор = ИХ вина».

4. Следствие: Формирование картины мира «Жертва-Преследователь-Спаситель».

- Она, Вечная Жертва (мужчин, обстоятельств).
- Мужчины (в массе), Преследователи (бросили, использовали, вынудили).
- Новый мужчина (целевой) должен стать Спасителем, исправить последствия действий всех Преследователей.

5. Требование: Ритуал искупления.
От Спасителя требуется не партнерство, а искупительная жертва. Его «ответственность» - это пожизненная компенсация за грехи всего мужского рода. Его ресурсы (деньги, время, терпение) - это не общий бюджет, а должная дань.

6. Реакция мира: Бегство здоровых мужчин.
Здоровый, адекватный мужчина видит эту схему и отступает. Он не хочет быть ни Преследователем, ни Спасителем.

7. Новое подтверждение мифа для женщины.
Его уход, это НЕ следствие её токсичной модели. Нет. Это новое, свежее, прямое доказательство её теории!

- «Вот видишь! Он тоже ушел! Он оказался таким же, как все! Значит, я была права, все мужики козлы, бросают!»
- Уход мужчины не разрушает иллюзию, а укрепляет её. Петля замыкается с новой силой.

8. Запуск нового витка.
С новыми силами и «доказательствами» она входит в следующий круг с ещё большими претензиями, ещё большей обидой и ещё более завышенными требованиями к новому потенциальному «Спасителю». Колесо сансары раскручивается.

Почему это именно «сансара»?

- Цикличность: Ошибка - Перекладывание вины - Неадекватные требования - Отпор реальности - Усиление веры в свою ложную картину мира - Новая ошибка.
- Страдание: Все участники цикла страдают. Женщина, от одиночества и накопленной ярости. Мужчины, от несправедливых обвинений и рисков.
- Неосознанность: Главный механизм - отсутствие рефлексии. Система устроена так, чтобы любое внешнее событие (даже разоблачающее) трактовалось как подтверждение её правоты. Это психическая тюрьма без окон.
- Кармический отклик: Её поведение (инфантильные требования, обвинения) прямо порождает её же реальность (одиночество, отношения только с такими же травмированными или манипуляторами). Но она не видит этой причинно-следственной связи.

Резюме:

Это не просто ошибка. Это замкнутая система иллюзий, самоподдерживающийся двигатель обиды. Пока женщина не совершит невероятно трудное, болезненное действие, остановить колесо, взглянуть внутрь себя и признать: «Да, часть этой боли, следствие моих собственных выборов», она будет обречена бегать по этому кругу.

Мужчина, указавший на это, будет немедленно записан в «Преследователи». Поэтому разорвать эту сансару извне почти невозможно. Это можно сделать только изнутри, и ключ к этому, не в поиске нового Спасителя, а в мужестве посмотреть в глаза своему внутреннему Преследователю, собственной незрелости. Но для этого нужно сначала допустить, что он существует. А вся система как раз и создана, чтобы не допускать этой мысли никогда.

#жизнь #путьотца #философическое #сансара

Мущинка

Его звали Геннадий, но все давно забыли это имя. Он был просто «мущинка». Презрительная кличка клеилась к нему прочнее, чем гарь к стенам цеха.
Когда-то и у него была хозяйка, квартира и работа на паровом прессе. Пока не сдала спина. Не какой-то один позвонок — всё разом, будто невидимый великан взял и переломил его пополам. Врачи в бесплатной клинике, куда его допустили по минимальной страховке, хмуро разводили руками: «Возраст. Износ. Тяжёлый труд. Каждый настоящий мужик через это проходит». И выписали обезболивающее, от которого тошнило, но не меньше, чем от самой боли.
Хозяйка терпела это месяц. Потом второй. На третий, когда бонусы сократились до неприличия, а её новый баропрев пришлось отдать в покрасочный цех из-за царапины, она подала на развод. И на алименты. Суд, разумеется, встал на её сторону. Потребности женщины и ребёнка — святы.
Сначала Геннадий пытался. Устроился ночным сторожем. Через неделю его нашли утром без сознания от болевого шока. Потом, грузчиком. Сорвал остатки спины так, что не мог встать три дня. Система здравоохранения, созданная для поддержания работоспособности, а не здоровья, вынесла вердикт: «Непригоден к тяжёлому труду. Рекомендовано лёгкое вспомогательное производство».
Но на «лёгком» производстве мест не было. А алименты никуда не делись. Они копились, на них начислялись пени, проценты за просрочку. Его долг перед бывшей хозяйкой рос, как снежный ком.
Единственным пристанищем для него, как и для многих, стал люк у теплотрассы. Но даже здесь ему не было места. Арнольд и его братия встречали его уничижительным хохотом. #городсолнца