- Прости, Степан, я случайно… - залепетал он.

Степан медленно поднялся. Его лицо было абсолютно бесстрастным. -Ты… мою #мать… облил грязью? - его голос был тихим и страшным.

Крот попятился. - Нет! Я же случайно! Я сейчас вытру!

- Ты назвал её грязью? - голос Степана набрал громкость, он уже обращался не к Кроту, а ко всему бараку. - Ты своим грязным ртом осквернил святой образ моей матери?

Другие #мужики поднялись с коек, их лица были не злыми. Они были ритуально-спокойными, они знали, что должно произойти. Это был не #гнев, это был #долг по понятиям.

- Нет! Я не хотел! - взвизгнул Крот, но его уже схватили крепкие руки.
Никто не кричал, не ругался, действие происходило в гробовой тишине, нарушаемой лишь хрипами Крота и глухими ударами. Это был не всплеск ярости, это было исполнение приговора.

Через пять минут всё было кончено.

Дверь барака открылась, вошёл надзиратель, привлечённый возней. Он увидел тело Крота на полу и Степана, который молча вытирал окровавленные кулаки тряпкой.
Надзиратель брезгливо поморщился. - В чём дело мужики?

Степан посмотрел на него прямым, ясным взглядом. - Он мою мать оскорбил.

Надзиратель кивнул, без тени удивления или сомнения, это было единственное и исчерпывающее объяснение. -Убрать, - бросил он двоим другим заключённым и вышел.

Тело унесли, кровь кое-как замыли, в бараке снова воцарилась привычная атмосфера.

Тоха вздохнул и обнял Степана за плечи. - Ничего, #мужик. Ты всё правильно сделал, #мать, это святое. Моя, помню, как научила меня счёт деньгам вести… Проволкой, по голой жопе, до крови. Вот тогда я и понял, что значит быть мужиком.

- Да, - хрипло ответил Степан, глядя на замытое пятно на полу, именно #мама делает нас настоящими мужиками.

Он лёг на койку и повернулся лицом к стене, он был героем, он защитил честь самой святой женщины в своей жизни. Женщины, которая продала его почку и бросила на произвол судьбы, в его мире это не было противоречием. Это была высшая, неоспоримая истина.

Система была совершенна. Она не просто ломала людей, она заставляла их убивать друг друга за право прославлять тех, кто сломал их первыми.
#городсолнца

Подвал возле центральной теплотрассы был их клубом, здесь, в густом пару, пахнущем ржавчиной, перегорелым маслом и дешёвым самогоном, собирались те, кого система выжала досуха. Они сидели на ящиках, заливая в себя сивуху, и хвастались.
- А моя Ленка на прошлой неделе новую шубу захотела! - кричал, кашляя, седой Виктор. С капюшоном на турбинной тяге! Я трое суток без сна пахал, но достал! Взял в долг у Кощея, но достал! - Фигня! - перебил его молодой парень с перебинтованной рукой. - Моя Светка на курорт рванула! Срочно! Я себе почку, ну, вы поняли. Зато она теперь загорелая вся! Фотки присылала!
Их разговор напоминал не жалобы, а спортивное состязание. Кто больше? Кто круче? Кто страшнее пострадал ради прихоти своей девушки. Это был их единственный капитал, их предмет гордости, они были #настоящимимужиками.
В этот вечер в их подвал спустился новый человек. Его звали Геннадий, он недавно переехал в этот район, и слухи о нём уже ползли. Говорили, он внезапно разбогател.
Он вошёл уверенной походкой и, что самое главное, на его шее висела цепь, не медная проволока, скрученная в подобие ошейника, которую носили многие, а настоящая, массивная, золотая цепь и на на ней болталась тяжелая табличка с выгравированным именем: АНЖЕЛА.
В подвале воцарилась мёртвая тишина, все взгляды прилипли к сияющему металлу. В их глазах читалось не столько восхищение, сколько недоверие и жгучая зависть. Золотая цепь с именем Хозяйки была недосягаемым идеалом, для любого мужика, её мог позволить себе только тот, чья девушка была на самом верху социальной пирамиды, а сам он был либо крупным вором, либо чиновником высшего ранга.
Геннадий поймал их взгляды и самодовольно улыбнулся. -Что, мужики? Анжелочка моя поощрила. Говорит, хорошо поработал в прошлом месяце.
- И… как поработал? - скептически спросил седой Виктор.
- Дело нашёл прибыльное, уклончиво ответил Геннадий, проводя пальцами по цепи, теперь вот, как #настоящиймужик, хожу.
Он просидел с ними ещё полчаса, принимая робкие знаки внимания и восхищения, но атмосфера была уже не та. Медные проволочки на шеях остальных мужиков вдруг стали казаться жалкими, убогими, их истории о проданных почках и загубленных жизнях - детским лепетом.
На следующий день в подвал спустились двое, они были не из здешних. Одеты в добротные, хоть и неброские куртки, их лица были спокойны и пусты. Они подошли к Геннадию, который снова щеголял своей цепью.
- Геннадий? - тихо спросил первый. - Я. А вы кто? - Мы от Анжелы.
Лицо Геннадия побелело. - Что… что такое? Всё в порядке?
- В порядке, - сказал второй. - Она просто поручила вернуть свой подарок и проучить тебя за наглость.
- Какую наглость? Я же всё для неё! - запинаясь, пробормотал Геннадий.
- Ты украл у её сестры со склада партию меди, - голос человека оставался ледяным. - Купил на эти деньги цепь и осмелился носить её её имя. Ты думал, она не проверит? Настоящий мужик цепь должен заслужить.
Геннадий попытался было вырваться, но его скрутили с нечеловеческой силой. Один из них сорвал с него цепь, второй методично, без злобы, начал его избивать. Это было не наказание за кражу, это было наказание за оскорбление статуса, за то, что посмел надеть символ, не соответствующий его положению.
Мужики в подвале сидели и молча смотрели, никто не вступился, они понимали. Кара была справедлива.
Когда всё было кончено, пришедшие ушли, забрав золотую цепь, Геннадий лежал на бетонном полу, весь в синяках и крови. Он стонал.Седой Виктор молча подошёл, посмотрел на него, потом плюнул рядом. - И правильно, надо было честно почку продать, как все, а не воровать. Не по-мужски это.
Остальные закивали. Да, система была жестока, но она была честна, #настоящиймужик не ворует у своих девушек. Настоящий мужик ворует у чужих, убивает конкурентов и продаёт части собственного тела, всё ради того, чтобы иметь право носить имя своей Хозяйки на груди. И если ты не смог ты просто #ненастоящий. Они вернулись к своим бутылкам, снова пошли разговоры о подвигах, о почках, о займах у ростовщиков. Медные проволочки на их шеях снова стали выглядеть достойно.Они были честно заработаны.
#городсолнца

В диких условиях (Into the Wild, 2007) Мне очень импонирует идея, прям #мечта. Правда в моем понимании, Крис натурально дурачок, завалить лося и не выкопать зимник, банальную яму глубиной 1,5 метра, это же готовый холодильник на аляске, имея рыболовные снасти не начать рыбачить? По моему мнению у него были все условия для выживания. Но наверное фильм просто не про это. Тем не менее красивая идея, красивые виды, хороший саундтрек.
Ну и финал, как обычно. Отрезав себя от людей, он понял, что спасение было не в бегстве, а в умении прощать и любить. Это в кино, а в реале если бы он пользовался рыболовными снастями и имел элементарные знания, что бы он понял?
Но фраза:
#Счастье истинно только тогда, когда им делишься.
несомненно красивая. Другой вопрос в том, кто вообще готов не то что бы принять твой подарок, а просто осознать то, что ты делишься счастьем, а не тупо грузишь? А делиться когда тебя переполняет конечно иногда хочется.
#кино

Смена в секторе Дельта.
Сирена на вышке прорезала утренний туман, похожий на влажную пепельную вату, не звук, а одно долгое, хриплое, предсмертное покашливание умирающего великана. Марк поднялся с сырых нар, его кости скрипели от холода и неподвижности, рядом зашевелились другие мужики, молча, с потухшими глазами, готовясь к вылазке.
Им выдали снаряжение у ржавых ворот на выходе: щупы из обрезков арматуры, самодельные миноискатели с треснувшими стеклами шкал, тележку на кривых колёсах, скрипящую как душа грешника.
- Сектор Дельта-7, - бубнил надзиратель, сверяясь с засаленной картой. - По данным, там склад боеприпасов Чёрных Сил. Ищите блоки питания, процессоры, целые схемы. Кто найдёт рабочий тройной паёк. Кто подорвётся сами виноваты. Не нойте.
Марк молча взял свой щуп. Его имя, Марк Аннин, говорило всем, что его мать Анна, когда-то это что-то значило, теперь нет.
Дорога в Лес занимала час, они шли молча, прислушиваясь. Обычный городской шум гудки паровозов, рёв омнибусов здесь сменился на иной, тревожную тишину Леса нарушали далёкие, сухие щелчки, скрежет металла по металлу и изредка короткие очереди автоматических турелей, шлёпающие по броне или по плоти.
Лес был не из деревьев, это было месиво из оплавленного бетона, стальных балок, искорёженных машин и странных, ядовитых растений, проросших сквозь руины. Воздух тут пах озоном, ржавчиной и смертью.
- Пошли, - хрипло сказал старший бригады, Борис Марин. - Не зевай. Щупальца любят тормознутых.
Марк двинулся за ним, водя щупом перед собой, его глаза выискивали неестественные формы, блеск металла среди хлама. Сектор Дельта считался горячим, здесь ещё работали системы и минные заграждения.
Первый артефакт нашелся быстро, полусгоревший блок питания. Скинул в тележку, пять кредитов. Мысленно прикинул: на эту сумму можно купить Лере новую помаду, может, тогда она снизойдёт до взгляда.
Внезапно раздался хлопок и душераздирающий крик, молодой парень из бригады, Санёк Олин, наступил на скрытую под плитой лягуху противопехотную мину. Нижнюю часть его ноги разорвало в клочья, он катался по земле, заливаясь алым.
Борис Марин подошёл, посмотрел без эмоций. - Живой пока, яйца целы. Тащите его к краю сектора, охрана примет. Если доедет до Госпиталя, может пришьют что-нибудь.
Марк и ещё один мужик, не глядя друг на друга, потащили Санька, истекающего кровью, прочь. Его крики постепенно перешли в стон, а потом и в тихий плач, плакал он не от боли, а от того, что теперь не сможет зарабатывать для своей Оли.
Вернулись к работе. Марк заглянул в пролом в стене, похожий на вход в подземный цех, его миноискатель запищал тревожно.
- Борис, тут что-то есть! - крикнул он. - Сигнал чистый!
- Лезь, проверяй, - отозвался тот издалека. - Мы снаружи подстрахуем.
#городсолнца

Спойлер: Ложь, никто никого не страхует, каждый сам за себя.
Марк протиснулся внутрь, помещение было тёмным, влажным. В свете его фонаря на парафиновой свече плясали причудливые тени. И он увидел Его! Целый терминал! Монитор с потрескавшимся экраном, клавиатура, системный блок, это была золотая жила.
Он сделал шаг вперёд и в этот момент услышал тихий, механический жужжаще-щелкающий звук. Из тени в углу на него выехало Щупальце, автоматическая турель на трёх ногах. Её оптический сенсор, похожий на стеклянный глаз мухи, медленно сфокусировался на нём, ствол начал поворачиваться.
Мысли промелькнули со скоростью пули. Лера. Новое платье. Её улыбка. Тройной паёк. Золотая цепь с её именем.
Адреналин ударил в голову, он не побежал, он рванулся вперёд, к терминалу. Турель вела себя меланхолично как обычная машина, ей нужно было время на захват цели.
Марк схватил край стола и рванул на себя, терминал рухнул на пол с оглушительным грохотом, в тот же миг турель выстрелила. Очередь прошила воздух там, где он был секунду назад, и впилась в стену, подняв облако пыли.
Он не видел, куда стреляет турель, он уже полз к выходу, волоча за собой тяжёлый системный блок, пули свистели у него над головой, смачно щёлкая и откалывая куски бетона. Он вывалился наружу, на свет, падая в грязь и обломки.
- Нашёл! - закричал он, задыхаясь. - Целый блок! Рабочий!
Борис-Марин подошёл, свистнул. - Везучий ты, Марк Аннин, очень везучий. Щупальце обычно не промахивается.
Они погрузили добычу на тележку, Марк дрожал, но не от страха, а от восторга. Он сделал это, он прошёл через смерть и добыл трофей.
Вечером на пункте приёма ему отсчитали пачку кредитов, не виртуальных, а настоящих, бумажных. Он, дрожащими руками, взял самую крупную купюру и на обороте, обмакнув палец в сажу, вывел: - Лере. Прошу принять. Марк.
Он шёл к её дому, сжимая в кармане купюру. Он заслужил увольнение на два часа. Он представлял, как она улыбнётся, как позволит ему поцеловать руку.
Он постучал, дверь открыла её новая горничная. - Лера занята. Что тебе?
Он протянул ей смятую, засаленную купюру. - Передайте, пожалуйста. Это я. Марк. Я добыл.
Горничная взяла деньги с брезгливой гримасой и захлопнула дверь.
Он простоял под дверью ещё с час, надеясь, что она выйдет, но дверь не открылась.
Он побрёл обратно в свой барак, другие мужики уже пили самогон. Увидев его, они оживились.
- Ну что, Марк? Как твоя Лера? Оценила?
Он выдохнул и достал из кармана свою пачку кредитов, бросил её на стол. - Сказала, молодец, сказала, жди следующего задания, а пока гуляй.
Он снял свою заношенную куртку, его спина была покрыта свежими ссадинами и синяками от падения, но не смотря на боль он смотрел на других мужиков с высокомерием победителя.
- Налейте мне. Я сегодня славно поработал и она оценила это.
Он солгал, но в его мире это была самая правильная, самая мужская ложь. Он был героем, он обеспечил свою Девушку, а то, что она даже не взглянула на него, не имело никакого значения. Важен был только момент триумфа здесь, в бараке, перед такими же, как он. И этот момент был сладок.
#городсолнца

Добровольный контракт.

Барак добровольцев на Лесоповале №17 снаружи почти не отличался от тюремного, колючая проволока под напряжением, вышки с часовыми, прожектора, прорезающие вечный туман. Разница была только внутри бумаг.

Игорь Аннин, бывший статский советник, а ныне начальник сектора Сигма, сидел в своём утеплённом кабинетике и попивал крепкий чай, перед ним лежала папка с контрактами. Добровольными. Каждый лист это история отчаяния какого-то мужика, согласившегося на каторгу ради кредитов, официально ради семьи, ради девушки. Неофициально ради #иллюзии, что он сможет выбраться.

В дверь постучали. Вошёл Степан, его правая рука, такой же доброволец, но давно купивший себе относительную безопасность послушанием и жестокостью.
- Народ собрали, Игорь. Ждут, - сказал Степан.
Игорь кивнул и вышел на крыльцо, перед ним стояли два десятка новых мужиков. Измождённые лица, потухшие глаза, они приехали сюда сами, подписав бумаги, что согласны на расчистку Леса за повышенное довольствие.
- Приветствую, герои, - начал Игорь, и в его голосе звучала лёгкая, насмешливая благосклонность. - Вы сделали правильный выбор! Здесь вы будете зарабатывать в пять раз больше, чем на том сраном заводе, но свобода от нищеты требует жертв. Территория, закрытая. В город, ни ногой. Магазина здесь нет, всё необходимое - через моё доверенное лицо.
Он сделал паузу, давая информации осесть.
- Ежемесячно, - продолжил он, с вашего счёта будет списываться административный взнос, за моё хлопотное руководство и за вашу безопасность. Кто не согласен может сразу идти на участок Клыка, там текучка большая, всегда нужны руки, ноги и внутренние органы.
В бараке все знали, что такое Клык, участок, напичканный прыгунами и щупальцами, с него не возвращались.
Никто не возразил, они были добровольцами, они согласились на всё.
#Жизнь вошла в свою новую, жуткую колею, днём - вылазки в Лес, на поиски артефактов под огнём автономных турелей. Вечером сдача добычи, получение жалких кредитов, большая часть которых тут же исчезала в качестве взноса.
Еда одна и та же, серые, склизкие макарошки и жидкая похлёбка из концентрата, каждый день.
Через неделю к Степану подошёл молодой парень, Кирилл, его глаза блестели лихорадочным блеском.
- Степан, слушай, как тут, как тут в магазин сходить? Моей Кате на днях рождение, я хочу ей передать передачу, сладостей каких-нибудь.
Степан усмехнулся. - Магазин в городе, а в город ты не ходишь. Условия контракта.
#городсолнца

- Я знаю! Но может можно? Я заплачу! - Кирилл достал из кармана смятую пачку кредитов. - Вот, всё, что за неделю скопил.
Степан медленно взял деньги, пересчитал. - Ладно, для хорошего человека всё можно. Две тысячи кредитов и твоя просьба будет услышана. Жди.
Кирилл ждал три дня, потом подошёл снова. - Ну что?
- Ты отчем? - удивился Степан. - Я занёс твою просьбу, администрация её рассмотрела.О результате тебя известят. Жди.
Кирилл понял, его обманули. Он ничего не сказал, развернулся и ушёл.
На следующий день Игорь в своём кабинете составлял платёжное поручение. Он аккуратно перечислял крупную сумму с общего административного счёта на личный счёт Леры, в назначении платежа он написал: На новую шубу с турбинным подогревом. От твоего верного пса.
В этот момент дверь с треском распахнулась, на пороге стоял бледный, трясущийся Кирилл.
- Где мои деньги? просипел он. - Я за них мог, я мог ей хоть кредиты перевести! А вы, вы её даже не знаете!
Игорь медленно поднял на него глаза. - Ты кто такой, чтобы меня отвлекать? Уборщик полов. Иди мети.
- Нет! Я требую! Верни деньги! Я не буду больше платить взносы!
В бараке, куда Кирилл вернулся после смены, было тихо, он лёг на свою койку и закрыл глаза. Он больше не платил, он был готов к наказанию.
Оно пришло ночью, к его койке подошли тени. Степан и ещё двое самых крупных мужиков.
- Встаём, герой, тихо сказал Степан, пойдём прочистим вентиляцию на Клыке. Работа срочная.
Кирилла не стали даже бить в бараке, его просто вывели. Наутро его недосчитались, официальная версия: погиб при исполнении, подорвался на мине. Все молча кивнули, они всё понимали.
Вечером того же дня Игорь смотрел на экран своего терминала, новый визит от Леры. Она сняла все деньги, которые он ей перевёл, и купила какую-то диковинную ювелирную безделушку. Он улыбнулся, он обеспечил свою Девочку. Он был настоящим мужиком.
Он вышел на крыльцо, закурил, мимо шла бригада добровольцев, возвращавшаяся с вылазки. Они шли, сгорбившись, уставшие, но он видел в их глазах не ненависть, а тупое, покорное принятие.
Один из них, поймав его взгляд, робко кивнул и даже попытался улыбнуться. Игорь кивнул в ответ. Система была идеальна. Они были добровольцами, они сами пришли сюда. И они сами позволяли ей выжимать из себя все соки, лишь бы сохранить призрачную надежду на то, что однажды и они смогут выбраться.
#городсолнца