Прямо продолжение
#жизнь

Если в ваших отношениях начался затяжной кризис, а благоверная окончательно перестала вас уважать.
Дождись выходного дня, зайди в комнату с самым независимым видом и скажи ей ледяным, не терпящим возражений тоном:
- зайди на балкон. Там лежат черные, мусорные пакеты, сложи туда все свои вещи, а в другой пакет, полезай сама. Вечером я приеду, вынесу.
И тут, она обязательно всё поймет, разрыдается от осознания своей вины, упадет перед тобой на колени и сквозь #слезы #покаяния начнет умолять о прощении. Она признает, что мужчина не обязан спонсировать чужие хотелки ради сомнительного ощущения семьи, чтобы вернуть твое благосклонное расположение. Ведь таких дураков, как ты, в мире всё меньше.
Но ты,гордо развернешься и уйдешь в закат под эпичную музыку, оставив её наедине с мешками и чувством глубокой вины.
А потом ты откроешь почтовый ящик и найдешь там повестку в суд на #развод, которую она оформила еще три недели назад, пока ты репетировал тот монолог перед зеркалом.
#жизнь #лайфхак

#плюсыбрака #эмпатия

К вопросу почему у меня #УАЗ

Экономика отчаяния

В мире Тумана не было больниц в нашем понимании, были Клиники эстетической корректировки и восстановительных процедур, для женщин и Реабилитационные пункты, для мужчин. Разница была фундаментальной.
Клиники напоминали дворцы: хрустальные люстры, струящиеся ткани, тихая музыка, здесь царил культ совершенства тела, пусть и достигнутого чудовищными, болезненными методами. Мужиков сюда допускали только в качестве сопровождающих, молчаливо стоящих у стены с кошельком наготове.
Реабилитационный пункт для мужчин представлял собой барак, прилепленный к задней стене одной из таких клиник, сюда свозили тех, кто пострадал на производстве или в Лесу. Воздух здесь пах антисептиком, смешанным с запахом горелого мяса и пота.
Именно сюда привезли Геннадия после того, как на Копье лопнула труба с раскалённым паром и его обварило. Он лежал на голых досках, залитый собственной кровью и жидкостью из ошпаренного тела. Сквозь пелену боли он видел фигуру в заляпанном фартуке, доктора Макса. Он не была врачом, он была ремонтником.
- Две ноги сломаны, три рёбра, ожоги третьей степени на сорок процентов тела, - констатировал он, тыкая в него щупом какого-то прибора. - Стандартный набор. Варианты?
Геннадий, скрипя зубами, выдохнул: - восстановление… по страховке…
Макс фыркнул: - Страховка покроет ампутацию и протезирование деревяшками, на работу ты после этого не выйдешь. #Алименты платить будешь как? Хочешь на теплотрассу?
Геннадий молчал. Он знал, что ремонтник прав.
- Вариант два, - продолжил он, доставая из ящика ржавый, но грозного вида аппарат, похожий на степлер и паяльную лампу одновременно. - Чёрный рынок, у меня есть донорские кости и сухожилия, соберу тебя на скорую руку. Срастётся криво, хромать будешь всегда, зато на костылях через месяц на работу выйдешь. Стоимость, твоя будущая зарплата за полгода. Плюс процент моему ростовщику.
#городсолнца

Это был грабёж, #кабала на всю оставшуюся #жизнь, но другой альтернативы не было.
- Давай, - простонал Геннадий.
Работал Макс быстро и без анестезии, анестезия стоила дорого. Геннадий кусал кляп, и мир плыл у него в глазах от боли, он слышал, как он дрелью сверлит в его костях отверстия для штифтов, как шипит паяльник, прижигая плоть. Это был не медицинский процесс, это был срочный ремонт сломанного инструмента.
Пока он работала, в помещение вошла ухоженная женщина в белом халате из главной клиники. Это была главный врач. - Макс, как там мой заказ? - спросила она, брезгливо сморщив нос. - Почка готова, гражданка доктор, - ответил ремонтник, не отрываясь от работы. - Извлекли утром. Свежайшая. - Отлично. У гражданки Лолиты аллергия на синтетику, пришлось свою родную менять. Принеси в стерилизатор.
Геннадий понял, что речь идёт о почке, о чьей-то почке, вырезанной у какого-то несчастного в Лесу или купленной за гроши у отчаявшегося мужика. Её сейчас пересадят какой-то девушке, чтобы она могла и дальше пить свои коктейли.
Мысль была настолько чудовищной, что даже перебила боль, он был всего лишь расходным материалом в огромном, бездушном механизме. Его чинят, чтобы он мог дальше работать и обеспечивать тех, кого обеспечивают дорогими органами, добытыми из таких же, как он.
Через час Макс закончил. Ноги были собраны воедино, но выглядели как у франкенштейнова монстра. Он шлёпнул его по спине: - Всё, мужик. Через месяц, на смену. Не забудь, ты мне должен. Первый платёж, через две недели.
Его выбросили на улицу, к заднему входу клиники, он лежал на асфальте, и туман оседал на его лицо влажной пеленой. Мимо шли пары: ухоженные девушки и их сопровождающие мужики. На него не смотрели, сломанный механизм не интересен никому.
Он был должен, он был обязан выйти на работу, он был частью системы. И система, скрипя и пыхтя, продолжала работать, перемалывая одних, чтобы другие могли сиять. Где-то в Лесу, у подножия мобильного госпиталя, сидел другой #мужик. Он только что продал свою вторую почку, чтобы выплатить долги своей Хозяйке. Он смотрел на туманное небо и ждал, когда заработает анестезия. Он знал, что у него нет шанса выжить. Но он был настоящим мужиком, он обеспечил. Он искупил свою вину. И он был почти счастлив.
#городсолнца

Город Солнца не осаждали, его не атаковали, его просто не замечали, делали вид что его нет. Для мира Тумана он был сказкой, мифом или призрачной угрозой. Зависело от того, кто слушал или говорил.
На окраине Туманного мегаполиса, в промзоне, мужики после смены пили дешевое пойло. Хвастались:
- Видал мой новый ошейник? #Хозяйка сама надела! - Он похлопал по толстой цепи на шее. Гордость.
- Мне пайку усиленную выписали! И к телке в субботу доступ! - вторил другой. - За то, что стуканул на того чудака, который про Город Солнца шептался.
- А мне алименты срезали! С 95 до 70! - третий сиял. За информацию, про водителя. Мертвого, нашли его фуражку возле старой дороги.
Ловля водителей живыми или мертвыми, стала бизнесом. Золотой билет в мир сытой рабской доли, за это боролись. Ненавидели тех, кто говорил о Городе Солнца, ненавидели ветер, который иногда дул с гор. Говорили, он души тех водителей которым удалось дотянуться до солнца. Ненавидели солнце, которое светило всем одинаково и рабам в ошейниках, и детям в клетках.

В глухой комнатке, мальчик лет девяти сидел на полу и украдкой рассматривая старую, потертую фотографию мужчины. Отец признаный недостойным. Мальчик знал, что он где-то есть, он помнил его. Помнил как он приходил, а бабушка закрывала его маленького юбкой и с мамой орали на отца, а по его щеке текли горькие, соленые слезы. Он поднес кулачок ко рту, и подул, тихо, как научил старый дед во дворе которого давно упекли в психушку за крамолу.
- Ветерок… - прошептал он. - Донеси до солнышка… Пусть папа знает… я жду. И… если можешь… скажи водителю… Я здесь.
Он не знал, что водитель, может, мертв и давно стал ветром. Но дул,в кулачок, в пустоту. В надежде, что его детское дыхание смешается с тем, последним, водительским ветром. Что ветер осушит его слезы, что солнце, доброе и честное, примет этот немой крик. И что однажды на этой улице, сквозь липкий туман, пробьются фары старого автобуса. Пока есть водители, пока хватает сил. Пока ветер тянется к солнцу.
#городсолнца

#бывшая спит, под одеялом тепло. Спит и видит рапсовые #сны.
А ты так и не отправил ей СМС в 4 утра.

#погода прекрасна.
#жизнь #туман #лошадка #дура

#философическое , а действительно, для чего люди женятся?
#жизнь

Как-то так, это все и происходит, а потом смс в 4 утра.
А как тренируешься ты?
#жизнь #зож #спорт #саморазвитие

#Работа как высшая форма досуга

Лидия откинулась в кресле из полированного бука, проводя ладонью по идеально гладкой столешнице, её кабинет в Министерстве Правды не походил на рабочее место. Он напоминал будуар: мягкое освещение, дорогие шторы, фильтры на вентиляции, не пропускавшие ни грамма вонючего тумана, и дизайнерский увлажнитель, наполнявший воздух ароматом альпийской лаванды.
Перед ней лежала папка с грифом СЕКРЕТНО, в ней, материалы для нового пропагандистского ролика о героях Леса. Лидия зевнула, лениво потягиваясь, работа не утомляла её, она наполняла её.
В мире Тумана женщина не работала из необходимости, необходимость, удел мужиков, работа для девушки была аксессуаром, развлечением, социальным лифтом и, самое главное, доказательством её исключительности.
Представления не-туманцев о том, что женщины этого мира только и делают, что тратят деньги, были наивны. Тратить деньги, это скучно. Контролировать потоки, вот настоящая власть, а для контроля нужна позиция, кресло и доступ к информации.
Лидия, как и многие её подруги, пришла на госслужбу не ради зарплаты (её алиментов и пособий хватало на десять таких жизней), а по другой причине , ей было скучно.
Бесконечные шоппинги, спа-процедуры, коктейльные вечеринки… Всё это приедалось. Тело было ухожено, гардероб ломился, а душа требовала… игры. Играть с живыми людьми, с их судьбами, с целыми отраслями экономики, вот что доставляло истинное наслаждение.
Её подруга, Светлана, возглавляла отдел закупок для клиник красоты, она не разбиралась в медицине. Но она обожала выбирать. - Давайте закупим железы этой редкой амфибии для новых сывороток! - говорила она, пощёлкивая длинными ногтями по каталогу. - Они такие милые, и умирают так трогательно, когда их доят. Для неё это был шоппинг, только товаром были жизни существ и бюджеты целых заводов.
Другая подруга, Маргарита, работала в Комитете по этике вещания, она целыми днями просматривала телепередачи и вырезала кадры, где мужчины выглядели слишком уверенно или, не дай Боги, умно. Это было её хобби, охота на неправильные эмоции.
Лидия выбрала для себя самое интересное развлечение, лепку реальности, она брала грязного, проворовавшегося чиновника и лепила из него героя. Она писала сценарии для миллионов, она была режиссёром величайшего спектакля под названием Город Тумана.
Она вносила правки в сценарий о капитане Зайцеве: - Нет, напишите, что он был ранен не в руку, а в грудь и скромно отмахивался от награды. И обязательно добавьте, что он думал в тот момент о матери, всегда добавляйте про мать, это вызывает доверие.
#городсолнца

Для неё это было #творчество, #искусство, где она была художником, а грязная реальность, её палитрой. #Мужики, их страдания, их смерти, всего лишь краски, чем мрачнее была правда, тем ярче и красивее получалась ложь.
Ещё один аспект, статус. Должность в Министерстве была знаком принадлежности к настоящей элите, не просто к девушкам, которые могут тратить, а к тем, кто решает, как будут тратить другие. На коктейльных вечеринках она могла с лёгкой усмешкой бросить: - Ах, этот Бобах… Мы из него такую легенду слепили, вы бы знали. И все вокруг замирали в восхищении, она была не потребительницей, она была творцом мифов.
И, наконец, контроль. Работа давала ей доступ к информации, она знала, какой чиновник на чём попался, она знала слабые места системы. Это была страховка, это была власть. Её бывший муж, тот самый коллекционный отец её детей, теперь работал на неё, принося компромат на своих начальников, она могла в любой момент разрушить чью-то жизнь, просто подняв трубку. А могла и слепить из кого-то нового кумира, она чувствовала себя богиней.
Закончив правки, нажала кнопку, отправляя документ в печать, завтра утром весь город будет читать о новом подвиге капитана Зайцева. А сам Зайцев, получив свою взятку-премию, будет пить в баре и хвастаться своим вымышленным героизмом.
Лидия взглянула на часы, пора на приём у косметолога, нужно было срочно менять пигментацию кожи после неудачной процедуры с ящерицами-парализаторами. Она вышла из кабинета, её каблуки отчётливо стучали по полированному полу. Мужики, встречавшиеся ей по пути, почтительно прижимались к стенам, опуская глаза, она не смотрела на них, она парила над этим миром. Она была девушкой и её работа была самым изысканным развлечением, какое только можно придумать.
Она не работала, она правила, а для правления не нужны были причины. Только желание.
#городсолнца

А еще совсем не давно, утро начиналось так.
#жизнь #утро

К вопросу о разнице
#жизнь

#такиживем #сукалюбовь