Bunin & Co
7.75K subscribers
19 photos
2 files
254 links
Политическая аналитика от экспертов Центра политических технологий им. Игоря Бунина
Download Telegram
to view and join the conversation
Наблюдая за новым обострением на границе между Арменией и азербайджанским эксклавом Нахичевань в июле 2021 года, трудно отделаться от впечатления, что вторая карабахская война не поставила окончательной точки в конфликте между двумя соседними закавказскими государствами. 

Здесь важно сделать принципиальной важности разъяснение. И в академической науке, и в прикладных аналитических докладах армяно-азербайджанское противостояние принято называть нагорно-карабахским. Карабах был и остается (несмотря на радикальное изменение статус-кво в этом конфликтном регионе) сердцевиной противостояния между Ереваном и Баку. Но помимо него между двумя странами не раз возникали вооруженные столкновения за пределами карабахской земли. Так было и в начале 1990-х гг., когда та же Нахичевань становилась ареной противоборства и в прошлом году, когда противостояние развернулось на тавушско-товузском направлении, и в мае 2021 года, когда новостные агентства наперебой заговорили об обострении на южной границе Армении. Но на этом направлении граница до последнего времени фактически не была обустроена, до ноября 2020 года две страны разделял т.н. «пояс безопасности» в Кельбаджаре. Впрочем, для Баку это был не «пояс», а оккупированные территории. Нахичевань- совсем другое дело. В память о ситуации начала 1990-х гг. обе стороны значительно укрепили свои позиции. Это объясняет и большую ожесточенность противостояния по сравнению с Сюником.

Конечно, Баку и Ереван представляют свои версии событий, они противоречат друг другу. Стоит заметить, это событие вызвало и определенное внутриполитическое оживление в Армении. Так лидер одноименного блока и экс-президент Роберт Кочарян в своем интервью 21 июля назвал эскалацию в Нахичевани назвал «технологией поражения». С его точки зрения, Азербайджан использует все доступные ему механизмы давления на Ереван с целью принудить его подписать мир на выгодных для Баку условиях.  К слову сказать, за три дня до этого президент Алиев заявил, что «Азербайджан положил конец длительному конфликту. Мы выполнили резолюции Совбеза ООН. Конфликт окончен». Однако Ереван по-прежнему не оставляет вопроса о статусе Карабаха, но в Баку любая инициатива об обсуждении этой темы категорически отвергается. При этом президент Азербайджана 20 июля посетил Москву, где всячески старался подчеркнуть готовность к укреплению кооперации с Россией. Российское руководство сегодня на первый план выдвигает экономическую реабилитацию региона, оставляя статусные вопросы на потом. Но Баку заинтересован в форсированном завершении конфликта. Таковое уже не раз было объявлено высшими руководителями страны. 

Остается вопрос, на каких условиях заключать мир. Подводных камней слишком уж много, и не только вокруг статуса Карабаха.  Любое внешнее вмешательство при этом не гарантирует успеха, поскольку сами стороны противостояния по-прежнему не склонны к компромиссам. Разница лишь в том, что сегодня Азербайджан может говорить с позиции победителя. 

Сергей Маркедонов
Главная интрига иска России против Украины, направленного в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) – это вопрос об обеспечительных мерах.

Само дело может рассматриваться годами. Если жалоба будет признана обоснованной, то решение по ней может быть принято где-то ближе к 2030 году – с учетом большого количества нарушений, которые Россия инкриминирует Украине. Но суд может вынести решение об обеспечительных мерах, которые сторона-ответчик, в принципе, должна реализовать немедленно. Это нечастая мера применяется, если есть опасность причинения непоправимого и одновременно существенного вреда жизни, здоровью, а в исключительных случаях – личной и семейной жизни заявителя.

«В принципе» - потому что санкций за отказ выполнять эти меры не предусмотрено. В нынешнем году ЕСПЧ в качестве обеспечительной меры потребовал от России освободить Алексея Навального. Российская сторона в резкой форме отказалась – и никаких инструментов для того, чтобы настоять на своей позиции, у ЕСПЧ нет. Однако решение о применении обеспечительных мер может иметь моральное значение и быть аргументом во внешнеполитических спорах.

Какими, с точки зрения России, могут быть обеспечительные меры? Скорее всего, речь может идти о разблокировке Северо-Крымского канала, по которому поступала вода в Крым (здесь можно апеллировать к возможности ухудшения состояния здоровья из-за дефицита воды). Вопрос о его блокировке – один из элементов российской жалобы. Еще один аспект жалобы, по которому Россия может настаивать на принятии таких мер – это обстрелы на Донбассе. При этом российские политики заявляют, что реакция на жалобу будет проверкой суда на объективность, явно имея в виду, что если суд не пойдет навстречу России, то отношение к нему в Москве может еще более ухудшиться.

В то же время и ЕСПЧ недоволен тем, что Россия оставляет за собой право не исполнять не только обеспечительные меры, но и решения суда (эта позиция была первоначально зафиксировано в решении Конституционного суда, а в прошлом году включено в Конституцию). Впрочем, Москва пока осторожно относится к праву не исполнять решения – пока что оно использовалось дважды – в деле ЮКОСа и в деле о праве заключенных голосовать на выборах. Да и то в деле о заключенных были приняты некоторые меры – разрешение голосовать отбывающим принудительные работы – которые позволили европейцам посчитать, что решение исполнено. Так что стороны стремятся не обострять отношения.

Еще одна проблема заключается в том, что в нынешнем году Комитет ПАСЕ не согласился с российским списком кандидатов в судьи ЕСПЧ. Преподаватель Петербургского университета Андрей Бушев был судьей ad hoc в деле ЮКОСа и поддержал позицию российского государства. Судья Верховного суда Наталья Павлова занимала прогосударственную позицию в ряде внутрироссийских процессов. Возможно, что в России рассчитывали на то, что в качестве компромиссной может быть рассмотрена кандидатура чиновника Совета Европы Михаила Лобова, но и она не устроила ПАСЕ. Принцип ПАСЕ состоит в том, чтобы судьи обладали высокой степенью независимости при рассмотрении дел, в том числе могли пойти против позиции властей собственной страны. Для российской власти аксиоматично противоположное – патриот страны должен отстаивать ее интересы, отождествляемые с государственной политикой. Поиски компромисса продолжаются.

Алексей Макаркин
Во вторник Еврокомиссия представила свой второй ежегодный доклад по состоянию верховенства права в странах ЕС. Доклад дает оценку событиям, происходившим в течение года в странах-членах в таких сферах, как судебная система, антикоррупционные процедуры, свобода и плюрализм СМИ. Сам по себе доклад не содержит обязательных для исполнения предписаний, но он создает определенный информационный фон, влияющий на решения как на уровне ЕС, так и в отдельных странах.

В докладе отмечены позитивные сдвиги, имевшие место в ряде стран. В частности, в Словакии, Румынии и на Мальте укреплялась независимость судебной власти, усиливалась борьба с коррупцией. Нетрудно заметить, что в этих странах изменения к лучшему произошли после массовых протестов против коррумпированной власти и смены правящих партий или лиц, возглавляющих правительство.

Но гораздо больше внимания в докладе уделено явлениям, вызывающим в Брюсселе озабоченность, а то и глубокую тревогу. В этом ряду отмечена председательствующая сейчас в ЕС Словения, где происходит ухудшение ситуации со свободой СМИ, а неправительственные организации порой подвергаются травле и клевете. По Болгарии авторы доклада зафиксировали активизацию антикоррупционных расследований, произошедшую после ухода в отставку правительства Бойко Борисова, но констатировали, что пока случаи вынесения обвинительных приговоров в отношении лиц из высших эшелонов власти являются единичными.

Основными объектами критики в докладе стали Польша и Венгрия, которые давно являются главными раздражителями для руководства ЕС. Отмечается, что в Польше продолжаются реформы, усиливающие влияние исполнительной власти в ущерб независимости судебной системы. В частности, создание дисциплинарной палаты при Верховном суде снижает возможности для принятия судьями самостоятельных решений. В Венгрии у авторов доклада вызывает озабоченность распространение клиентелизма и фаворитизма на высших этажах госуправления, рост коррупции и снижение стандартов независимости судебной власти. Отдельно отмечено, что председателем Верховного суда страны в обход установленных процедур назначено лицо, не имеющее судебного опыта. Также подчеркивается, что сужается плюрализм СМИ, независимые издания и журналисты продолжают сталкиваться с препятствиями и запугиванием.

Похожие претензии по поводу пренебрежения к европейским правовым принципам со стороны правящих национал-консерваторов Польши и Венгрии высказывались Брюсселем и ранее, но у руководства ЕС не было реальных рычагов воздействия на провинившихся. На этот раз такой рычаг, похоже, появился. Дело в том, что в создаваемом Евросоюзом фонде восстановления экономики после пандемии на €800 млрд. несмотря на сопротивление Польши и Венгрии была прописана увязка выделения средств из него с соблюдением принципов верховенства права. ЕК уже заявила, что «может принять во внимание» опубликованный доклад при оценке нарушений принципов верховенства права, которые затрагивают финансовые интересы союза. По ранее утвержденным проектировкам Польша должна получить из фонда €24 млрд в виде субсидий, Венгрия – €7 млрд. ЕК отложила одобрение заявки Венгрии до проведения в стране серьезных реформ судебной системы. Заявка Польши еще не рассматривалась.

Александр Ивахник
 

Как-то много лет назад участвовал в передаче вместе с одним политиком, известным своей коррумпированностью и циничностью. И тогда не под запись (то есть не для саморекламы) он вспомнил свое детство. И радостное впечатление от показанного по телевидению сюжета об эвакуации американцев из Сайгона в 1975-м. Советский школьник искренне радовался тому, как бегут враги – и это чувство осталось и у взрослого человека, несмотря на все трансформации, которые произошли и с ним, и со страной. Помноженное на искреннюю обиду на утрату былого величия и победу геополитических противников в холодной войне.

Так что когда сейчас российские официальные лица не скрывают своего удовлетворения по поводу ухода США из Афганистана, то речь идет не только о прагматичных расчетах и не столько о них (если следовать прагматичной логике, то угроза давления радикальных исламистов на союзников России по ОДКБ существенно повышается), но о жажде реванша. Хотя бы психологического, так как всем понятно, что Россия не заместит США в Кабуле из-за воспоминаний о собственной афганской травме. К нынешним афганским лидерам у современной российской элиты никаких симпатий нет – их рассматривают не только как политических клиентов США, но и как противников СССР в 1980-е годы, триумфально вошедших в Кабул в 1992-м (либо их симпатизантов из эмиграции).

Но проблема не только в этом, но и во внутреннем ощущении, что следующим поколениям неинтересны переживания капитанов (а ныне генералов), с болью смотревших три десятилетия назад на снос памятника Дзержинскому. Или посольских секретарей (а ныне дипломатов высшего ранга) со слезами на глазах наблюдавших за спуском советского красного флага, привычно реявшего над зданием посольства. Или даже молодых политиков, делавших тогда карьеру без оглядки на текущую судьбу страны и внутренне уверенных, что все через несколько лет устаканится и Киев и Минск никуда не денутся.

Следующие же поколения (от 35 и младше) живут уже в другой реальности, без ностальгии, без приятных и не очень воспоминаний о прошлом. Более того, и для обычных россиян старшего и среднего возрастов советская тема все более уходит в прошлое – их прежде всего волнует собственное настоящее и будущее детей и внуков. Советская ностальгия свойственна в основном противоположным группам. Это «красная» (коммунистическая) и национал-патриотическая субкультуры, с одной стороны, и рефлексирующие элиты и субэлиты, с другой.

Алексей Макаркин
Конфликт между Лондоном и Брюсселем, связанный с выполнением протокола по Северной Ирландии, который является частью Соглашения о выходе Британии из ЕС, вышел на новый виток. Протокол предусматривает, что Северная Ирландия остается в составе единого рынка ЕС, а потому товары, идущие туда из Великобритании, подлежат таможенным проверкам в ольстерских портах. После окончания 1 января переходного периода стало ясно, что новые правила создали серьезные проблемы для поставщиков товаров, торговых сетей и простых жителей Ольстера, что привело к росту социально-политической напряженности.

В среду Лондон заявил, что, как показал опыт, проведение таможенных проверок британских товаров в Ольстере является неприемлемым. Правительство опубликовало официальный документ под названием: «Протокол по Северной Ирландии: путь вперед», который настаивает на пересмотре ряда статей протокола. Основные предложения Лондона сводятся к следующему:

- освободить от таможенных проверок товары, если зарегистрированные в Великобритании компании указывают их конечным пунктом назначения Северную Ирландию;

- позволить маркированным товарам, соответствующим стандартам Великобритании, свободно обращаться в Северной Ирландии наряду с товарами из ЕС;

- принять новый закон, вводящий наказания для торговых компаний, нарушающих согласованные правила;

- вывести вопросы исполнения протокола из-под юрисдикции Суда ЕС.

Выступая в среду в Палате лордов, министр по вопросам брексита Дэвид Фрост отметил, что проходившие с ЕС обсуждения возникших трудностей до сих пор «не добрались до сути проблемы». Он добавил: «Говоря простым языком, мы не можем продолжать в том же духе». Министр призвал ЕС рассмотреть британские предложения «свежим взглядом». Он объявил, что до переговоров с Брюсселем Лондон не будет прибегать к статье 16, которая позволяет в одностороннем порядке отказываться от выполнения определенных частей протокола. По его словам, правительство считает использование этой статьи оправданным, но пришло к выводу, что сейчас для этого еще не настал момент. Позже Фрост сказал репортерам: «Изменять соглашения в свете опыта – это совершенно нормальная практика. Это происходит все время».

Но в Брюсселе считают иначе. Там напоминают, что Фрост был главой команды британских переговорщиков, которая согласовала североирландский протокол менее двух лет назад. Внезапный ход Лондона вызвал в руководстве ЕС явное раздражение. Вице-президент ЕК Марош Шефчович заявил, что ЕС готов продолжать «искать креативные решения в рамках протокола» для смягчения пограничной проблемы, но не согласится на пересмотр условий сделки по брекситу. «Соблюдение международно-правовых обязательств имеет первостепенное значение», – подчеркнул он.

В четверг Борис Джонсон провел телефонные переговоры с главой ЕК Урсулой фон дер Ляйен. Как сообщил представитель кабинета, премьер-министр подтвердил, что протокол является невыполнимым и в него должны быть внесены «значительные изменения». Со своей стороны, глава ЕК кратко написала в Твиттере: «ЕС продолжит проявлять гибкость в рамках протокола. Но мы не будем его пересматривать».

Конечно, консультации между Лондоном и Брюсселем продолжатся, но их переговорные позиции настолько расходятся, что трудно ожидать позитивного результата. Противостояние достигнет пика к концу сентября, когда истекает отсрочка запрета на ввоз в Ольстер охлажденной мясной продукции из Британии. Если Лондон пойдет на использование ст. 16 протокола, как он уже угрожает, то развертывание масштабной торговой войны станет почти неизбежным.

Александр Ивахник
20 июля на разделенном Кипре отмечалась одна памятная годовщина, но с двумя разными смысловыми наполнениями. На греческой части острова (это Республика Кипр-член ООН и Евросоюза) прошли траурные мероприятия, напоминающие о трагических событиях 47-летней давности. В результате эскалации межобщинного конфликта и вооруженного вторжения Турции (операция «Аттила») этнические греки были вынуждены покинуть свои дома в северных районах страны. 

На турецкой стороне острова 20 июля совсем другая атмосфера. Там отмечается День мира и свободы. Эта дата считается официальным праздником, учреждения непризнанной Турецкой республики Северного Кипра не работают. Зато поднимают флаг не только этого образования, но и Турции, проводят военный парад. 20 июля 2021 года в этих мероприятиях принял участие Реджеп Тайип Эрдоган. Впрочем, он не только предавался праздничным церемониям, но и выступил со значимыми месседжами.

Во-первых, президент Турции подтвердил свое кредо ревизиониста. Впрочем, ревизионизм Анкары разноплановый. На карабахском направлении Эрдоган выступает за территориальную целостность Азербайджана. До прошлогодних событий он регулярно обвинял Армению в оккупации исконных азербайджанских земель. Но на кипрском направлении турецкий лидер выступает за фактическую сецессию ТРСК. Ведь эту республику признала в 1983 году только Анкара. Согласно же ооновским документам суверенитет над всем островом осуществляют кипрские власти. Другой вопрос, что де-факто ситуация иная. Но сегодня президент Турции говорит о признании ТРСК, о равенстве прав турок и греков-киприотов. При этом Эрдоган подчеркнул, что готов поставить блок на пути вступления Республики Кипр в НАТО. 

Во-вторых, турецкий президент, а также лидер ТРСК Эрсин Татар предприняли попытки «открытия» района Вароши. В ходе событий 1974 года его покинули греки-киприоты, потеряв свою собственность. Согласно же резолюциям ООН, эта часть острова должна быть закрытой вплоть до решения конфликта и реституции имущества.  Турецкие представители публично заявили о готовности рассмотреть вопрос о возвращении собственности бывшим владельцам, но принятие такого предложения означало бы по факту согласиться с правомочностью ТРСК и турецким суверенитетом над этой частью острова. В Республике Кипр, понятное дело на это не готовы. Более того, там считают инициативу Эрдогана популизмом и провокацией. 

Как бы то ни было, налицо стремление Турции последовательно проводить свою внешнеполитическую линию, не сильно заботясь о ее соответствии ооновским документам, подходам ЕС или США. Впрочем, давление Запада, явно недовольного растущей самостоятельностью Анкары, не стоит переоценивать. Открытого конфликта с турецкой стороной Вашингтон и Брюссель не хотят. И поэтому их представители делают обтекаемые выступления, скорее для проформы. Президент же Турции наряду с внешней политикой решает и проблемы внутри страны. Демонстрация солидарности с ТРСК - хороший повод напомнить, кто главный патриот в стране, и заодно минимизировать критику со стороны оппозиции. 

Сергей Маркедонов
В Болгарии после парламентских выборов 11 июля, которые не выявили явного победителя, похоже, все-таки имеются шансы на формирование постоянного правительства. Слави Трифонов, лидер анти-элитной популистской партии «Есть такой народ» (ЕТН), которая стала первой на выборах, чуть-чуть опередив долго находившуюся у власти партию ГЕРБ Бойко Борисова, отказался от своей первоначальной максималистской позиции. 12 июля Трифонов заявил, что его партия не будет вступать в коалиционные переговоры и берет на себя всю ответственность за формирование кабинета. Он огласил предлагаемый список его членов, назвав в качестве будущего премьера Николая Василева, который был министром экономики и госуправления в нулевых годах. При этом партия ЕТН получила всего 65 депутатских мандатов из 240.

Столь странный политический ход, естественно, вызвал резко негативную реакцию других партий, включая возможных союзников – партии «Демократическая Болгария» и «Поднимайтесь! Долой жуликов!», возникшие на прошлогодней волне антикоррупционных протестов. Трифонова обвинили в непомерных амбициях и в отсутствии реального намерения бороться с коррупционной системой. Возник политический тупик, выходом из которого могли быть только новые выборы. Но эти выборы не сулили партии Трифонова прорыва. Наоборот, отсутствие конструктивизма могло оттолкнуть от нее часть сторонников.

Трифонов это довольно быстро осознал. 15 июля он объявил, что отказывается от выдвижения кандидатуры Василева на пост премьера. «Я понимаю, что стране не нужны нестабильность и новые выборы», – так Трифонов объяснил свое решение в Facebook. 20 июля партии «Демократическая Болгария» и «Поднимайтесь! Долой жуликов!» сообщили, что готовы вести переговоры с ЕТН для обсуждения возможностей формирования правительства. 21 июля на первом заседании нового состава парламента они поддержали кандидатуру выдвиженки ЕТН Ивы Митевой на пост спикера. 22 июля ЕТН объявила, что начинает вести консультации со всеми парламентскими партиями, за исключением ГЕРБ, по приоритетам и составу будущего правительства.

В пятницу прошли переговоры ЕТН с «Демократической Болгарией», в субботу – с партией «Поднимайтесь! Долой жуликов!» и Болгарской соцпартией. Наконец, в воскресенье состоялась встреча представителей ЕТН и партии этнических турок «Движение за права и свободы», которая имела долгие неформальные связи с партией ГЕРБ Борисова и возможность взаимодействия с которой Трифонов первоначально отрицал. По итогам консультаций переговорщики от ЕТН, двух протестных партий и соцпартии отметили их плодотворный характер и сходство позиций по основным приоритетам будущего правительства, в частности, по осуществлению глубокой судебной реформы.

Вместе с тем, пока это только первые подходы к становлению коалиционного сотрудничества. Многое остается неясным. Например, будут ли представители двух протестных партий и соцпартии напрямую номинированы в состав кабинета. Примечательно, что сам Трифонов, за которым решающее слово, не участвовал в переговорах, делегацию ЕТН возглавлял замлидера партии Тошко Йорданов. Любопытно также, что глава действующего временного кабинета Стефан Янев, близкий к президенту Румену Радеву, еще 18 июля заявил, что в случае приглашения мог бы возглавить постоянное правительство. Со времени своего назначения в мае Янев проявил себя рядом решительных шагов по демонтажу прежней коррупционной системы. Так что такого варианта исключить нельзя.

Александр Ивахник
Грузия готовится к новым выборам. Они состоятся 2 октября. Но уже сейчас заметно оживление среди всех политических сил. Формально это – кампания местного значения. В октябре грузинские граждане будут голосовать за кандидатов на посты глав муниципальных образований и депутатов сакребуло (местных советов). 

Но де-факто это будут общенациональные выборы. Напомню, что после выборов 31 октября 2020 года оппозиционные партии бойкотировали парламент. Это решение спровоцировало масшиабьный кризис, с которым грузинские партии справились лишь с помощью внешнего вмешательства. Решающую роль сыграло посредничество президента Европейского совета Шарля Мишеля. Но одним из пунктов компромисса было положение о выборах муниципалитетов, как параллельном голосовании о доверии правящей партии. Получит «Грузинская мечта» менее 43 %, страну ждут уже настоящие общенациональные выборы- досрочные парламентские.

Понимая, что ставки в игре, высоки, оппозиция заранее готовится к кампании. Готовясь к выборам в столичном муниципалитете Тбилиси, ведущие оппозиционные объединения («Единое национальное движение», «Европейская Грузия и «Гирчи») смогли достичь определенных компромиссов. Так кандидатом в мэры станет представитель «националов» Никанор (Ника) Мелия. Его уголовное преследование стало триггером отставки Георгия Гахария с поста премьера в феврале 2021 года. Впоследствии он выбрал собственную политическую траекторию, не связанную с правящей партией. Главным конкурентом Мелия, скорее всего, станет Каха Каладзе, 20 июля его выдвинули кандидатом от «Грузинской мечты». Каладзе будет баллотироваться на этот пост уже во второй раз. На пост кандидата в председателя тбилисского горсовета оппозиционеры выдвинули Елену Хоштария. 

Но далеко не факт, что во всех регионах такая координация станет возможной. Понятное дело, ЕНД- самая крупная из оппозиционных сил. Но другие «миноритарные игроки» могут не дать ему реализовать возможное преимущество. Тем более, в регионах люди зачастую голосуют не за лейблы, а за «прагматиков», ассоциируемых, скорее с «партией власти». Местные выборы станут своеобразным смотром для экс-премьера Георгия Гахария и созданной им новой партии «За Грузию». Не факт, что его в недавнем прошлом высокий рейтинг автоматически перейдет этому объединению. Но выборы как раз и станут проверочным тестом. 

Сергей Маркедонов
Проблемы предвыборной повестки.

1. Приоритет внутренней, социально-экономической тематики. Большинство людей мало интересует геополитика, Украина, военная мощь и историческая память. Это приоритетные темы для немалой части старшего и небольшой части среднего поколения – верных телезрителей, для которых актуальна (и будет актуальна всегда) травма 90-х, причем в связи как с падением собственного жизненного уровня, так и престижа страны. Для остальных эти темы ушли на глубокую периферию по сравнению с ценами, работой, пенсиями, вакцинацией.

2. В условиях слабости российской партийной системы и уязвимости всех парламентских брендов (высокий моральный износ, усталость от одних и тех же персонажей) велика вероятность негативной мобилизации, голосования не «за», а «против». В связи с этим претензии к конкретным партиям по конкретным вопросам становятся менее значимыми – многие голосуют не за идеальную партию (для большинства избирателей таковой нет), а за наименее неприятную.

3. Запрос на обновление может выразиться как в росте внимания к внепарламентским партиям (не обязательно трансформирующимся в электоральный результат), так и в голосовании последнего дня, то есть в выборе, который будет делаться уже на избирательном участке, исходя из эмоционального фактора. Поэтому могут быть сюрпризы по сравнению с количественной социологией. Потенциальные бенефициары – исходя из нынешней ситуации – «Новые люди» (запрос на обновление) и пенсионеры (им традиционно сочувствуют). Вопрос о качестве списков здесь вторичен – голосование носит в значительной степени эмоциональный характер.

4. В 2016 году голосование по одномандатным округам в условиях сохранения (хотя и уже наметившегося ослабевания) «крымского консенсуса» отличалось высокой степенью однородности. Сейчас ситуация меняется. Для крупных городов обвинения кандидатов в недостаточном патриотизме, связях с Западом и т.д. играют все меньшую роль. В них все больше востребуются «трибуны», выступающие в качестве защитников простых людей и имеющие опыт отношений с гражданским обществом. С этим связано и появление феномена «электоральных лишенцев» как одного из способов борьбы власти с оппозицией. Другой метод противодействия – ставка на внутреннюю конкуренцию в условиях однотуровых выборов. Это предусматривает и борьбу с «умным голосованием», то есть организованным продвижением одного фаворита для создания в округе биполярной ситуации.

5. В то же время провинциальный избиратель как обычно более инерционен – для него важнее, чтобы депутат имел достаточные ресурсы для решения конкретных проблем (а это люди власти). Хотя и там востребованы коммуникативные навыки – и за лояльным избирателем надо «поухаживать», чтобы он проголосовал.

Алексей Макаркин
 Азербайджан, Пакистан и Турция укрепляют формат трехстороннего партнерства. 27 июля спикеры парламентов этих государств Сахиба Гафарова, Мустафа Шентоп и Асад Гейсар поставили свои подписи под Бакинской декларацией. 

Взаимный интерес Анкары, Баку и Исламабада обозначился не сегодня. Турция признала независимость Азербайджана еще в ноябре 1991 года, незадолго до распада СССР, а Пакистан стал третьим в списке признавших. Это решение было принято 13 декабря, через пять дней после подписания Беловежских соглашений. В то же самое время официальный Исламабад до сих пор не признает Армению. Эта позиция всегда мотивировалась поддержкой Баку в карабахском конфликте. Заметим при этом, что Ереван рассматривает Кашмир, как неотъемлемую часть Индии. Какие же резоны подталкивают Анкару, Баку и Исламабад к наращиванию кооперации?

Турция уже не первый год демонстрирует свои амбиции, превышающие ее прежнюю роль южного форпоста НАТО и союзника США на Ближнем Востоке. Пафос ее политики был метафорично выражен президентом Реджепом Эрдоганом: «мир больше пяти» (имеются в виду постоянные члены Совбеза ООН). И потому Анкара не только проводит наступательную политику в своем «ближнем зарубежье» (Сирия, Закавказье), но и активно «осваивает» Африку и Средний Восток. Эрдоган неоднократно осуждал индийские власти за политику в Кашмире. В процессе ухода американцев из Афганистана он заявлял о намерении оставить в этой стране турецкий военный контингент, несмотря на все угрозы талибов. На афганском направлении роль Пакистана невозможно переоценить. Анкара, пытаясь выстраивать самостоятельный внешнеполитический курс крайне заинтересована в упрочении связей с центрами силы за пределами Запада. И ядерный Пакистан видится важным партнером в достижении этой цели.

Азербайджан также не первый год проводит активную политику среди стран исламского Востока, добиваясь солидарности в ООН по карабахскому вопросу. Словам прежний невыгодный статус-кво, Баку также стремится подняться в более высокую лигу мировой политики, играть не как малая, а как минимум, средняя держава. В этом контексте знаковым событием можно считать Исламабадскую декларацию 13 января 2021 года, подписанную министрами иностранных дел Турции, Азербайджана и Пакистана — Мевлютом Чавушоглу, Джейхуном Байрамовым и Шахом Махмудом Курейши. Наряду с развитием сотрудничества в социально-экономической и военной сфере документ предполагает совместные действия по защите прав мусульман и противодействию их дискриминации.

В то же время не стоит спешить с выводами о складывании устойчивого трехстороннего альянса. Для светского Азербайджана активное вовлечение в религиозно-политические форматы несет определенные риски, как, впрочем, и включения в различные региональные проекты за рамками Кавказа. Ведь многие союзники Анкары в той же Сирии могут с трудом рассматриваться, как поборники азербайджанских светских порядков. Не прояснен и вопрос, в какой степени громкая риторика турецкого лидера подкрепляется его реальной готовностью освоить афганское поле. С этим не справлялись и несколько великих держав. Однако заявка сделана, и за форматом Анкара-Баку-Исламабад стоит следить очень внимательно.  

Сергей Маркедонов
Москва могла стать пионером внедрения коронавирусных пропусков в виде QR-кодов, но внезапно отказалась от этой затеи, ссылаясь на некие загадочные улучшения. А теперь Европа идет по следам Москвы, несмотря на то что уровень вакцинации там намного выше, чем в России, а уровень заражений и смертей от ковида во много раз ниже. Власти ряда европейских стран ссылаются на опасность взрывного распространения нового дельта-штамма коронавируса и настаивают, что лучше вводить ограничения для невакцинированных, чем возвращаться к всеобщим локдаунам, которые нанесут новый удар по только начавшей приходить в себя экономике. При этом сознательные привившиеся граждане будут иметь преимущества перед несознательными в виде возможности продолжать относительно нормальную социальную жизнь.

Конечно, Европа не была бы Европой, если бы такие меры со стороны государства не вызывали бурного возмущения части общества. Недовольные ссылаются на недопустимость ущемления прав личности и внедрения социальной сегрегации. Возмущение выплескивается на улицы. 24 июля во Франции вторую субботу подряд во многих городах прошли протесты против решения о введении «санитарных пропусков», в них участвовало более 160 тыс. человек. Но стоит отметить, что нынешнюю волну протестов поддерживают только 35% французов, 49% настроены негативно, 16% – безразличны.

Президент Макрон остался непреклонен. Он подверг критике протестующих, заявив: «Чего стоит ваша свобода, если вы не желаете вакцинироваться, но если завтра вы заразите вашего отца, вашу мать или меня. Я стану жертвой вашей свободы. Это не свобода, это безответственность и эгоизм». Французский парламент на заседаниях в выходные чуть смягчил правительственный законопроект, но его основные положения остались неизменными. Закон вводит обязательную вакцинацию медработников. Наличие «санитарного пропуска», подтверждающего вакцинацию, выздоровление после ковида или свежий отрицательный тест, уже требуется при посещении театров и музеев, а с августа становится обязательным для входа в закрытые помещения ресторанов и кафе и для посадки в самолеты и на поезда.

Франция отнюдь не является единственной. Греция, столкнувшись с новой вспышкой коронавируса и угрозой срыва туристического сезона, в середине июля запретила невакцинированным вход во внутренние помещения кафе и баров и в кинотеатры. Для медиков прививки стали обязательными. Италия начала обязательную вакцинацию медработников еще в апреле. А 22 июля в Риме объявили о намерении в августе ввести систему «зеленых пропусков», свидетельствующих о наличии прививки или свежего отрицательного теста. Они станут необходимы для посещения стадионов, бассейнов, музеев и внутренних помещений кафе и баров. В Британии Борис Джонсон сообщил о планах введения в сентябре вакцинных пропусков для входа в ночные клубы и на стадионы.

Особняком стоит Германия, отягощенная исторической памятью о ликвидации свобод. Сейчас в стране идет дискуссия, толчок которой дало воскресное интервью главы ведомства федерального канцлера Хельге Брауна. Он заявил, что если распространение дельта-штамма COVID-19 будет интенсивным, то не сделавшим прививки придется сократить число контактов. Для них посещение ресторанов, кинотеатров и стадионов станет невозможным даже при наличии отрицательного теста, потому что «остаточный риск слишком высок», Брауну тут же возразил кандидат в канцлеры от правящего ХДС Армин Лашет. Он отметил, что в настоящее время выступает против любых вакцинных требований. Министр юстиции Кристин Ламбрехт также выступила против ограничений для тех, кто не хочет вакцинироваться. Но она предложила отказаться от предоставления государством бесплатного тестирования на коронавирус.

Однако в германских верхах есть и те, кто поддерживает идею Брауна. Глава МВД Хорст Зеехофер заявил, что его предложение не является дискриминацией в отношении непривитых. «Зеленый» премьер земли Баден–Вюртемберг Винфрид Кречманн отметил, что хотя сейчас нет планов введения обязательной вакцинации, этого нельзя исключить на будущее.

Александр Ивахник
Тема добровольно-принудительной вакцинации нередко рассматривается в контексте настроений рядовых сотрудников, многие из которых не хотят прививаться под влияние антивакцинной пропаганды, транслируемой через «сарафанное радио». Но есть и еще одна сторона – средний управленческий состав как в государственных, так и в частных структурах. Такой управленец оказался под двойным ударом.

Во-первых, ему надо прививаться самому – верхнее начальство за этим следит и крайне негативно отнесется к портящим отчетность медицинским отводам («если больной – может подыщешь работу полегче»). А такой управленец нередко сам подозрительно относится к вакцинированию -  из-за того же «сарафанного радио»; в этом вопросе его представления и степень информированности часто мало отличаются от подчиненных.

Во-вторых, он оказывается в психологически неудобной ситуации, так как вынужден проводить в жизнь непростое с моральной точки зрения распоряжение начальства. Конечно, если он сам доверяют науке, то ему существенно легче, он ощущает свою правоту. А если нет? Такой человек нередко годами выстраивает систему отношений с подчиненными, основанную на российской управленческой культуре, включающей в себя элементы авторитаризма и патернализма. А тут приходится прямо принуждать к действиям, целесообразность которых для самого управленца выглядит сомнительной.

Управленцы среднего звена нечасто бывают участниками социологических исследований – они люди занятые и не хотят терять время на фокус-группах. «Разговорить» их можно посредством глубинных интервью, которые сложнее организовать. Поэтому приходится ориентироваться на эмпирические данные, которые могут быть нерепрезентативны – и при этом их мнение важно, так как речь идет о достаточно ресурсной группе общества, мнения которой нередко транслируются подчиненным.

Алексей Макаркин
Про гражданское общество и памятники культуры

В 2019 году Комитет по вопросам образования Сан-Франциско решил закрасить фрески в одной из городских школ. Автором фресок был русский эмигрант Виктор Арнаутов, учившийся у Диего Риверы. Фрески были посвящены Джорджу Вашингтону, но на них в числе других фигур есть черные рабы и убитый индеец.

Арнаутов, несмотря на участие в гражданской войне в рядах колчаковской армии, придерживался левых взглядов – и сюжеты выбраны были им не случайно. Он стремился показать, что американская история включает в себя не только героические страницы, но и гибель представителей коренного населения, и унижение рабов. Однако в современной Америке многие левые трактуют такие изображения как способные причинить боль представителям этих общин – и, как следствие, недопустимые для выставления в публичном пространстве. И так как техника фресок не позволяла перенести их в другое место, был выбран вариант с закрашиванием.

Но против этого вандализма резко выступили искусствоведы и выпускники школы, успешно апеллировавшие к общественному мнению. Образовательные чиновники в США зависят от избирателей – и они были вынуждены отступить, предложив компромисс – занавесить фрески. Но такое решение не устроило ассоциацию выпускников, которая обратилась в суд. И в нынешнем месяце судья признал незаконным и закрытие для публичного обозрения фресок, посчитав что оно противоречит закону о сохранении окружающей среды Калифорнии, принятому в 1970 году и распространяемому и на культурное наследие. На всякий случай судья запретила любые действия, направленные и на закрытие фресок для обозрения, и на их уничтожение.

История с фресками Арнаутова «наложилась» еще на один американский сюжет с русскими корнями. В прошлом году совет города Ситка на Аляске постановил убрать памятник правителю русских поселений в Северной Америке Александру Баранову, подаренный городу одной из местных влиятельных семей в 1989 году. Баранов воевал против местных коренных жителей - тлинкитов, представители которых требовали отказаться от его прославления. В то же время немалая часть горожан продолжает уважать Баранова за его заслуги: под его руководством было построено свыше 200 поселений, открывались школы, библиотеки, храмы, судостроительные верфи, сельскохозяйственные колонии и заводы.

Статуя дважды подвергалась вандализму – и было ясно, что она останется предметом споров. Третьего раза на фоне сноса монументов конфедератам решили не дожидаться. В результате памятник перенесли в местный музей, где его благожелательно приняли - он доступен для посетителей и недоступен для вандалов.

Алексей Макаркин
В Молдове начал работу парламент нового созыва, избранный 11 июля. 101 депутатский мандат распределили всего три политические силы. У президентской партии «Действие и солидарность» (ПДС) – 63 мандата, у избирательного блока Партии социалистов и Партии коммунистов – 32 мандата и у партии «Шор» – 6 мандатов. Понятно, что теперь и распределение постов в законодательном органе, и его повестку дня, и утверждение будущего правительства диктует одна партия, располагающая прочным большинством и находящаяся в тесном взаимодействии с президентом Майей Санду.

26 июля состоялось учредительное заседание нового парламента. Заседание было коротким и, по сути, состояло из сообщения главы Конституционного суда о правомочности нового парламента и напутственной речи президента. Любопытно, что депутаты от левых партий, видимо, тяжело переживают свой провал на выборах и даже не встали с кресел, когда Санду вошла в зал пленарных заседаний. А Игорь Додон вообще отсутствовал на первом заседании.

Между тем речь президента носила не дежурный, а программный характер. Она всячески подчеркивала, что теперь в Молдове наступает новая эпоха. «Настало время для настоящей революции в управлении страной, когда политики и институты служат интересам общества», – заявила Санду. Она говорила о новой модели экономического роста, о важности поддержки малого и среднего бизнеса, о необходимости глубоких реформ образования и здравоохранения, о программе масштабной высадки лесов и т.д.. Но главный месседж обращения президента касался задачи очищения государства от коррупционных практик прошлого.

«Рада, что могу обратиться к депутатам в новом, легитимном парламенте, где будет честное большинство, настроенное на реформы, которое заменит предыдущее, что представляло собой всё самое коррумпированное и аморальное», – сказала Санду. «В ближайшие дни будет проголосовано правительство. Вместе с парламентом оно должно найти неотложные решения множества проблем, вызванных безответственностью и коррупцией предыдущих правительств. Им нужно найти решения, чтобы вывести государство из ловушек, созданных ранее подписанными незаконными контрактами. Оно должно вернуть важную государственную собственность, очистить госучреждения одно за другим от коррупционных интересов и обеспечить их функционирование», – заявила президент. Возможно, эти слова грешили чрезмерным пафосом, но ощущения собственной миссии у Санду не отнять.

На втором заседании, которое прошло в четверг, парламент избрал спикера, двух вице-спикеров и руководителей 11 постоянных комиссий. Спикером стал Игорь Гросу, он получил 64 голоса депутатов, голосов против не было. Гросу – давний соратник Санду. Он начинал свою политическую карьеру в крупных молдавских НПО, был заместителем Санду, когда та в 2012-15 гг. возглавляла министерство просвещения. Вместе с Санду в 2016 г. Гросу был одним из основателей ПДС, где занял пост генсекретаря. После победы Санду на президентских выборах Гросу стал врио председателя ПДС.

Вице-спикерами парламента были избраны депутат от ПДС Михай Попшой и социалист Влад Батрынча, оба получили более 80 голосов. На заседании были также официально оформлены фракции. Любопытно, что социалисты и коммунисты, сформировавшие перед выборами избирательный блок, решили сохранить единую фракцию. Ее возглавила экс-спикер прежнего парламента социалистка Зинаида Гречаная.

В пятницу Майя Санду будет проводить консультации с фракциями по вопросу о выдвижении кандидата на должность премьер-министра. Но Гросу уже объявил, что кандидатом от правящей ПДС станет Наталья Гаврилица, которая была министром финансов в недолгом правительстве Санду в июне-ноябре 2019 г. Так что вопрос практически решен. Ожидается, что новое правительство будет утверждено голосованием парламента не позднее 5 августа.

Александр Ивахник
Реутовский гарнизонный военный суд признал виновным бывшего замдиректора Росгвардии Сергею Милейко и приговорил его к шести годам лишения свободы с лишением воинского звания «генерал-лейтенант». Прокуратура просила восемь лет и может быть вполне удовлетворена приговором. Эта история рассматривается наблюдателями в контексте «силовых войн», приведших пару лет назад к серьезным перестановкам в руководстве Росгвардии.

Милейко был обвинен в том, что его супруга в 2012 году незаконно получила по заниженной стоимости в ведомственном доме в Балашихе нежилое помещение, в котором открыла парикмахерскую. Милейко вину не признал. По данным источника ТАСС, к уголовному делу подключилась военная контрразведка ФСБ. Защита заявляла ходатайства о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям в связи с истечением срока давности с момента совершения вменяемого фигурантам преступления и о возврате его в надзорное ведомство. Однако суд отклонил просьбы адвокатов и продолжил судебный процесс.

Сергей Милейко служил во внутренних войсках вместе с Сергеем Меликовым. Когда Меликов в 2014 году стал полпредом на Северном Кавказе, Милейко занял пост его заместителя. В 2016-м Меликов переводится в Москву первым заместителем главкома Росгвардии – и на следующий год Милейко становится заместителем главкома по тылу. В 2019-м оба теряют свои посты, но в разных форматах. Милейко как фигурант уголовного дела, Меликов же становится сенатором от Ставропольского края (что можно рассматривать как компенсацию), а в 2020-м – врио главы Республики Дагестан.

Меликов давал показания на процессе в качестве свидетеля – как бывший командир дивизии имени Дзержинского, расквартированной в Балашихе. Милейко он охарактеризовал положительно, но показания Меликова, как видно из приговора, его бывшему сослуживцу не помогли. А в СМИ сообщают, что к Милейко могут возникнуть вопросы по другому, гораздо более масштабному делу - о хищении около 680 млн руб. при поставках в Росгвардию формы по завышенным расценкам. Так что история может иметь продолжение.

Алексей Макаркин

 
В пятницу глава европейской дипломатии Жозеп Боррель, выступая в одном из испанских университетов, необычно откровенно высказался по поводу геополитического соперничества Евросоюза с Китаем. Вообще в последнее время выработка адекватной стратегии в отношении быстро возвышающегося Китая сильно заботит ЕС. Но согласия в этом вопросе нет. Лидеры наиболее крупных европейских стран, в первую очередь Меркель и Макрон, делают акцент на необходимости взаимовыгодного экономического сотрудничества. Некоторые менее крупные страны, больше ориентирующиеся на жесткий курс Вашингтона в отношении Пекина, настаивают на противодействии экономической экспансии Китая и на усилении критики китайских властей по линии прав человека.

Боррель говорил о менее острых, но сейчас наиболее актуальных темах, демонстрирующих скромную роль единой Европы как глобального игрока. Глава европейской дипломатии сосредоточился на успешной «вакцинной дипломатии» Китая в странах Африки и Латинской Америки в сравнении с недостаточными усилиями ЕС. В самом деле, пока европейские страны были озабочены дефицитом вакцин для своих граждан, Китай наладил крупномасштабное производство собственных, пусть менее эффективных, но и менее дорогих вакцин и развернул их массированные поставки в развивающиеся страны. К настоящему времени Пекин подписал экспортные контракты на 850 млн доз вакцин, 405 млн из которых уже поставлены – в основном в Юго-Восточную Азию, Африку и Латинскую Америку. Еще 25 млн доз были направлены безвозмездно в десятки дружественных стран. В июле Си Цзиньпин заявил о решении выделить 3 млрд долларов в качестве помощи для борьбы с пандемией в бедных странах. Всё это сопровождается мощной пропагандистской кампанией, направленной на распространение глобального имиджа Китая как надежного и самого полезного партнера развивающегося мира в отличие от эгоистичных США и ЕС.

Боррель прямо признал, что активная «вакцинная дипломатия» Пекина приносит свои плоды. «Экспансия Китая в Африке и Латинской Америке должна нас беспокоить и занимать наше внимание», – отметил он. И добавил: «В Европе мы вакцинировали 60% населения, в Африке привито лишь 2-3%. Кто самый крупный поставщик вакцин в Африку? Китай. Кто самый крупный поставщик вакцин в Латинскую Америку? Китай». Боррель напомнил, что ЕС объявил о готовности выделить 200 млн доз вакцин в качестве помощи бедным странам. «Да, но когда?, – заметил он. – Дело не только в обещаниях, но в эффективности». Действительно, к середине июля было поставлено только 4% от этого количества.

Глава европейской дипломатии также подчеркнул, что его озабоченность китайской экспансией и медлительностью ЕС касается не только сферы распределения вакцин, но и торговых сделок. «Трудно понять, почему Европа так долго задерживает утверждение соглашений об ассоциации с Мексикой и Чили, в то время как Китай высаживается во всех частях Латинской Америки и занимает доминирующее положение», – посетовал Боррель. По его словам, нерасторопность Европы будет иметь неблагоприятные для нее геополитические последствия. Впрочем, при сложном, многоступенчатом характере принятия решений в ЕС и действующем принципе консенсуса сам Боррель тут мало что может изменить.

Александр Ивахник
История Кристины Тимановской демонстрирует как в рамках застарелого авторитарного режима в условиях роста политических рисков прорастают тоталитарные тенденции. И четкой грани между авторитаризмом и тоталитаризмом провести невозможно.

Если в авторитарном режиме возможны внутренние автономии и критика в адрес начальства среднего уровня без санкции высшего, то в тоталитарном происходит полная деавтономизация, и любое вольномыслие, даже не затрагивающее прямо первое лицо, ведет к быстрой реакции. Тимановская, можно сказать, в считанные часы из гордости страны превратилась в изгоя, которого чуть было не доставили домой, откуда выбраться было бы крайне сложно.

Авторитарный режим заинтересован в том, что вытеснить политических оппонентов за границу – тоталитарный удерживает их внутри или пытается достать тех, кто успел уехать – от Федуты до Протасевича (кстати, в связи с этим он менее эластичен). Государство воспринимает их как беглых подданных, представляющих угрозу своими возможными связями с зарубежными государствами. Еще в прошлом году Лукашенко выгонял из страны Тихановскую и Латушко, рассчитывая, что они будут нейтрализованы, став эмигрантами. Теперь, особенно после встречи Тихановской с Байденом, он, видимо, считает, что совершил ошибку.

Авторитарный режим задумывается о своей международной репутации — например, в глазах спортивного сообщества. Для тоталитарного же безусловный приоритет – это радикальное купирование любых рисков, страх элит и субэлит (к которым принадлежат и спортсмены), не позволяющий им претендовать на автономию. Причем страх, транслируемый дальше, в широкие слои населения, которым на примерах объясняется, что государство может прижать любого, даже спортивную звезду – что уж говорить об обычном враче или учителе.

Алексей Макаркин
Кампания против «Современника» в связи со спектаклем «Первый хлеб» имеет несколько измерений, но все они связаны с идеологическим фактором.

Первое – корпоративное. О нем говорила Лия Ахеджакова. После кончины Галины Волчек театр возглавил Виктор Рыжаков, что вызвало недовольство части труппы. Корпоративные конфликты в театрах – явление частое. Вспомним разделение МХАТа на чеховский (ефремовский) и горьковский (доронинский) или Таганки на любимовскую и губенковскую. А консерваторы до сих пор обвиняют либералов в безвременной кончине Анатолия Эфроса. Конфликты бывают не только по линии «либералы-консерваторы» - сейчас в острой полемике вокруг бывшего доронинского МХАТа участвуют разные консерваторы (условно «советские» и «несоветские»), а либералы от нее дистанцировались. Но конфликт в «Современнике» был идеологизирован еще в прошлом году, когда Сергей Гармаш перед уходом из театра обвинил Рыжакова в неуважении к памяти участников Великой Отечественной войны из-за молодежной постановки, которую он назвал кощунством и провокацией.

Второй – аппаратное. Силовики распространяют свое влияние на самые разные сферы, включая и театр (первым признаком стало дело Кирилла Серебренникова). Теперь эта тенденция продолжается, причем с важным нюансом. Если государственная власть в целом заинтересована в политической лояльности деятелей культуры (чтобы они не поддерживали оппозицию и не критиковали власть), то у силовиков есть и свои взгляды, связанные с эстетикой, которая должна соответствовать традиции, над которой посмеивались еще лучшие советские режиссеры – вспомним в «Операции Ы»: «Никакого модернизьма, никакого абстракционизьма».

Неудивительно, что претензии к постановке в «Современнике» предъявили «Офицеры России», а проверку поручил организовать председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин. И возглавляющий общественный совет при Минкультуры потомок троюродного брата Лермонтова в истории с «Современником» ссылается не на конституционные свободы, а на только что принятую стратегию национальной безопасности, в которой зафиксированы пожелания силовиков в отношении культурной сферы (чтобы она была патриотичной и не подверженной западным влияниям). Но тут уже министр культуры Ольга Любимова напоминает о конституционной норме, запрещающей цензуру, дистанцируясь от мнения председателя совета при ее ведомстве. Так что внутриэлитного консенсуса здесь нет.

Третье – общественное. Сейчас происходит резкое снижение общественного интереса к официальной повестке (Украина, геополитика, историческая память) во всем, кроме морально-нравственных ценностей, выражающихся в культуре в широком смысле (театр, кино, ТВ, литература). Именно здесь ощущаются сильные эмоции и большой уровень вовлеченности, стремление сохранить устоявшийся канон, в том числе и посредством государственного силового вмешательства. В первую очередь, это связано с желанием защитить детей от дурного влияния. Присутствует ощущение, что «мы», взрослые, достаточно морально устойчивы, а «они», дети, могут стать жертвами распущенности. Поэтому ключевой месседж, воспринимаемый обществом – это не «оскорбление ветеранов», а «мат со сцены».

Это поколенческая проблема, когда бывшие слушатели рок-музыки, зрители видеосалонов конца 80-х и участники дискотек 90-х, социализировавшись, становятся консерваторами в моральной сфере, стремясь найти опору в жизни. Выступают за старые добрые советские фильмы, классическую музыку (даже если сами ее не слушают), классическую же литературу (даже если со школьных времен ее не открывали). И при этом внутренне не чувствуют себя достаточно уверенными в своем влиянии на детей - поэтому и прибегают к поддержке со стороны государства, которое в лице силовиков готово пойти им навстречу.

Алексей Макаркин
В британских политических кругах широко обсуждают резкое снижение популярности премьера Бориса Джонсона – как внутри Консервативной партии, так и в стране в целом. В воскресенье близкий к тори сайт Conservative Home огласил данные своего ежемесячного опроса рядовых членов партии относительно популярности членов кабинета министров. Публикуемый рейтинг популярности высчитывается как разница в процентных пунктах между теми, кто одобряет деятельность министра, и теми, кто не одобряет. Так вот, рейтинг Джонсона составлял 55.6 п.п. в конце мая, снизился до 39,2 п.п. в конце июня и рухнул до 3,4 п.п. в конце июля. Тот же опрос показал, что 48% рядовых тори считают, что Джонсон справляется с коронавирусным кризисом «плохо», а оценку «хорошо» поставили лишь 44%.

Среди всех избирателей Британии рейтинг одобрения премьера еще хуже. Судя по общенациональным опросам, в середине июля он составлял минус 3 п.п, а сейчас – минус 11 п.п. Значительно снизилась и разница в поддержке Консервативной и Лейбористской партий. В середине июля преимущество тори по различным опросам в среднем равнялось 9 п.п., в конце июля – 5 п.п. Всё это говорит о серьезном сдвиге в массовых политических настроениях, который вызывает сильную обеспокоенность в консервативных кругах.

Среди британских экспертов преобладает мнение, что смена настроений связана с исчерпанием действия двух факторов, которые определяли высокую популярность Джонсона. До пандемии это был фактор брексита: Джонсон обещал его добиться и сделал это. Правда, теперь выясняется, что брексит в исполнении Джонсона оказался довольно кривым, судя по тем проблемам, которые возникли в Северной Ирландии и не только. А с начала этого года в пользу премьера играла на редкость успешная британская программа массовой вакцинации. Но теперь страны ЕС практически догнали Британию по доле привитого населения, так что этот рычаг поддержки правительства и его лидера уже не работает. Кроме того, произошедшее 18 июля снятие основных коронавирусных ограничений, широко разрекламированное как «день свободы», оказалось относительным. Оно почти не затронуло ограничений, связанных с поездками за рубеж, что в сезон отпусков вызывает массовое раздражение.

Наконец, по рейтингу Джонсона ударил и его очередной личный промах. В середине июля у него была встреча с министром здравоохранения Саджидом Джавидом. Через пару дней выяснилось, что у Джавида диагностирован ковид, и Джонсон должен был уйти на карантин. Он пытался уклониться от этого, заявив, что будет ежедневно проходить тесты. Это намерение вызвало в обществе и в партии тори сильную негативную реакцию на том основании, что премьер игнорирует требования, обязательные для всех граждан. В результате Джонсон самоизолировался, но ущерб репутации был уже нанесен.

После окончания парламентских каникул премьер-министру, судя по всему, придется столкнуться с растущим недовольством депутатов-тори рядом планов кабинета. Это намерение отменить пандемийное повышение государственных выплат безработным и низкодоходным группам и предстоящая реформа планирования, снимающая многие ограничения с застройщиков в сельской местности и в пригородах. Но с наиболее серьезным сопротивлением со стороны однопартийцев Джонсон столкнется при попытке ввести «вакцинные паспорта» для посещения ночных клубов, стадионов и других массовых мероприятий. 43 члена фракции тори публично обязались голосовать против этой меры в Палате общин.

Александр Ивахник
Известно, что многие профессионалы не очень любят смотреть телесериалы про свою сферу деятельности. Врач сразу скажет, что такой больницы не бывает. Полицейский удивится методам расследования, которых никогда не было в его практике. Священник найдет десяток грубейших ошибок, которые бы вряд ли совершил даже семинарист первого курса. Политтехнолог скажет, что такие выборы случаются только в кино.

Но технологии нынешней избирательной кампании все более напоминают именно такой сериал. Сушка явки происходит радикальными средствами. Начало «Яблоко» - кажется, впервые в истории фактический лидер партии призвал часть потенциального электората не голосовать за партию – и это в условиях, когда ей нужен каждый голос. А затем лидер официальный (он же глава списка) высказался в поддержку введения локдауна – от такой перспективы шарахаются многочисленные самозанятые и малый бизнес, также составляющие целевую партийную аудиторию.

Дальше еще фантастичнее. Вначале КПРФ заявляет, что против нее используют грязную технологию, публично связывая партию со скопинским маньяком. А затем опытнейший зампред партии Владимир Кашин (а не какой-нибудь начинающий сотрудник пресс-службы) выражает желание, чтобы маньяк исправился, и рекомендует ему прочитать программу партии. И утверждает, что теплые слова маньяка в адрес Геннадия Зюганова мы «никоим образом негативно не воспринимаем». Все это, разумеется, сразу же используется как новый негативный для КПРФ информационный повод.

Сушка явки накладывается на сюрреализм в вопросе допуска кандидатов в связи с появлением института «электоральных лишенцев». Одного из самых ярких демократических политиков Льва Шлосберга регистрируют в Москве и не регистрируют в Пскове. Затем возвращают в список в Пскове, но с обоснованием, что решение Мосгорсуда о запрете деятельности и ликвидации организаций Алексея Навального (признанных и экстремистскими, и иноагентами) еще не вступило в законную силу. Но раз так, то получается, что после вступления в силу исключить из списка можно – а это только что как раз произошло. И это притом, что Шлосберг как раз много критиковал Навального за конкретные действия, в том числе за «умное голосование», помогающее пройти в Думу сталинистам и националистам – но формулировка «причастность» носит совершенно безразмерный характер.

До конца избирательной кампании около полутора месяцев. Сериал продолжается.

Алексей Макаркин
До выборов в германский Бундестаг остается меньше двух месяцев, но пока партийные симпатии немцев сильно распылены. Главный кандидат на место преемника Ангелы Меркель, лидер ХДС Армин Лашет усиленно пытается исправить грубый промах, который он совершил 17 июля. В тот день президент ФРГ Штайнмайер посетил наиболее пострадавший от наводнения город Эрфтштадт в Северном Рейне – Вестфалии, а Лашет как премьер этой федеральной земли сопровождал его. Когда президент высказывал слова сочувствия местным жителям, камеры засняли Лашета, беззаботно смеющегося в компании своих коллег. После этого Лашет не раз извинялся за неуместный смех. Он активно посещает пострадавшие от наводнения города и деревни Северного Рейна – Вестфалии, беседует с жителями, выясняет нужды, обещает помощь, подчеркивая свой рабочий настрой соответствующей одеждой – джинсами и резиновыми сапогами. Лашет даже отложил на время официальное начало своей предвыборной кампании.

Однако убедить немцев в подлинности своей эмпатии к пострадавшим Лашету, судя по всему, не удается. Да и жители населенных пунктов, которые он посещает, не раз высказывали ему свое недовольство тем, что государственная помощь, прежде всего, финансовая, запаздывает или недостаточна. Когда в ходе опросов граждан Германии спрашивают, за кого бы они голосовали, если бы канцлер страны выбирался напрямую, то Лашет в последнее время получает поддержку всего 13-15%. Он отстает от кандидатов на пост канцлера от двух других наиболее популярных партий. Выдвиженку «Зеленых» Анналену Бербок готовы поддержать 16-18%, социал-демократа, нынешнего министра финансов Олафа Шольца – 20-22%. Но на парламентских выборах голосуют за партии, а не за лидеров. И здесь наиболее популярному Шольцу не удается служить паровозом. Судя по свежим опросам, впереди правящий блок ХДС/ХСС – 27%, за ним партия «Зеленые» – 20%, и лишь на третьем месте СДПГ – 17%. Остальные парламентские партии заметно отстают: Свободно-демократическая партия – 12%, «Альтернатива для Германии» – 11%, партия «Левые» – 6%.

Если подобный расклад электоральных симпатий сохранится до выборов 26 сентября, то потенциальная правительственная коалиция ХДС/ХСС и «Зеленых», на которую ставили многие эксперты, не будет иметь в Бундестаги большинства. Потребуется коалиция из трех партий. Это может быть коалиция ХДС/ХСС – СДПГ – «Зеленые» (в совокупности они сейчас имеют поддержку в среднем 63,3% избирателей) или коалиция ХДС/ХСС – «Зеленые» – СвДП (59,1%). Первая коалиция маловероятна, поскольку социал-демократы не хотят вновь оказаться в тени своих консервативных партнеров. Вторая тоже проблематична из-за серьезных противоречий между «Зелеными» и рыночниками из СвДП.

Впрочем, чудовищное июльское наводнение на западе Германии может сдвинуть динамику предвыборной кампании. 55% немцев считают, что это наводнение связано с изменениями климата. Это выводит на первый план климатическую повестку, оттесняя назад коронавирус. И здесь «Зеленые» получают шанс на новый подъем поддержки, который уже наблюдался в апреле, когда они опережали ХДС/ХСС. Партия это уже осознала, и во вторник представила «чрезвычайную программу защиты климата» из 10 пунктов, включая создание специального министерства защиты климата и рост инвестиций в эту сферу в следующем федеральном бюджете на 15 млрд евро.

Александр Ивахник