The Lake Isle (Озерный остров).
Это двустрофное стихотворение является своеобразной поэтической пародией на стихотворение Озерный остров Иннисфри (The Lake Isle Innisfree) У. Б. Йейтса. Стихотворение начинается с просьбы героя, адресованной богам ( и последующим ее многократным повторением), дать ему что-нибудь. На этот раз автор просит дать ему табачную лавку. Эта простая лавка и род занятий отображены в стихотворении как нечто большее – как свобода и возможность эскапизма от современного мира бесконечной коммерциализации и промышленного развития.
Как же эти строки напоминают строки нашего другого гениального современника, написанные много лет спустя:
Здесь снится вам не женщина в трико,
а собственный ваш адрес на конверте.
Здесь утром, видя скисшим молоко,
молочник узнает о вашей смерти.
Здесь можно жить, забыв про календарь,
глотать свой бром, не выходить наружу
и в зеркало глядеться, как фонарь
глядится в высыхающую лужу.
В продолжение стихотворения герой Паунда просит богов ниспослать ему другие блага, в основном представляющие собой содержимое табачной лавки, а в заключение начинает звучать все более и более похожим на самого себя и просит богов сделать что-нибудь, чтобы освободить его от писательского ада. Читает Том О’Бедлам
Это двустрофное стихотворение является своеобразной поэтической пародией на стихотворение Озерный остров Иннисфри (The Lake Isle Innisfree) У. Б. Йейтса. Стихотворение начинается с просьбы героя, адресованной богам ( и последующим ее многократным повторением), дать ему что-нибудь. На этот раз автор просит дать ему табачную лавку. Эта простая лавка и род занятий отображены в стихотворении как нечто большее – как свобода и возможность эскапизма от современного мира бесконечной коммерциализации и промышленного развития.
Как же эти строки напоминают строки нашего другого гениального современника, написанные много лет спустя:
Здесь снится вам не женщина в трико,
а собственный ваш адрес на конверте.
Здесь утром, видя скисшим молоко,
молочник узнает о вашей смерти.
Здесь можно жить, забыв про календарь,
глотать свой бром, не выходить наружу
и в зеркало глядеться, как фонарь
глядится в высыхающую лужу.
В продолжение стихотворения герой Паунда просит богов ниспослать ему другие блага, в основном представляющие собой содержимое табачной лавки, а в заключение начинает звучать все более и более похожим на самого себя и просит богов сделать что-нибудь, чтобы освободить его от писательского ада. Читает Том О’Бедлам
Ezra Pound The Lake Isle
O God, O Venus, O Mercury, patron of thieves, Give me in due time, I beseech you, a little tobacco-shop, With the little bright boxes piled up neatly upon the shelves And the loose fragment cavendish and the shag, And the bright Virginia loose under the bright glass cases, And a pair of scales not too greasy, And the votailles dropping in for a word or two in passing, For a flip word, and to tidy their hair a bit. O God, O Venus, O Mercury, patron of thieves, Lend me a little tobacco-shop, or install me in any profession Save this damn'd profession of writing, where one needs one's brains all the time.
Эзра Раунд Озерный остров*
О, боги – и Венера, и Меркурий, - хранители воров,
я с просьбой к вам взываю неотложной о лавочке табачной. С цветными пачками на полках, стеллажах и плиточным кавендишем**, и скромным шэгом***, и ценным, в яркой упаковке табаком виргинским, что в подсвеченных витринах, и парою весов, совсем чтоб не замызганных еще, и пташек парочкой, ко мне забредших, чтобы языком проехать по знакомым, посплетничать, прическу поправляя. О, боги – и Венера, и Меркурий, - хранители воров, ссудите мне табачный магазинчик иль дайте в руки мне какое б завалящее из дел, меня избавив этим от писательского ада, что мозг мой ежечасно отравляет.
* Пародия на стихотворение У. Б. Йейтса «The Lake Isle ofInnisfree» («Остров на озере Иннисфри»)
** Плиточный табак, сдобренный патокой
*** Сорт грубого табака
Москва, декабрь 2020 г.
O God, O Venus, O Mercury, patron of thieves, Give me in due time, I beseech you, a little tobacco-shop, With the little bright boxes piled up neatly upon the shelves And the loose fragment cavendish and the shag, And the bright Virginia loose under the bright glass cases, And a pair of scales not too greasy, And the votailles dropping in for a word or two in passing, For a flip word, and to tidy their hair a bit. O God, O Venus, O Mercury, patron of thieves, Lend me a little tobacco-shop, or install me in any profession Save this damn'd profession of writing, where one needs one's brains all the time.
Эзра Раунд Озерный остров*
О, боги – и Венера, и Меркурий, - хранители воров,
я с просьбой к вам взываю неотложной о лавочке табачной. С цветными пачками на полках, стеллажах и плиточным кавендишем**, и скромным шэгом***, и ценным, в яркой упаковке табаком виргинским, что в подсвеченных витринах, и парою весов, совсем чтоб не замызганных еще, и пташек парочкой, ко мне забредших, чтобы языком проехать по знакомым, посплетничать, прическу поправляя. О, боги – и Венера, и Меркурий, - хранители воров, ссудите мне табачный магазинчик иль дайте в руки мне какое б завалящее из дел, меня избавив этим от писательского ада, что мозг мой ежечасно отравляет.
* Пародия на стихотворение У. Б. Йейтса «The Lake Isle ofInnisfree» («Остров на озере Иннисфри»)
** Плиточный табак, сдобренный патокой
*** Сорт грубого табака
Москва, декабрь 2020 г.
The Garden (Сад).
Сюжет стихотворения развивается на фоне Кенсингтонских садов – традиционно богатого района, в котором селилась верхушка среднего класса. Паунд опубликовал это стихотворение в 1917 году, несколько месяцев до окончания первой мировой войны. Война оставила неизгладимый след на английском обществе, и в этом коротком стихотворении Эзра Паунд отражает начало социальных изменений в обществе.
Стихотворение описывает «в интерьере» садового ландшафта эмоциональный конфликт, вызванный изменениями, происходящими в «высших» и «низших» классах английского общества в последние месяцы войны. Автор повествует о богатых и бедных. Первые представлены изящной женщиной, которая двигается и ведет себя как облачко невесомого шелка. Вторые представлены грязными детьми, которые, по выражению этой женщины, бессмертны, то есть теми, которые будут всегда. Жизнь самой женщины представляет из себя конфликт, так как она пытается и не может установить связь с окружающим ее миром за пределом ее узкого социального круга. Читает Рот Ремоу
Сюжет стихотворения развивается на фоне Кенсингтонских садов – традиционно богатого района, в котором селилась верхушка среднего класса. Паунд опубликовал это стихотворение в 1917 году, несколько месяцев до окончания первой мировой войны. Война оставила неизгладимый след на английском обществе, и в этом коротком стихотворении Эзра Паунд отражает начало социальных изменений в обществе.
Стихотворение описывает «в интерьере» садового ландшафта эмоциональный конфликт, вызванный изменениями, происходящими в «высших» и «низших» классах английского общества в последние месяцы войны. Автор повествует о богатых и бедных. Первые представлены изящной женщиной, которая двигается и ведет себя как облачко невесомого шелка. Вторые представлены грязными детьми, которые, по выражению этой женщины, бессмертны, то есть теми, которые будут всегда. Жизнь самой женщины представляет из себя конфликт, так как она пытается и не может установить связь с окружающим ее миром за пределом ее узкого социального круга. Читает Рот Ремоу
🔥1
Ezra Pound
En robe de parade. Samain
Like a skein of loose silk blown against a wall She walks by the railing of a path in Kensington Gardens, And she is dying piece-meal of a sort of emotional anemia. And roundabout there is a rabble Of the filthy, sturdy, unkillable infants of the very poor. They shall inherit the earth. In her is the end of breeding. Her boredom is exquisite and excessive. She would like someone to speak to her, And is almost afraid that I will commit that indiscretion.
Эзра Паунд Сад
En robe de parade. Samain* Словно облачко невесомого шелка, наброшенное на стену, Идет она по дорожке с перилами вдоль Кенсингтонского сада. Шагов ее умирающая цепочка, очерчивающая душевную анемию.
А вокруг ее скопище грязных, двужильных, бессмертных младенцев черни, Которые унаследуют землю.
В ней самой – конец достойного рода.
Скука ее избыточна и изящна. Она так хочет, чтобы кто-нибудь ей ответил И одновременно напугана тем, что я проявлю нескромность.
* Разряжена в пух и прах (Albert Samain's Au Jardin de l'Infante - Альбер Самен «В саду инфанты», 1893 г.)
Москва, декабрь 2020 г.
En robe de parade. Samain
Like a skein of loose silk blown against a wall She walks by the railing of a path in Kensington Gardens, And she is dying piece-meal of a sort of emotional anemia. And roundabout there is a rabble Of the filthy, sturdy, unkillable infants of the very poor. They shall inherit the earth. In her is the end of breeding. Her boredom is exquisite and excessive. She would like someone to speak to her, And is almost afraid that I will commit that indiscretion.
Эзра Паунд Сад
En robe de parade. Samain* Словно облачко невесомого шелка, наброшенное на стену, Идет она по дорожке с перилами вдоль Кенсингтонского сада. Шагов ее умирающая цепочка, очерчивающая душевную анемию.
А вокруг ее скопище грязных, двужильных, бессмертных младенцев черни, Которые унаследуют землю.
В ней самой – конец достойного рода.
Скука ее избыточна и изящна. Она так хочет, чтобы кто-нибудь ей ответил И одновременно напугана тем, что я проявлю нескромность.
* Разряжена в пух и прах (Albert Samain's Au Jardin de l'Infante - Альбер Самен «В саду инфанты», 1893 г.)
Москва, декабрь 2020 г.
❤2
Издание романа ужасов «Скромная девушка» не состоится ввиду подозрения на то, что для его написания был использован Искусственный интеллект (ИИ)
Издательский дом Хачетт (Hachette) не выпустит роман в США и прекратит его издание в Англии, подтверждая тем свою приверженность «оригинальной креативной экспрессии и прозе»
Издательский дом Хачетт (Hachette) не выпустит роман в США и прекратит его издание в Англии, подтверждая тем свою приверженность «оригинальной креативной экспрессии и прозе»
Редкая общая языковая закономерность
Некоторые языки гораздо более экономные по форме, чем остальные, имея при этом то же смысловое наполнение
Некоторые языки гораздо более экономные по форме, чем остальные, имея при этом то же смысловое наполнение
👍2
Я нахожу странным, что Апдайк имеет репутацию как, в лучшем случае, поэт несерьезный. То, что он мастеровито писал о ежедневных вещах, казалось бы работает против него. Его поэзия временами называется несерьезной, как будто реальным достижением поэзии является ее туманность и двусмысленность, а ее прозрачность – недостатком.
Борис Аронштейн
ДЖОН АПДАЙК – БЫТЬ НАВСЕГДА С САМИМ СОБОЙ
(ПЕРЕВОДЫ МАЛОИЗВЕСТНЫХ ПОЭТИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ)
Я с ужасом думаю о той будущей вечности, в которой не будет меня – бесконечная череда дней, которую я пропущу, со своими собственными новостями и песнями, и марками автомобилей.
Джон Апдайк – On Being a Self Forever (Быть навсегда самим собой)
Борис Аронштейн
ДЖОН АПДАЙК – БЫТЬ НАВСЕГДА С САМИМ СОБОЙ
(ПЕРЕВОДЫ МАЛОИЗВЕСТНЫХ ПОЭТИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ)
Я с ужасом думаю о той будущей вечности, в которой не будет меня – бесконечная череда дней, которую я пропущу, со своими собственными новостями и песнями, и марками автомобилей.
Джон Апдайк – On Being a Self Forever (Быть навсегда самим собой)
👍3
What Trump is Doing to the English Language
There is a morality to verbs, especially in political speech. They can reveal the truth and show us when someone is shouldering responsibility, or they can evade all of that and draw the curtain.
Что творит с английским языком Трамп
Глаголы тоже обладают моральным камертоном, особенно если они используются в политической риторике. Они могут обнажить правду и показать нам, как кто-то делит с нами ответственность, а могут увильнуть от нее, опустив занавес.
There is a morality to verbs, especially in political speech. They can reveal the truth and show us when someone is shouldering responsibility, or they can evade all of that and draw the curtain.
Что творит с английским языком Трамп
Глаголы тоже обладают моральным камертоном, особенно если они используются в политической риторике. Они могут обнажить правду и показать нам, как кто-то делит с нами ответственность, а могут увильнуть от нее, опустив занавес.
👍2👏1
The Tree (Дерево)
Это одно из ранних произведений Паунда – короткое двенадцатистрочное стихотворение об окружающим мире, любви и мифах. Лейтмотивом стихотворения являются два мифа, заимствованные Паундом из Метаморфоз Овидия: миф о Дафне и Аполлоне и миф о Бавкиде и Филемоне, которые он привлек для описания будущих изменений окружающего мира. Герой называет себя деревом и описывает, как жизнь дерева помогла ему познать истины, недоступные простым смертным.
Читает Нарад
Это одно из ранних произведений Паунда – короткое двенадцатистрочное стихотворение об окружающим мире, любви и мифах. Лейтмотивом стихотворения являются два мифа, заимствованные Паундом из Метаморфоз Овидия: миф о Дафне и Аполлоне и миф о Бавкиде и Филемоне, которые он привлек для описания будущих изменений окружающего мира. Герой называет себя деревом и описывает, как жизнь дерева помогла ему познать истины, недоступные простым смертным.
Читает Нарад
❤2
Ezra Pound The Tree
I stood still and was a tree amid the wood, Knowing the truth of things unseen before; Of Daphne and the laurel bow And that god-feasting couple old that grew elm-oak amid the wold. 'Twas not until the gods had been Kindly entreated, and been brought within Unto the hearth of their heart's home That they might do this wonder thing; Nathless I have been a tree amid the wood And many a new thing understood That was rank folly to my head before.
Эзра Паунд Дерево
Я стоял неподвижно – дерево среди других -
Суть постигая невиданных прежде вещей -
Дафны, лавровых деревьев,
Славящей бога стареющей пары, ставшей вязом и дубом там, где пасутся отары. Это случилось тогда, когда боги, которых молили они, свернули с дороги. И явились они к очагу их сердечного дома - боги сделали то, что даровано было немногим. Я ж стоял неподвижно – дерево среди других. Знание, что от новых вещей, как от камня круги, В голове моей расходилось безумно.
Москва, декабрь 2020 г.
I stood still and was a tree amid the wood, Knowing the truth of things unseen before; Of Daphne and the laurel bow And that god-feasting couple old that grew elm-oak amid the wold. 'Twas not until the gods had been Kindly entreated, and been brought within Unto the hearth of their heart's home That they might do this wonder thing; Nathless I have been a tree amid the wood And many a new thing understood That was rank folly to my head before.
Эзра Паунд Дерево
Я стоял неподвижно – дерево среди других -
Суть постигая невиданных прежде вещей -
Дафны, лавровых деревьев,
Славящей бога стареющей пары, ставшей вязом и дубом там, где пасутся отары. Это случилось тогда, когда боги, которых молили они, свернули с дороги. И явились они к очагу их сердечного дома - боги сделали то, что даровано было немногим. Я ж стоял неподвижно – дерево среди других. Знание, что от новых вещей, как от камня круги, В голове моей расходилось безумно.
Москва, декабрь 2020 г.
❤4
L’Art
Это одно из наиболее коротких стихотворений Паунда, напоминающее другое его стихотворение In a Station of the Metro (На станции метро). В двух строчках этого стихотворения Паунд создает образ зеленого мышьяка на белом холсте и противопоставляет его образу раздавленной клубники. Контраст между этими двумя цветами, между чем-то съедобным и чем-то ядовитым является мощным художественным приемом, а само стихотворение – прекрасным образцом умения Паунда создавать живые образы, доступные даже детям.
Это одно из наиболее коротких стихотворений Паунда, напоминающее другое его стихотворение In a Station of the Metro (На станции метро). В двух строчках этого стихотворения Паунд создает образ зеленого мышьяка на белом холсте и противопоставляет его образу раздавленной клубники. Контраст между этими двумя цветами, между чем-то съедобным и чем-то ядовитым является мощным художественным приемом, а само стихотворение – прекрасным образцом умения Паунда создавать живые образы, доступные даже детям.