Как из песни не выкинешь слов - нельзя выкинуть из жизни людей память о совместном прошлом.

Очевидная вещь, которая доказательств не требует.

❕ Подпишитесь на @BalticBridge

Мирдза Мартинсоне была одной из самых ярких латышских актрис советского кино и театральной сцены. Известность ей принёс телефильм «Мираж», картины «Стрелы Робин Гуда», «Трест, который лопнул», «Отряд специального назначения» и др.

Вот что актриса рассказывала несколько лет назад в интервью российским СМИ:

«Моим детям уже за 30. Живут в гражданских браках со своими половинками. Дочка нумерологией и эзотерикой интересуется. Много курсов по этим направлениям закончила и теперь зарабатывает любимым делом. А сын, получив высшее образование в Риге, трудится менеджером. Любит музыку, спектакли. Конечно, я мечтаю, чтобы у детей были крепкие семьи, красивые свадьбы, но сейчас время-то другое. Я рада, что театр по-прежнему со мной, а то, что развалилась Рижская киностудия, - так это повсюду в бывшем Союзе произошло. Я по-прежнему живу и работаю в родной Риге. Ролей уже не так много, но выручает телевидение. Да и возраст у меня уже…»

А не так давно в программе Латвийского радио 1 Laikmeta krustpunktā Мирдза Мартинсоне коснулась, в том числе, советского прошлого и русского языка.

Высказывания актрисы можно назвать осторожными.

По её словам, фильмы «советской эпохи» являются «частью её молодости», и она не видит в их ничего плохого. Роли не были политическими, в основном это были любовные или бытовые истории.

Мартинсоне считает, что на фоне споров о русском языке в Латвии с русскими пьесами «можно на время расстаться», но она сомневается, «стоит ли это делать навсегда».

А вот что актриса заметила по поводу русского языка: «Однажды мне пришлось говорить по-русски, не помню уже, где... И я поняла, что начинаю забывать язык. Но язык – это не плохо, его нужно знать!».

❕ Подпишитесь на @BalticBridge

Приятно зимним утром вспомнить летние дни в Юрмале.

❕ Подпишитесь на @BalticBridge

«Рижское взморье - это целая страна. Славится вязким, удивительно мелким и чистым жёлтым песком (разве в песочных часах такой песочек!) и дырявыми мостками в одну и две доски, перекинутыми через двадцативерстную дачную Сахару.

Дачный размах рижского  взморья не сравнится ни с какими курортами. Мостки, клумбы, палисадники, стеклянные шары тянутся нескончаемым городищем, все на желтом, каким играют ребята, измолотом в пшеницу канареечном песке.

Латыши на задворках сушат и вялят камбалу, одноглазую, костистую, плоскую, как широкая ладонь, рыбу.

Детский плач, фортепианные гаммы, стоны пациентов бесчисленных зубных врачей, звон посуды маленьких дачных табльдотов, рулады певцов и крики разносчиков не  молкнут в лабиринте кухонных садов, булочных и колючих проволок, и по  рельсовой подкове на песчаной насыпи, сколько  хватает глаз, бегают игрушечные поезда, набитые "зайцами", прыгающими на ходу, от немецкого чопорного Бильдерлинсгофа до скученного и пахнущего пеленками еврейского Дуббельна. По редким сосновым перелескам блуждают бродячие оркестры: две трубы калачом, кларнет и тромбон, и, выдувая немилосердную медную фальшь, отовсюду  гонимые, то здесь, то там разражаются лошадиным маршем прекрасной Каролины».

Осип Мандельштам, «Шум времени» (1925)

❕ Подпишитесь на @BalticBridge