ㅤㅤ

Моя нога ступает по сырой земле. В этом лесу нет тропинок, а звуки насекомых становятся всё тише с каждым шагом. Это место совершенно необжито. И мы в этом даже похожи.

Деревья над моей головой закрывают небо слишком плотно, и я не различаю ни дня, ни ночи. Последние... несколько часов? Не знаю. Время искажено, а я будто хожу кругами. Всюду одни и те же цветы. Крупные, с хрустящими стеблями, что ломаются под ногами.
Мне постоянно чудится, что я здесь не один. Что я кого-то вижу. Рассудком я понимаю, что этого не может быть, но перед глазами всё чаще и чаще вырастают образы былого. Я слышу их голоса. Вижу своё лицо. Носоглотку забивает аромат цветов — и есть подозрение, что в этом кроется причина галлюцинаций.

Мара давит на стенки черепа. Мне начинает казаться, что он вот-вот лопнет. Приходится зажмурить глаза, впечатать ладонь в лицо. Обычно это помогает мне немного... протрезветь. Однако сейчас кажется лишним. Будто я сделал себе только хуже: лес передо мной плывёт окончательно. Деревья сменяются на колонны Чешуйчатого Ущелья, кусты — на звёздные ялики, сам я растворяюсь. Или превращаюсь из оружия в наблюдателя: передо мной маячит седовласый кузнец, и рот мой искажает какой-то болезненный оскал. Инсин. Я. Глупец.

Клянусь Ланем, эти люди испытали моё терпение.

Маленькое лирическое отступление: я понимаю, у долгоживущих видов есть уйма времени, — вагон и ещё тележка — и они могут позволить себе не особо торопиться на встречи. Но, видите ли, мы находимся слегка в разных полюсах. Моё положение и мой возраст не позволяет столько ждать. Потому что моё время имеет ценность. У них это понятие совершенно размывается рано или поздно, потому что для них всё течёт практически бесконечно. Хотя, возможно, это разговор ещё и об уважении. К себе, к остальным. Если заказываешь глефу у выдающегося мастера, то будь добр явиться за ней вовремя. Как знать? Вдруг какой-то особо разъеренный старец снесёт тебе ей голову с плеч за опоздание. Не будем показывать пальцем.

Есть подозрение, что все эти неспокойные времена для всего Альянса слишком пагубно отражаются на моём человеколюбии.

Я видел сон.
Содержание не отложилось в моей памяти чёткой картинкой, но оставило после себя неприятное ощущение. Скользкое чувство опасности и неясные отрывки, от которых всё перед моими глазами плывёт белыми вспышками.

ㅤㅤЯ проснулся еще посреди ночи, потому что в какой-то момент я ощутил во сне боль такой мощи, словно в меня вонзали тысячу клинков. Бесконечно. И я чувствовал абсолютно каждый удар. Желание выжить и желание умереть слиплись в одно месиво, как кровавый фарш. Я не помню, кто меня убивал. Но я помню, что в какой-то момент я потянул руку к свету — и по запястью скатывалась кровь зараженного. Вместо света я увидел пару уставших рубиновых глаз; через секунду моё тело снова пронзила боль от удара, и я проснулся. С каким-то тупым чувством бессилия. Словно я что-то утратил. Что-то очень важное мне. И никакого облегчения от того, что я жив, не последовало.

Получил письмо. Сердце в какой-то момент замерло, пока я его открывал. Благо, печальных вестей мне никто не принёс. Но и радостных мало.

А-Юань пишет, что они в порядке. Что Мерзостей по истине много, но они справляются, а мои ауруматоны оказали решающее влияние в битве прошлой ночью. Звучит, должно быть, не очень ободряюще — скорее уставше. Но я прям чувствую это сквозящее сквозь строки самодовольство молодого рыцаря — и невольно улыбаюсь уголками губ. У этого юноши большой потенциал и непростой характер. Впрочем, как и у всех нас. Кого-то оное, возможно, раздражает, но я ведусь. Подобное тянется к подобному, вы же понимаете.

Следом из конверта вывалился ещё один лист. Почерк уже другой: слишком резкий, а сам пергамент пахнет морской свежестью. О, вы только поглядите, кто соизволил передать мне пару ласковых. Я очень польщён, Дань Фэн. Надеюсь, у тебя отсох хвост, пока ты писал это. Без негатива, конечно.
Нет, правда. Я рад, что могу получить что-то прямо от него, а не судорожно передергиваться каждый раз, когда наручи выдают мне что-то, отличное от привычного ритма. Просто ему знать об этом необязательно: зазнается пуще прежнего, и тогда его даже Квинтет терпеть не сможет.

Содержание у писем похоже, отлична только подача. Второй пытался звучать солиднее. Будто другие старейшины должны были вот-вот перехватить это письмо по пути, прочитать и вынести на суд. Дескать, поглядите, как Пожиратель Луны выражается. Будто бы ему не всё равно.
Посмеивпюсь, если честно. Все эти разбирательства между чешуйчатыми нужно смотреть с закусками под рукой.

ㅤㅤ Надеюсь, эта ночь пройдёт спокойнее. Тот сон правда меня слишком... взволновал. И повторений бы не хотелось.

Договорился на то, чтобы перебраться поближе к основным действиям и заняться настройкой ауруматонов там. Это всё, конечно, очень хорошо, что эти четверо не забывают о своём старом друге, но что-то мне подсказывает, что я должен быть намного ближе к ним, а не просиживать дырки на штанах в мастерской. Рано, господа. Рано списывать меня со счетов.

На самом деле я никак не могу отделаться от ощущения, будто мне предписано судьбой оказаться в гуще событий.

Отвратительное чувство, будто за мной наблюдает кто-то посторонний, тоже никуда не делось. Но оно больше не вызывает тревоги — лишь азарт.
Кем бы ты ни был: продуктом моей паранойи, затаившейся Мерзостью Изобилия или простым недоброжелателем — мы встретимся, как только всему остальному придёт конец. И тогда тебе следует быть готовым.

Встретились. Все вместе. Крепкие дружеские объятия имеют достаточно целебное свойство, верно? Хотя Цзин Юань, признаться, почти переломал мне косточки своей хваткой. Я будто пригладил большое животное. Что ж, в каком-то из смыслов, ха-ха. Этот молодой человек с очень горящими глазами и чертовски хорошо работающим котёлком не очень-то и похож на своих родителей, хотя те тоже люди крайне образованные. Его ждёт великое будущее, верите мне? Я могу представить его, закрыв глаза: может, он стал бы одним из генералов Альянса. Увы, этого я уже не смогу застать. Хотел бы я задержаться подле него подольше.

ㅤㅤ Встреча с Байхэн была особенной. Я слишком давно её не видел. Представить себе не можете, как дорога мне эта неугомонная лисица.
Она ведёт себя так, будто ничего не происходит: подшучивает, тычет в меня, а я только рад. Это хорошо, если она в состоянии дразниться. Значит, всё идёт хорошо. Как надо.

ㅤㅤ Цзинлю. Всё также холодна и назидательна, да? Но даже так я вижу, что встреча её тоже радует. О, поверьте, она привязана не меньше нас всех. Немыслимая глубина чувств — я почти захлебываюсь, когда мы встречаемся взглядами, и лёд в её радужке оттаивает. Так и сейчас. Мастер Меча не просто отличный боец, но и преданный друг. Человечность — вот главная черта воина.

ㅤㅤХотел было поговорить со Старейшиной. Наедине. Выпить вместе и послушать его: язык у Дань Фэна развязывается только тет-а-тет. Но времени оставалось слишком мало, да и... к сожалению, моя мигрень дала снова о себе знать, когда мы встретились с ним лицом к лицу. Я немного оскорблен: вообще-то, встречи с ним я ждал более всего. Но ладно.

ㅤㅤㅤКак только всё закончится, у всех нас будет ещё куча времени на разговоры.

К слову, я умудрился воспользоваться свободной минутой и заглянуть на почту. Просто так. И оказался немного в замешательстве: там есть письма, которые остались без ответа, но они вскрыты. При этом я не помню, чтобы делал это. Чтобы читал их, не помню содержания. Неприятно, если это сделал кто-то до меня.

ㅤㅤЯ постараюсь ответить на них, если получится снова выцепить себе немного времени. Но ничего не обещаю.

Трое из пяти должны заплатить.

ㅤㅤ ㅤㅤ— это чуть ли не единственное, что я запомнил по пробуждению.

Я чётко видел, словно со стороны, как эти слова срываются с моих губ. Инсин передо мной не был старцем, но в его лице я не узнавал себя. Когда-то мне принадлежало это лицо, но не его выражение. Это был мой голос, но не моя интонация.

О, великий Лань, мне кажется, что я схожу с ума. Медленно, но верно. Это и есть маразм?

ㅤㅤЯ не видел снов прошлой ночью, и думал, что это — хороший знак. Но, видимо, то было простой усталостью. Сейчас я не уверен, что смогу снова уснуть. Вести... да, точно. Мне нужно проверить их.