голос из тьмы шептал мне «прощай». неужели настанет конец?... пролетают часы, на столе стынет чай, а он идиот. лжец.

— отпусти. – греют нежные руки. — не могу... я люблю его, мам. – так жестоки бывают разлуки, но я верю, что он «где-то там».

слёзы льются жгучим потоком. он забыл то, о чём обещал?... вдруг бросает то в жар, то в холод. это чувства, не просто печаль.

я не жду прекрасного вовсе, нет, любовь оказалась хернёй. обмануть своё сердце непросто... я хочу остаться с тобой.

— подожди хотя бы минуту! – всё валилось из рук не в попад. — послушай спокойно. — а знаешь, не буду. моим чувствам ты явно не рад.

рука тянется к телефону. «заблокированный контакт». в ушах отдаёт громким звоном, издевательство мыслям в такт.

на душе дней пять неспокойно. хотя, зачем это считать? прощать лицемеров – довольно, всё равно ошибутся опять.

их заметно сильнее, чем кажется. таблетки, вино, снотворное. всё равно их гниль покажется, в голове тлеет облако чёрное.

«не ребёнок», а слёзы – не чувства? или плакать можно лишь детям? всё серьёзнее, чем простуда: заболела уродом этим.

я сейчас говорю не про внешность, про мораль и про понимание. не ребёнок? мы оба не дети. на кой чёрт мне твоё внимание?

— я обидел тебя? сильно? — догадался об этом подумать? у подонков такое стабильно, нагрубить своей девушке вздумать.

— я подонок? — да, и не просто. ты – ублюдок, слабак и трус. — давай решим всё нормально. — отвали от меня, воздержусь.

всё закончено, я свободна. и поступкам слова – не замена. чем сказать, прежде стоит подумать, ведь сломать может всё шаг неверный.