Жил-был Художник один, домик имел и холсты.

Жил-был Художник два, домик имел.

Жил-был Художник три, холсты имел.

Жил был художник-контрольная-группа, который не имел ничего.

Миллион, миллион, миллион фокус-групп.

Один умный человек (Олег, привет) как-то раз закинул умную мысль. Может быть, она покажется вам банальной, но для меня это было очень интересно.

Инструмент сильно влияет не только на то, что ты создаёшь, но и на тебя самого. Как ты мыслишь, как действуешь, на что обращаешь внимание. Простой пример: ты художник и должен нарисовать собор. Когда пишешь маслом от "пятна", больше смотришь на свет, цвет и фактуру. Когда водишь карандашом — на первый план выходит линия. Если пойти в нашем мысленном эксперименте чуть дальше, разные взгляды на собор, продиктованные инструментом, наведут тебя на разные мысли. Грубо говоря, каллиграфия даст твёрдую руку, чтобы стрелять на олимпиаде, а желание получить нужный оттенок заставит разобраться в химии.

Или, скажем, прикиньте, насколько по-разному работает мозг у человека, который может за две секунды откатить сорок версий своей программы, — и у того, кто два дня пробивает дырки на перфокарте? У них будет сильно разное отношение к единичной ошибке. Кстати, прошлый пост частично об этом.

Образ собора появился у меня в сознании не случайно. Он явно восходит к знаменитой истории про строителей, которых спрашивали, чем они заняты, и грустные отвечали, что таскают камни, а весёлые и мотивированные – что строят храм. Подозреваю, руководили процессом самые мотивированные ребята – масоны :) Но это ладно. Моя жена Ира (да, сегодня у нас много воображаемых собеседников) говорит, что в контексте продаж курса разговор об универсалиях выглядит как инфоцыганство, поэтому скажу чисто про свой опыт.

Так вот, по моему опыту и по личным наблюдениям, когда главным инструментом является язык, это довольно сильно меняет тебе прошивку. Потому что у нас вообще языковое мышление, и мы осознаём только те сущности, которые можем назвать. (Ну, вы же знаете, что разные народы видят цвета по-разному?). Очень сложно оперировать вещами, которых нет в твоём словаре. Кстати, давать имена и формулировать то, что люди ощущают смутно, — одна из самых благородных задач писателя.

Многие знают, что изучение исследовательской культуры делает человека более осторожным в высказываниях. Совершенствование стиля письменной речи привило мне многие полезные навыки, которые, кажется, сделали меня если не лучше как человека, то уж точно эффективнее.

Но, кстати, это была не голая теория. Текст — способ взаимодействия с миром, в том числе — с другими людьми. Вы не напишете хорошо даже проходной пост о продаже ковров или поделок из бисера, если не проанализируете, что и почему нужно людям. Когда речь идёт о создании художественных произведений, инструмент заставляет поднимать кучу разных вопросов и решать их, обращаясь к миру за эмпирическим опытом "в поле". Именно поэтому писателям советуют повидать жизнь, копирайтерам — постоянно гуглить, а творцы всех мастей зачастую создают произведения, не зная, что будет в конце. Они фигачат что-то типа модели – и так называемая "художественная правда" сама выруливает сюжет по-честному, если персонажам дают вести себя органично, а не ломают через колено.

Я не спорю, можно хотеть "быть писателем" ради эстетики. Сам её люблю. Но ради здоровья вашей кукухи и прочей эффективной эффективности, советую приступать к делу не с намерением "научиться носить камни", а с желанием построить собор. Иначе получите не выгоду, а профдеформацию.

Соборы у всех разные, так что я не беру на себя лишнего — просто учу максимально круто носить камни. На курсе будут приёмы ТРИЗ, прикладная комбинаторика и кое-что из теории рационального мышления. Не претендую на вселенскую истину, тут больше личное ощущение, но мне кажется, что сами эти методы меняют людей к лучшему, сродни тому, как растущий уровень образования делает общество гуманнее. И что бы вы ни построили в результате, — ну, как минимум, оно будет красивее.

https://txt-school.ru — курс.

Записывайтесь, если откладывали, осталось пять дней до старта.

Из-за рубежа можете cвязаться напрямую: @sir_archet

Муравьёв апостол

Это мем про скринсейвер, а не то что вы подумали.

Да блин. Смысл в том, чтобы дождаться, пока эта дрянь раз в несколько часов попадёт ровно в уголок, это эпическое событие в жизни любого человека. Вы же так делали, я же не один с ума сошёл.

Самое ААААА, что я проверил и он настоящий

Апостол Матфей не допустит беды!

Картинка честно сворована у Пани Кшиштоф.

Стена, верни Дурова

Бери себе моё кольцо, дырявый камень и звезду,
и безымянные стихи, и эту пряжку от ремня.
Я не хочу тебя терять, но обязательно уйду.
Я не хочу тебя бросать, но дальше будет без меня.

Я звал Дорогу — и она теперь зовёт меня опять,
как будто медная труба щекочет эхом перевал.
Возьми себе мои слова — их никому не отобрать.
Я напишу тебе ещё, как только встану на привал.

Уходит лето, рвётся связь и ноют вывихи времён,
и молнии крапивой бьют по бесполезным парусам.
Но мы выходим на пути, светя мишенями знамён,
и каждый, чувствуя других, уже не чувствуется сам.

Бери себе мои ветра, мои миры и пустыри,
и всё, что я не написал, и всё, что не успел прочесть.
Не забывай мою звезду. И камень с дырочкой внутри.

Я ни за что не пропаду, пока ты знаешь, что я есть.

*
Четыре года со смерти Владислава Крапивина, великого детского писателя. Если вам нравится то, что пишу я, вы должны сказать спасибо ему. Я успел познакомиться с ним лично, но совсем шапочно. Моё детство — это Крапивин. Моя причёска такая из-за "Мушкетёра и феи". Половина моей эстетики такая из-за "Заставы на Якорном поле", "Белого шарика матроса Вильсона", "Голубятни на жёлтой поляне" и так далее. Моя мораль и этика во многом растёт из его книг, особенно "Гусей". Прощайте, Командор. Вы воспитали нас очень много.

Мы будем держать курс.

Вы говорите, "Какой смысл в твоей небинарности?!"

А вот когда на вас нападёт ангмарский король-чародей, тогда и посмотрим

А теперь миниатюра "Усидчивый троечник против ребёнка с талантом от природы и СДВГ".

У меня тут довольно внезапное предложение. Я хочу в ближайшем будущем запустить ещё один курс — по речи. Ну, знаете, для блогеров там, подкастеров, чтецов... У меня ещё мама театральный педагог, она в деле.

Так вот.

Мне нужен человек для записи пробного занятия по зуму. Ну или там, скайпу и т.п. Для него\неё это будет нахаляву, то есть даром. Я хочу показать, чего можно достичь буквально за час, а потом использовать эту запись в рекламе как пробный урок. Если желающих будет несколько, отдаю предпочтение тому, у кого есть какой-нибудь микрофон и вёбка. Но даже это не обязательно.

Хотите позаниматься в обмен на то, что я опубликую запись нашего занятия? Тогда скиньте в комменты где-то минутку вашей речи аудюхой. Прочтите кусок любимой книжки, например. Не старайтесь. Мне нужен человек, который умеет это _плохо_, но с потенциалом.

Спасибо.

ШУТ

Это ж надо: именно мне — и так больно! (Буба Касторский, оригинальный куплетист)

В школе меня не любят. Я, говорят, шут.
Мешаю вести урок. И нервный какой-то очень.
Ничего не знаю, ничего не пишу,
"вы нас поймите, ведь учиться не хочет".

К директору вызвали. Он нормальный мужик. Почему, говорит, ты делаешь всё назло? А что тут можно ответить-то, кроме лжи? Рассказать ему о том, как мне повезло?

Как сидишь, и вдруг накатит, стена кольцом, в горле туго, взгляд фокусируется упрямо, смотришь на соседа, — плечо, лицо, — и видишь его с калашниковым над ямой. Другого в черном запое четвертый год, третьего, как он доносы строчит, а "красавицу" нашу — по кругу, под смех и водку, а отличницу в полной версии химзащиты.

Старой бросила дочь. Не дожил до тридцати. Аборт — и все, и больше детей не будет. Потратил годы на дебаты в сети, но в сети — пауки, а не живые люди.

Даже директор, кажется, в сорок пять кончит сердцем. Слишком любит детей. Я жалок и мал, жалок и мал, твою мать, — что я могу? Какие слова — те?

Что делать?

Ну, честно, хочется в туалет — проблеваться от чужого горя и плача. Но, как заканчивал Буба каждый куплет, — "и я шучу, я не могу иначе". Да, я шучу. Гримасничаю, корячусь, — и понемногу, медленно, год за годом, будущее становится ярче, ярче, — пятится тьма, а я хохочу ей в морду.

***

— Ну что, — говорит директор, — ты смотришь вниз?
Что тебе там видно во тьме ночной?

— Знаете, дома вас ждёт приятный сюрприз.
Дочь принесет котенка.
Очень смешной.

Утром после самоубийства я проснулась.

Я принесла себе завтрак в постель. Посолила и поперчила яйца, сделала бутерброд с беконом и сыром. Стакан грейпфрутового сока. Почистила сковородку, вытерла стол. Вымыла посуду и аккуратно сложила полотенца.

Утром после самоубийства я полюбила. Не мальчишку-соседа или директора средней школы. Не бегуна и не бакалейщика, всегда забывающего положить авокадо. Я полюбила мать. То, как она сидит на полу в моей комнате, и держит в ладонях каждый камешек из моей коллекции, пока тот не потемнеет от пота. Я полюбила отца, положившего мои записки в бутылку и отправившего ее вниз по течению реки. Своего брата, когда-то верившего в существование единорогов, а теперь сидящего за партой, отчаянно пытаясь поверить, что еще существую я.

Утром после самоубийства я гуляла с собакой. Я смотрела, как вздрагивает ее хвост, когда мимо летят птицы, и как он мотается при виде кота. Я видела пустоту в ее глазах, когда она, схватив палку, возвращалась, чтобы играть дальше - но вместо меня было только небо. Я стояла рядом, когда прохожие гладили ее морду, и она таяла от их прикосновений, как однажды и от моих.

Утром после самоубийства я вернулась в соседний двор, где в два года отпечатала следы на застывающем бетоне, и увидела, что они уже исчезают. Я сорвала несколько лилий, выдрала несколько сорняков и смотрела в окно на пожилую соседку, читавшую газету с новостью о моей смерти. Я видела, как ее муж высыпал табак в кухонную раковину и принес ей утренние таблетки.

Утром после самоубийства я встречала рассвет. Апельсиновые деревья открылись, будто ладони. Соседский мальчик показал матери пальцем на единственное рыжее облачко.

Утром после самоубийства я вернулась к себе в морге и пыталась ее вразумить. Я рассказала об авокадо и камешках, о реке и родителях. Я рассказала о закатах, и о собаке, и пляже.

Утром после самоубийства я пыталась не быть мертвой.
У меня ничего не вышло.

--------------------------
© Мегги Ройер. © Перевод — Арчет