Наш новгородский сюрстрёмминг 😛

Конечно, все знают какие-нибудь примеры в мировой гастрономии, когда пища бедняков становилась деликатесом: ну там лобстер или сюрстремминг.. В Ильменском Поозерье такие блюда тоже есть. Вот тюхтики, о которых рассказывают герои нашего фильма «Поозеры» и о которых упоминала здесь, не стали изысканным и топовым кушаньем этой территории. И хотя поозеры в уже вполне себе сытые годы пытались повторить рецепт тюхтиков, которыми они спасались в голодное послевоенное время, но, по их словам, кокорки из мороженой картошки не получались такими вкусными, как раньше. В общем, тюхтики остались в прошлом, оказалось, их вкус невозможно вернуть вместе с сытостью.

Зато вот «тухлятинку» некоторые поозеры с удовольствием едят до сих пор. Это как раз тот случай, когда экстремальный гастрономический опыт закрепляется в теле и привычках.

«Озеро всех спасло. Голод-то какой был в 46-м, дед рассказывал… Волна-то бьет о креж, щуку выбрасывает, щука самая слабая рыба.. и она такая пожелтевшая.. она быстро портится. Ее посолишь покруче – она и припахывает так… дед всегда говорил после урагана: пойдем рыбу собирать. И мы ходили на берег собирать. На 2 метра выкидывало. Бабка посолит. С детства тухлятинку приучили есть. Яд натуральный. Но мы привыкши. Сестра душу отдаст за тухлятинку» (информант 1957 г., д. Лукинщина)

Жена информанта, не поозерка, рассказывала, как однажды уже приготовленная ею рыба протухла от жары, она собиралась отдать ее коту, но тут пришла сестра супруга и уже на пороге почуяла запах тухлятинки: «так она накинулась на эту сковороду и все съела мигом, одна!»

Прекрасная карикатура из Лондона декабря 1917: bolshevik, с сумой германского золота через плечо, заставляет Россию поцеловать кайзера. Занятно, как наработанные на столетие негативные стереотипные образы Российской империи в виде диких бородатых казаков-кавказцев-азиатов легко перешли на большевиков, тогда как сама Россия от них очистилась, и, как участник Антанты, изображается вполне позитивно.

(из фб Дины Черняевой)

Кажется, что в современном мире национальные государства — основные монады, с однозначно определяемыми границами, изменить и пересечь которые непросто, а спорт — важное выражение национальной конкуренции, проекция мироустройства в игровую плоскость. Однако, если взглянуть на спортивную ситуацию Британских островов, окажется, что не всё так однозначно, и национальные границы отнюдь не всегда очерчивают монады, участвующие в различных соревнованиях. Бывает, что территории, входящие в Британию, выступают отдельно, когда-то Северная Ирландия выступает вместе с остальной Ирландией, а жители Великобритании — отдельно, но есть и более замысловатые сочетания))

(Первый случай, когда чатджипити сделал мне хорошую карту. Прототипом послужила похожая, но там было меньше примеров, и некоторые данные отображались ошибочно)

#ялюблюкарты@AnthropoLOGS

Н — наука.

А журнал в Scopus

Теперь стала понятна цель отхода от Болонской системы, видимо хотят сократить путь к регистратуре 😁

(мем отсюда)

Старый добрый мем, никогда не лишне повторить... троекратно ))

Левша как герой национального мифа

Мы тут много обсуждали, что массовое производство русской идентичности наладил Сталин средствами средней ("усредняющей") модерности, но, конечно, основные мифы, культурные и языковые каноны для её производства были сформулированы задолго до него дореволюционной русской национализирующейся интеллигенцией. В этом смысле мне показалась интересной повесть «Левша» Николая Лескова, в которой довольно ясно строится образ русскости, объединяющий региональные типы (там это показано на контрастном сравнении донцов и туляков) и соревнования наций (привет, Каспар Хирши).

Собственно, эти сюжеты были довольно логичны для политически бурлящей второй половины XIX века, но для времени, куда помешает свой "сказ" автор, 1820-30-е — анахронизм. Образы Александра I и Николая I тоже показаны через национальную оптику: Александр — как национальный антипод, восхищается иностранным, и Николай, как национальный царь, который "верит в русских людей". "Посрамление английской нации" у Лескова — важный элемент создания образа примордиальной русскости, как отталкивание от противного, Левша и другие мастера, своим свершением доказывают, что русские равновелики англичанам, но тут есть важные нюансы. Величие англичан видно невооружённым глазом, а русское величие скрыто из-за плохих исторических условий, и чтобы его рассмотреть Платов, русский национальный трикстер, крадёт у англичан мелкоскоп, и вскрывает в Англии пистолет, чтобы найти в сокрытии русскую настоящесть. Потом Платов помогает отыскать русских гениев-туляков, и "национальный" царь оценивает их по заслугам, но всё это лишь эпизод, а реальность остаётся иной: русские всё ещё остаются в сокрытии, в рабстве, мастер выдрал вихры у Левши во время учения, то же делает Платов, свистовые казаки секут нагайками, и только сила слабости, лишь голос субальтерна остаётся у сокрытой русскости. Мастера, претерпев от Платова, могут замкнуться и не сказать ему секрет блохи, несмотря на опасность расправы, а Левша до последнего пытается донести до царя важный английский секрет, но умирает не услышанным.

Конечно, Лесков, рисуя эти образы, надеется на освобождение русскости в сметливом и набожном виде, что другой царь будет ещё более "национален", чем бесславный Николай, но много уже испорчено кирпичом ружей, и не одна прошла "крымская кампания", и сколько ещё впереди...

Выходит новый перевод классической Экономики каменного века Маршалла Салинза, Ad Marginem уже открыло предзаказ. Не очень знаю причины, по которым оказался нужен новый перевод уже переведённой книги, притом, что не переведены другие хорошие книги Салинза (может быть это будет написано в предисловии), но событие всё равно хорошее, классика есть классика!

Ленин, стоящий на Красной площади в Выборге, один из самых нетипичных и несоветских лениных на постсоветчине, наряду с южными ильичами среди пальм и платанов. Он стоит в окружении суровых зданий скандинавского национального романтизма, с башенками и гранитом, и в такой обстановке Ленин ближе всего к своим шведским предкам (ну или, как гласит легенда, будто идёт покупать свою знаменитую тройку в стокгольмский магазин). Выборг сейчас на пике туристической популярности, отчасти продаётся как "наше европейское средневековье" (эрзац закрытой ближней Европы), в первую очередь благодаря хорошей сохранности "иной" архитектуры. Красная площадь здесь не исключение, но исключение в другом, что она даже почти не поменяла названия с очень давних времён, так как прежде носила имя "Площадь красного источника" Punaisenlähteentori. На "День России" вокруг Ленина установили большое количество триколоров (а это уже фантасмагория нашей современности, оставлять в символическом центре чего бы то ни было то, что никакого символического значения уже не имеет), что создало совсем постмодернисткую картинку: на скандинавской площади, в российских триколорах стоит вождь мирового пролетариата. Сюр.

А ещё в Выборге посмотрел потерявшийся в 1940-м и восстановленый в 2009 году памятник Микаэлю Агриколе, финскому "всё", создателю финской литературы, первому переводчику Библии и т.д. и т.п. С оригинальным бронзовым памятником 1908 года, оказывается связана детективная история, он пропал в суматохе эвакуации города, его искали уже в Перестройку на северных окраинах Выборга, куда как будто вели следы, но так и не нашли. (Хорошо что я не знал об этом в школьные годы, а то бы в романтическом порыве точно включился в поиски по скалам и лесам Тиенхары-Посёлка Калинина) Копии бюста сохранились на территории Финляндии, с них и был восстановлен нынешний памятник. Интересно, что новая версия, как пишут, была немного изменена, и на постаменте поместили надписи из Писания на трёх языках Блаженны миротворцы, ведь Агрикола действительно участвовал в заключении мира с Московским царством в 1550-х, и умер на обратном пути недалеко от нынешнего Приморска. Уже тогда, в конце 2010-х, важность миротворчества ощущалась, памятник реактуализировали по этой линии, а сейчас фигура просветителя в таком освещении и вовсе актуальнее некуда.

Фан-факт из Дома правительства Юрия Слёзкина: Аарон Сольц, один из немногих старых большевиков, кто пытался открыто и легально бороться против кампании террора конца 1930-х (я писал о нём недавно), уволенный с ответственных постов, в итоге стал директором архива Музея народов СССР.

Ему нашли работу директора архива в Музее народов СССР, а в 1940 году, в возрасте шестидесяти восьми лет, он вышел на пенсию.

Всё-таки этнография всегда притягивала людей высокоморальных и эмпатичных. Жаль, что для Сольца эта история кончилась печально, и разочарования в деле всей своей жизни он так и не перенёс...

Унесённые памятники

Вопрос сносе/переносе тех или иных памятников на территории соседних государств у нас по-прежнему очень эмоционально обсуждается, однако, бревно в своём глазу обычно остаётся у той же публики без рефлексии. В РФ "пропадают" памятники жертвам репрессий, потому что это дискредитирует пусть прошлое, но начальство, мемориальные доски, таблички «Последний адрес», мемориалы погибшим в войнах, если погибшие принадлежали к недружественным нациям, особенно полякам. Случайно узнал в фб Константина Бандуровского, что под "польскую историю" когда-то попал и памятник самому Джозефу Конраду, писателю с мировым именем, классику английской колониальной прозы ("Сердце тьмы"). Два года в юности он прожил в Вологде, казалось бы, прекрасный повод добавить городу узнаваемости на мировой культурной карте, к тому же — писатель критиковал европейский колониализм, идеологически — то что надо, но... Происхождение у нас важнее всего, а оно подвело, ведь Конрад был поляком и родился в Бердичеве. Как можно судить из скупых заметок прессы, монумент в память о писателе был поставлен в 2013, а в 2016 уже зазвучали голоса, что «Этот человек... писал какие-то непонятные книги, которые никто из здесь стоящих не читал и никогда читать не будет», и памятник исчез под предлогом ремонта водопровода. Жаль, Конрад по-прежнему очень актуален, по нему пишут диссертации, статьи, снимают фильмы; Батюшков и Рубцов, конечно, хороши, но почему бы не нанести Вологду ещё на одну литературную карту в атласе? Нет, важнее чтоб сосед Колька поперхнулся, а монументом пусть любуются работники Водоканала на хоздворе, тоже народ, в некотором роде.