– Ася, – он позвал меня вновь. Голос Ника стал чуть тише. В машине не осталось больше звуков, кроме его голоса. – Посмотри на меня, – попросил он, и обе руки Каримова легли на мои щеки, согревая теплом. – Пожалуйста.

Еще немного, и Ник коснется самой души. Мгновение, и Ник подался вперед. Почти касаясь моего лица, он замер, будто спрашивая разрешения, и я медленно моргнула, говоря «да» всем нутром. Я хотела, чтобы это случилось.

– Ага, а еще он просто восхитительный рассказчик всякого рода легенд.

Упыри – одна из интереснейших местных легенд. Только вампирами их стали называть совсем недавно, на зарубежный манер, но оно, наверное, и правильно. Упырь сразу в голове рисует образ чего-то уродливого, страшного. Местные же истории говорили о прекрасных существах, а главное – добродетельных, несмотря на свое проклятие. – Какое проклятие?

– А вот согласишься ездить к Смирновым, узнаешь.

Едва пальцам стоило прикоснуться к мягкой глади, как кожу защипало. Сначала почти неощутимо, но чем дольше рука соприкасалась с цветком, тем сильнее становилось жжение, и вскоре я отдернула кисть так резко, что нечаянно задела Татьяну.
– Ты чего? – В недоумении Ростова посмотрела сначала на мое лицо, а следом взгляд скользнул к ладони. – Боже, Ася! Твоя рука!

– Что это вообще было? – я обратилась к Денису, и он тяжело вздохнул, прежде чем ответить:
– У тебя аллергия на борец, как у меня.

Аллергия на борец довольно редкое явление. Мало у кого возникает подобная реакция от соприкосновения.

– Борец – второе название Аконита. Знаешь, что такое аконит? Самый настоящий яд.

– Когда-то, в районе десятого века, если я не ошибаюсь, у кельтов был праздник окончания сбора урожая и поминовения усопших – Самайн. Исторически это был достаточно важный праздник, позволяющий людям насладиться итогами своего труда и ненадолго выдохнуть перед наступлением тяжелой зимы. Долгие гуляния подвергали людей опасности, и есть теория, что именно из-за этого со временем мистицизм вокруг праздника только усилился, как бы предостерегая жителей от брожения в темном лесу после веселых гуляний. Говорили, в последний день октября, на стыке осени и зимы, в мир смертных возвращались духи предков, чтобы посмотреть, как идут дела у рода. И духи эти не всегда приходили с добрыми намерениями: в зависимости от того, как хорошо домочадцы себя вели в течение всего года, предок мог покарать всю семью, желая направить на путь истинный или нечто подобное. Могли духи предков бродить среди живых лишь до наступления утра. С о временем байка превратилась в настоящую страшную сказку, люди поверили в нее и, поверив, стали думать, как защищаться от нечистой силы.

Разводили костры, наряжались в злых духов и тем самым надеялись отогнать от семьи непрошеных гостей.