Гостем нового выпуска цикла программ «Светлого вечера» о путях русского богословия в истории русской культуры был научный сотрудник богословского факультета Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Вячеслав Ячменик.

Разговор шел о богословии новомучеников, богословии в эпоху советских гонений на Церковь.

Первая беседа с диаконом Николаем Антоновым была посвящена формированию русской богословской мысли (эфир 27.04.2026)

Вторая беседа с Артемом Малышевым была посвящена святоотеческому богословскому наследию (эфир 28.04.2026)

#светлыйвечер
Радио ВЕРА

Поговорили с Константином о русском богословии в эпоху гонений. Мне лично было очень интересно вести эту беседу, надеюсь, и вам понравится.
Я специально решил особенно не готовиться к разговору, чтобы по ходу выдать какие-то общие схемы моего понимания всей этой истории. Наверное, получилось местами не очень систематично, но для меня это был важный опыт подведения промежуточных итогов моих исследований.

Светлого вечера)

Вышла рецензия Модеста Алексеевича Колерова на «Духовных вождей». Это вторая рецензия после первого отзыва на книгу в «Социологии власти». Я всегда выступаю за серьезную критику, но здесь я вижу лишь риторику, при этом искренне удивляюсь тому, что рецензент, видимо, даже не ставил себе задачи разобраться в логике работы (путая самые банальные детали). Он явно то ли хотел от этой книги чего-то своего, то ли встроил ее во что-то свое. В конечном счете, это не важно, потому что результат один. Признаюсь, риторически выстроено мастерски. Сам бы хотел уметь так разносить своих воображаемых врагов.

«Церковь и духовные вожди русской интеллигенции» — читать.

Образование. Две мысли

Я последнее время говорю про образование через 2 мысли. Хотел про каждую писать по посту подробно, но что-то не получается писать особо, поэтому кратко из зафиксирую:

1. До 2070-х

Лучше выбирать образование не через вопрос «Сколько зарабатывать через 4 года?», а через вопроса «Что из получаемого образования мне понадобится в 2060-х, когда мне будет 50 лет?».

Родившись ок. 2010-ом, до второй половины XXI века дожить, надеемся, придется. Смешно фантазировать, какой будет там жизнь, но она будет по внешней обвеске очень другой.

Поэтому сейчас впахиваться нужно именно в то самое фундаментальное образование: думать, читать, писать. На каком-то интересном материале. Все остальное уйдёт.

2. Ты — то, что ты ешь.

Про тело не знаю, но про мозги и внутреннее — точно. Мы едим рассказы, истории, нарративы. Сейчас много питаются суррагатом, это уже аукается, а будет еще хуже. Кто-то должен уметь производить и воспринимать качественные нарративы, чтобы наше несварение мозгов хоть немного компенсировалось.

Это — работа гуманитария. И сейчас на нее и онтологически, и фактически запрос все больше. Поскольку суррагат готовить стало совсем легко — качество начинает снова цениться.

@KAnt961

Мэри Дуглас придумала для своей книги провокационное название — «Как мыслят институты». Хотя, конечно, мыслят не институты, а люди. Но люди мыслят внутри институтов и под их влиянием: институты задают, что считается важным, как устроено мышление и что признается знанием.
Ю. А. Шичалин много писал про античные философские школы именно как про институты мысли — не просто места, где «преподавали философию», а формы сохранения, воспроизводства и передачи знания. И, насколько я понимаю, его тезис довольно радикален: вне таких институтов знание долго не живет.
Это важная поправка ко всем разговорам про «самообразование» и «просто научиться думать». Мышление почти никогда не бывает чисто индивидуальным достижением. Ему нужны среда, дисциплина, язык, традиция, собеседники и механизмы преемственности.
Поэтому, возможно, главный вопрос образования — не «какие навыки будут нужны через 30 лет», а где сегодня еще сохраняются институты мысли. И можем ли мы как-то в сохранении этих институтов поучаствовать.

А вот и развернутый отзыв: https://periodical.pstgu.ru/ru/pdf/article/9146

Зачем социологи изучают Церковь? Большой разговор с проф. Иваном Забаевым

Заведующий лабораторией социологии религии ПСТГУ, кандидат социологических наук, профессор Иван Владимирович Забаев рассказал о том, почему он, социолог из ВШЭ, стал изучать Церковь, как пришел в ПСТГУ и зачем Церкви социология. А еще — как научные концепции соотносятся с реальной жизнью.

Интервью взял диакон Николай Антонов @KAnt961, начальник управления ПСТГУ по стратегическому развитию в связи с открытием новой программы бакалавриата в ПСТГУ «Социология: современные теории и полевые исследования».

Подробнее о программе смотрите на странице.

В интервью обсуждаются методы изучения социальной реальности, практическая ценность «этики смирения» в управлении и экономике, особая роль приходов как «человекоразмерных» пространств, помогающих обществу противостоять процессам тотальной алгоритмизации и многое другое.

📺 Смотреть интервью

Закончил чтение двух эссе.

Про Карсон хочу сказать, что это пример замечательного гуманитарного эссе — рассуждение о функции эроса в поэзии Сапфо, античных романах и философии Платона. Самое для меня интригующее место — связь эроса и письма. Оказывается, пространство и границы эротического в Античности можно поставить в связь с появлением письменности.

Однако противоречия любви потеряли всю свою остроту в современности. Об этом второе эссе. Эрос почти исчез из структуры современной жизни, потому что он невозможен в силу неолиберального «общества достижений», которое устраняет инаковость и делает нас «однообразными». В этом смысле больше всего меня зацепило описание фильма «Меланхолия», которое демонстрирует нам «депрессивный нарциссизм». Поскольку для меня это самый ценный фильм последних лет, я воодушевился чтением, однако последующие части меня не вовлекли. Слишком динамично пишет Бён-Чхоль. В любом случае, приятно почитать уютным нарциссическим вечером в кресле.