Что в целом касается статуса "ветерана боевых действий", то здесь вообще темный лес. Все звёзды эстрады, которые хоть раз бывали с концертами в Хмеймиме (Сирия), имеют статус "Ветерана Боевых Действий, и одинаковые льготы. Пожизненная пенсия 3800 рублей, в больнице без очереди, и в санаторий раз в год (в лучшем случае). У Кубанского Казачьего Хора в полном составе есть такой статус, и даже медали "участник операции в Сирии".

То есть, парни которые по пол года сидели в окопах имеют такой статус, и какой-то блядский артист, прилетевший на один день, спевший песенку, буханувши в дорогу, имеют одинаковые права. Справедливо?

Скажу больше, что статуса ВБД до сих пор не имеют процентов 70% ветеранов Донбасса 14-15 (не считая тех, кто прошел фронта СВО), а так же данного статуса нет у большинства сотрудников ЧВК "Вагнер" воевавших в Сирии и Ливии. Мой друг получивший тяжелое ранение в Ливии, получил орден Мужества подписанный Президентом, но до сих пор не имеет статуса ВБД.

Да, это всё выглядит, как блядский сюрреализм, но это суровая реальность. Всё скотское отношение власти к фронтовикам, к тем, кто за их ебучие интересы однажды отправился воевать.

Зная всю изнанку правды, меня начинает тошнить, когда вижу, как очередное политическое уёбище призывает всех идти на фронт, рассказывает про выплаты и гарантии, ага. Рассказывайте кому угодно, только не мне, уж я знаю всю правду.

Прямо сейчас Донецк под массированным обстрелом со стороны ВСУ.
Ну ничего, за то по телеку сплошные победы. Девять лет ничего не могут сделать, девять! Уже в следующем году юбилей этого ада будет, в котором живёт Донецк крайние десяток лет. Военные самородки блять.

Открытое письмо.

Женщине из города Вичуга.


Я вас обязан известить,
Что не дошло до адресата
Письмо, что в ящик опустить
Не постыдились вы когда-то.

Ваш муж не получил письма,
Он не был ранен словом пошлым,
Не вздрогнул, не сошел с ума,
Не проклял все, что было в прошлом.

Когда он поднимал бойцов
В атаку у руин вокзала,
Тупая грубость ваших слов
Его, по счастью, не терзала.

Когда шагал он тяжело,
Стянув кровавой тряпкой рану,
Письмо от вас еще все шло,
Еще, по счастью, было рано.

Когда на камни он упал
И смерть оборвала дыханье,
Он все еще не получал,
По счастью, вашего посланья.

Могу вам сообщить о том,
Что, завернувши в плащ-палатки,
Мы ночью в сквере городском
Его зарыли после схватки.

Стоит звезда из жести там
И рядом тополь — для приметы…
А впрочем, я забыл, что вам,
Наверно, безразлично это.

Письмо нам утром принесли…
Его, за смертью адресата,
Между собой мы вслух прочли —
Уж вы простите нам, солдатам.

Быть может, память коротка
У вас. По общему желанью,
От имени всего полка
Я вам напомню содержанье.

Вы написали, что уж год,
Как вы знакомы с новым мужем.
А старый, если и придет,
Вам будет все равно ненужен.

Что вы не знаете беды,
Живете хорошо. И кстати,
Теперь вам никакой нужды
Нет в лейтенантском аттестате.

Чтоб писем он от вас не ждал
И вас не утруждал бы снова…
Вот именно: «не утруждал»…
Вы побольней искали слова.

И все. И больше ничего.
Мы перечли их терпеливо,
Все те слова, что для него
В разлуки час в душе нашли вы.

«Не утруждай». «Муж». «Аттестат»…
Да где ж вы душу потеряли?
Ведь он же был солдат, солдат!
Ведь мы за вас с ним умирали.

Я не хочу судьею быть,
Не все разлуку побеждают,
Не все способны век любить, —
К несчастью, в жизни все бывает.

Ну хорошо, пусть не любим,
Пускай он больше вам ненужен,
Пусть жить вы будете с другим,
Бог с ним, там с мужем ли, не с мужем.

Но ведь солдат не виноват
В том, что он отпуска не знает,
Что третий год себя подряд,
Вас защищая, утруждает.

Что ж, написать вы не смогли
Пусть горьких слов, но благородных.
В своей душе их не нашли —
Так заняли бы где угодно.

В отчизне нашей, к счастью, есть
Немало женских душ высоких,
Они б вам оказали честь —
Вам написали б эти строки;

Они б за вас слова нашли,
Чтоб облегчить тоску чужую.
От нас поклон им до земли,
Поклон за душу их большую.

Не вам, а женщинам другим,
От нас отторженным войною,
О вас мы написать хотим,
Пусть знают — вы тому виною,

Что их мужья на фронте, тут,
Подчас в душе борясь с собою,
С невольною тревогой ждут
Из дома писем перед боем.

Мы ваше не к добру прочли,
Теперь нас втайне горечь мучит:
А вдруг не вы одна смогли,
Вдруг кто-нибудь еще получит?

На суд далеких жен своих
Мы вас пошлем. Вы клеветали
На них. Вы усомниться в них
Нам на минуту повод дали.

Пускай поставят вам в вину,
Что душу птичью вы скрывали,
Что вы за женщину, жену,
Себя так долго выдавали.

А бывший муж ваш — он убит.
Все хорошо. Живите с новым.
Уж мертвый вас не оскорбит
В письме давно ненужным словом.

Живите, не боясь вины,
Он не напишет, не ответит
И, в город возвратясь с войны,
С другим вас под руку не встретит.

Лишь за одно еще простить
Придется вам его — за то, что,
Наверно, с месяц приносить
Еще вам будет письма почта.

Уж ничего не сделать тут —
Письмо медлительнее пули.
К вам письма в сентябре придут,
А он убит еще в июле.

О вас там каждая строка,
Вам это, верно, неприятно —
Так я от имени полка
Беру его слова обратно.

Примите же в конце от нас
Презренье наше на прощанье.
Не уважающие вас
Покойного однополчане.

По поручению офицеров полка. Константин Симонов, 1943 год.

Итого имеем, если эвакогруппы одеть в антитепловизонные пончо, оснастить Булатами и дать тележку ТЭТЭ, то:
1. Эвакогруппа сокращается до 1-2 бойцов.
2. Их почти не видно в теплак, так как тележка не греется, бойцы в накидках.
3. Если прилетает птичка со сбросом, то Булат оповещает об угрозе.
4. Услышав угрозу, бойцы разбегаются, прикрыв 300 броней, которая тоже была на стенде.
https://t.me/FilatovCorr/1803

Комплект эвакуации:
Булат - 90 000
ТЭТЭ - 100 000
Пончо - не знаю, где-то сотка на троих.
Броня ~ 50 000.
Цена - 340 000 руб ориентировочно.

Выплата за ранение 3 млн.р.
Выплата за 200 - не помню.
Арифметика, для кого циферь важнее человечины.

Если подлампасное шакалье начнет, что я учу этим постом и укропов - идите на хуй. Я уже как мог доводил.

Милитари каналы, кто не репостнул, тот ципса😂😂😂

Стенд и ссылки на производителей тут:
https://t.me/FilatovCorr/1649