К слову, для любителей цифр: стоимость такого быстровозводимого ангара ESAP, судя по американским финансовым документам, составляет 900 тысяч долларов.

В отрыве от контекста возможно звучит как много, однако это всего лишь около 1% от цены истребителя F-35 или менее 2% от цены одной из последних модификаций истребителя F-16.

К тому же, это стоимость закупки самых первых экземпляров ESAP, которая неизбежно снизится после расширения закупок и производства.

Военный Осведомитель

Ну как бы добро пожаловать в реальность, российская экономика экспортно ориентирована, с общего объёма экспортного грузооборота до СВО половину обеспечивали морские и речные порты (690-700 млн. тонн), после начала СВО и подрыва СП-1 порты теперь обеспечивают большую часть экспорта страны. Основной грузооборот идёт через порты Азово-Черноморского (31%), Балтийского (29%) и Дальневосточного (27%) бассейнов.

Моря и шельфы ежегодно дают России свыше 5 млн. тонн добычи водных биоресурсов, с которых 82% обеспечивает Дальневосточный бассейн и 12% Северный бассейн.

Островные и полуостровные регионы Дальнего Востока, Северо-Запада не имеющие автомобильного и ж/д сообщения с остальной частью страны, и эксклав – Калининградская область для которой наземные пути в любой момент могут быть закрыты, снабжаются только по морю, это свыше 2 млн. человек, жизнедеятельность которых в случае блокады авиаперевозками не обеспечить. Плюс Крым с 2,5 млн. человек снабжение которого в случае перерезания сухопутного коридора и вывода со строя Крымского моста повисает опять же на морских перевозках.

Помимо охраны непосредственной ближней морской зоны и исключительной экономической зоны России периодично возникает необходимость таскать грузы для проведения военных или гуманитарных операций в удалённых от России государствах (с недавнего Сирия, Ливия, Судан), которые опять же кроме морских перевозок ничто не может обеспечить в сколь нибудь значимом объёме.

Прошу читателей уточнить по достоверности этого непотребства

В.Грубник. Как быстро победить на Украине?
На вопросы Максима Калашникова отвечает Владимир Грубник (Призрак Новороссии). Разговор на болезненную тему.

#полполье_на_укране #свободу_стрелкову #спецоперация_на_украине #мобилизация #владимир_грубник

Не надо иллюзий

"Перехватывать волонтерское движение" это все равно, как рассказы про отжать "Народную сеть". 😂😂

Отжать можно, но тогда придется на самих себя брать адский кропотливый труд завязанный на доверии и репутации. И работать там надо по настоящему. С нулевой прибылью и еще и с убытком. А брать такую работу на себя всерьез - желающих среди пустозвонов, дегенератов и имитаторов нет.

Поэтому перехватывать не будут.
Ломать, душить, - да. Но не перехватывать.

Ебланы... какие же тупые эти ебланы ... Абсолютно необучаемые ...-

Морские тральщики Тихоокеанского флота (ТОФ) провели тренировку по обеспечению выхода корабельных сил из пункта базирования на Камчатке и безопасного развертывания тактических групп кораблей в Авачинском заливе.

По замыслу мероприятия боевой подготовки условный противник установил минные заграждения на предполагаемом пути развертывания кораблей ТОФ.

Корабельная тральная группа в составе новейшего морского тральщика «Анатолий Шлемов» и морского тральщика МТ-265 Войск и Сил на Северо-Востоке России выполнила алгоритм действий по проделыванию прохода в районе с минной опасностью и отработала поиск и ликвидацию мин, используя контактные и бесконтактные тралы.

Обнаруженные на поверхности воды условные мины были уничтожены артиллерийским огнем.

В ходе тренировки в результате слаженных действий экипажей морских тральщиков удалось обеспечить безопасные условия для выхода кораблей из пункта базирования.

Пресс-служба ВВО
#анатолийшлемов #мт265 #тральщик #тоф #тихооканскийфлот #боеваяподготовка #камчатка

Вердикт: ФЕЙК

Ещё минутка дружественного пиара ТГ-каналов.

Канал Александра Поволоцкого, большого любителя истории военной медицины. Кто не видел его лекций на ютуб-канале Tactic Media, у меня лично закладочка на первом видосе про Гражданскую войну в США, но не знаю, когда теперь посмотрю.

Сегодня у Александра День Рождения, с которым категорически его поздравляю, и в выходные там вроде даже где-то в Мск наметились посиделки по этому поводу (см.первую ссылку).

#контрнаступ

Текст будет очень большой. Выкладываю его в ТГ, а не в ЖЖ, потому что в тексте могут найти “дискредитацию ВС РФ” и в ЖЖ его могут заблочить. Так что звиняйте за много-много ссылочек “Продолжение здесь”.

Как и все большие тексты, этот писался не в один день, а до того ещё некоторое время продумывался, так что приурочивать его к очередному общественному волнению на тему взятия/невзятия противником Работино или Клещеевки я не собирался.

Волнение это есть, невосторженномыслящие граждане задаются вопросом - если мы сейчас “Отошли на более выгодные позиции”, то зачем войска до этого обороняли невыгодные?

А всё очень просто. Это значит, что мы ничего не смогли сделать с тем, что противник провёл определённые действия по улучшению своих позиций вокруг наших выгодных позиций и, в итоге, эта наша конкретная позиция стала невыгодной позицией, улучшить которую мы не можем из-за ограниченности наших возможностей. Поэтому мы и выводим людей, спасая их от бессмысленного уничтожения.

По приведённой ссылочке ставится ребром мой любимый вопрос – “Предательство или непрофессионализм?” Что на него ответить сейчас про этот конкретный эпизод? Сейчас это уже последствия, причём долгоиграющие того и/или другого.

Как выгодная позиция становится невыгодной и требующей вывода людей, можно было БЫ наблюдать ещё до СВО, если БЫ это не замалчивалось. История высоты “Дерзкая”, господствующей высоты между Коминтерново и Мариуполем, которую удерживали до тех пор, пока укры, оперируя с формально невыгодных позиций, но в ситуации, когда раздолбать их там артиллерией было запрещено, обкопали и обошли высоту, и даже просто занести туда БК, еду, топливо и электричество стало без потерь практически невозможно.

Высоту в 2019-м году сдали, обнаружили, что её потеря обессмысливает две соседние позиции, попробовали высоту вернуть, потеряли людей, и, уже после этого, оставили две соседние позиции. И Коминтерново стало “как на ладони” для укропов, и укропы начали простреливать этот район совсем уж нагло, вплоть до того, что местные мирные боялись выйти по воду к колодцу.

Так лишаются выгодных позиций и отходят на “более выгодные”, которые на самом деле – менее невыгодные в изменившейся ситуации.

В общем, далее я попробовал таки резюмировать мысли на тему украинского контрнаступа, о полном провале которого нам рассказывают уже очень долго и упорно, а ВСУ почему-то ломятся и ломятся вперёд, "несут колоссальные потери" и всё не кончаются и не кончаются.

Уже сам Переслегин сказал, что, мол, успокойтесь, наступ провалился, "осталась оперативная инерция". Я не слежу, но, наверное, где-то примерно вот сейчас или ближе к середине сентября число уничтоженных "Леопардов" в сводках Конашенкова должно сравняться с общим числом поставленных Украине.

- О чем вы думаете, сержант, глядя на этот подбитый "Леопард" в укроповском ролике в тик-токе?
- О бабах Помимо того, что его уже несколько раз показали с других ракурсов?
- Да.
- Я думаю о том, что укропы едут мимо него днём, колонной, на лёгкой технике или сидя сверху на броне, что некоторым образом говорит нам о том, что они не только заняли район, где танк был подбит и, следовательно, восстановят его, если он полностью не сгорел, но и о том, что они, подъезжая к передовой, не боятся нашей авиации и артиллерии.

В том, что глобальную ситуацию для широких масс толком никто особо не стремится объяснить, играет свою роль не только банальное непонимание происходящего самими объясняющими, но и определённая корпоративная солидарность "торговцев сюжетами", генерирующих постоянные обсуждения новостей о том, взяли укропы очередную деревню или не взяли, выбили их наши оттуда или не выбили. Примерно таким же образом, не понимая общего положения дел, с шутками про " - Ну что, Залужный, взяли Херсон? - Нет, пан президент, пока только Хер!" мы пришли к известным событиям прошлого года. И к массовому ступору - "КАК?!?" Всё же только что было хорошо. Просто отлично. КАК?!?!

Часть 2.

Часть 1.

А вот так. Вы в ролике про героический танк "Алёша" видите героический танковый экипаж. А военспец, помимо этого, видит, что связи с героическим танком нет, и вся та толпа военных на КП, которая могла бы ему помочь в бою, просто пассивно наблюдает и восторгается храбростью своих подчинённых. "Какие они рексы у нас! УХ!"

Мамаша Кураж: Это, наверно, очень плохой командующий.


Повар: Прожорливый - верно, но почему плохой?

Мамаша Кураж: Потому что ему нужны храбрые солдаты, вот почему. Если у него хватает ума на хороший план разгрома врага, то зачем ему непременно храбрые солдаты? Обошелся бы и обыкновенными. Вообще, когда в ход идут высокие добродетели - значит, дело дрянь.

Повар: А я думал, это хороший знак.

Мамаша Кураж: Нет, плохой. Если какой-нибудь командующий или король - дурак набитый и ведет своих людей прямо в навозную кучу, то тут, конечно, нужно, чтобы люди не боялись смерти, а это как-никак добродетель. Если он скряга и набирает слишком мало солдат, то солдаты должны быть сплошными геркулесами. А если он бездельник и не хочет ломать себе голову, тогда они должны быть мудрыми как змеи, иначе им крышка. И верность нужна ему тоже какая-то особая, потому что он всегда требует от них слишком многого. Одним словом, сплошные добродетели, которые в порядочной стране, при хорошем короле или главнокомандующем, никому не нужны. В хорошей стране добродетели ни к чему, там можно быть обыкновенными людьми, не шибко умными и, по мне, даже трусами.

Кредо военблоггера гласит, что публику надо качать на эмоции, торгуя ей истории и эпизоды, логические суть и значение которых публика головой не поймёт, но будет в нужном градусе эмоций. Уныло нудящие многобуквенные душнилы типа меня, апеллирующие к мозгу, много подписчиков не наберут и много финок ЛГБТ не продадут. В конце концов и публике самой, в значимой её части, увы, хочется смотреть эту войну со стороны, как остросюжетный сериал, в котором можно переживать "за наших". Те, у кого там, в эпицентре мяса и ада, оказывается кто-то из родных и близких, быстро к такой ярмарке эмоций охладевают.

В общем, кто не хочет читать очень много букв, не читайте. Сейчас я буду ещё раз разжёвывать логику событий за прошедший год и указывать, на что именно надо смотреть в текущей ситуации. Это будут совсем не те вещи, которые вам тычут под нос, вроде карт с небольшими кусочками захваченных врагом территорий, но именно они-то, эти не озвучиваемые широко и громко вещи, и важны критически на самом деле. А не то, чем манипулируют наша и вражеская пропаганды.

Начать изучение вопроса предлагаю с вот этой статьи, которую я дописал в марте этого года и тогда же сайт КЦПН её опубликовал. Там описано, почему главная проблема не в том, кто сейчас, в данный момент владеет Клещеевкой или Работино или любым другим населённым пунктом, укрепом или географической отметкой.

Проблема будет даже не в прорыве фронта, если он будет противником где-то совершён. Проблема в том, что противник весь прошедший год усиленно создавал себе инструмент эксплуатации прорыва. Те самые крупные механизированные группировки, полнокровные бригады и даже корпуса, чётко управляемые в реальном масштабе времени, которые, войдя в прорыв, "свернут" прорванный фронт и реализуют "фазу вложений" в "фазу дивидендов".

"Фаза вложений" - это кровавые штурмы опорников, иногда по нескольку раз переходящих из рук в руки, это большие потери пехоты и выделенных ей в поддержку малых групп танков и БМП, это растаптывание узлов обороны врага и выбивание артиллерии, на которой у него стоит оборона.

Часть 3.

Часть 2.

"Фаза дивидендов" - это когда твои вошедшие в прорыв по следам этих штурмов механизированные колонны разрывают тылы противника, его штабы, уничтожают на марше его колонны снабжения и подкреплений. Это, если хотите картинку "идеального шторма", история штаба 40-й армии в операции "Блау", который день за днём бежит от немецких танков, теряя людей и бросая части своего имущества, отходит в тыл, и каждый день на новом месте после нового налёта “лаптёжников” эти танки показываются из-за ближайших холмов. Управлять армией такой штаб, разумеется, не может, даже если бы имел для этого технические средства.

Как уже было написано в том тексте по ссылке, не в самих поставляемых укропам иностранных танках и БМП проблема. А в том, что противник знает, зачем именно они ему нужны. Как именно ими оптимально пользоваться. И он создал себе механизм эксплуатации прорывов без которого “садиться за стол”, что называется, и начинать игру, то есть что-то прорывать, было бесполезно - про Первую Мировую войну там все помнят, не дураки.

Помимо этого, как теперь становится очевидно, когда зимой и весной ВС РФ вместе с Пригожиным не только успешно "стесали" значимую часть мобилизованных в “штурмах” без арты по всему фронту и опытных "Вагнеров" – конкретно об идеальное укрепление в виде крупного и НЕ окружённого перед штурмом города, они оказали ВСУ ещё одну услугу. ВСУ, обменивая своих мобиков, тероборонцев и всех прочих, кого получалось завести в Артёмовск, на вагнеровских штурмовиков выработали механизм выгодного для них размена пехоты с сохранением как можно большего количества комсостава, в особенности младшего, который должен накапливать опыт. Я уже писал об этом отдельно.

Противник, развивая средства связи и военно-полевой телеком, работающий в интересах трансляции видео с БПЛА и передачи данных целей, вывел из наиболее опасных зон своих ротных и комбатов, а у нас, с нашими уровнями того, что противник себе развил, наоборот - чем острее ситуация, тем более высокого ранга командира старшие начальники посылают разбираться, в чём дело, под арту, миномёты, сбросы и FPV. А как ещё?

У нас в этой сфере, в сфере армейского телекома и магистрального оборудования радиосвязи, войска изощряются, в основном, на свои и на волонтёрские средства. У ВСУ же проработаны ещё до начала СВО массовые решения по полевому телекому на базе гражданского оборудования. И дело здесь не в пресловутых "Старлинках", которые очень хорошо легли на подготовленную почву, а в том, что сама эта почва уже была. В том, что были выращены специалисты и в том, что с их участием разработаны рабочие решения. Например, банальный комплект из покрашенной в зелёный цвет гражданской "тарелки" с не менее зелёной коробкой, в которой стоит обычный роутер "Mikrotik" c 3G/4G модемом, которая "тарелка" "стреляет" интернетом в сторону фронта с края уверенного 3G-покрытия, в которое покрытие попадает симка, вставленная в модем. А на фронте этот канал ловит вторая такая же небольшая "тарелка", смотрящая в тыл, с коробочки при которой этот инет раздаётся уже локально. Это - не чудо-оружие какое-то, не уникальная технология. Это - типовое решение для типовой ситуации. А типовые решения для типовых ситуаций - это, извините, сила любой армии. Вторым компонентом которой силы является полководец, раскладывающий каждую оригинальную и неповторимую боевую обстановку на стандартные ситуации как на множители.

Первой печалью зимних и весенних событий было то, что украм даже не понадобилось пытаться наступать зимой, чтобы сковать наши силы и выиграть время для подготовки частей на импортной технике, так как они получили чудовищный просто расход нашей пехоты в подарок, без никаких маневров с их стороны. Чтобы Пригожин, снаряды для которого в разгар “снарядного голода” требовал у МО весь рунет, мог ещё немного хоть сколько-нибудь результативно поштурмовать так и не окружённый Артёмовск, на других участках в “мясные штурмы” гнали российских мобилизованных и остатки 1 и 2 АК Республик.

Часть 4.

Часть 3.

2 152-мм орудия по 2 выстрела – это, в который раз повторюсь, реальная огневая задача на поддержку очередного “штурма” прошедшей зимой под Авдеевкой. Да, эти “мясные штурмы” сковывали силы противника, в том числе и в первую очередь артиллерийский и беспилотный сегменты, на которых стояла и стоит сейчас украинская оборона, требовали держать свежей пехоту под Донецком и в других местах. Это, в какой-то мере, облегчало штурм Артёмовска, но так и не окружённый, снабжаемый всем необходимым, "полуразрушенный город как идеальный укрепрайон", отработал своё в руках противника полностью. В том числе поработал и на выработку технических и организационных решений по удобной противнику структуре потерь. Так противник получил вторую свою главную “системную” карту и, поднакопив ресурсов, “сел за стол” летом, разыгрывать “контрнаступ”.

То, что главным желаемым призом “контрнаступа” будет остаток Херсонщины, освобождённая часть Запорожья и, возможно, прорыв в Крым, было немного очевидно. Удар по Запорожью, к морю в сочетании с ударами по Крымскому мосту и флоту, отсекал обороняющихся на Херсонщине от основных потоков снабжения, требовал от них разворачиваться фронтом в другую сторону и отходить в Крым под угрозой того, что первыми на перешейке окажутся прорвавшиеся укры и запечатают кольцо. Цель казалась не такой уж трудной. Да, на этом направлении зимой и весной массовых забегов на “штурмы” наши мобики не исполняли, но это всё равно были части, в значимой степени укомплектованные мобиками. Которых на полигонах в РФ готовили, в основном, примерно никак. К счастью, “по месту” опытные люди таковой подготовкой плотно занялись, равно как и оборудованием позиций. Разумеется, укры не ждали совсем лёгкой прогулки. Но чего же они ждали в широко уже разрекламированной ситуации “отсутствия тумана войны”? В ситуации, когда ни у нас, ни у них не получится сконцентрировать в одном месте огромные массы войск, чтобы решительно и резко проломить подготовленный к обороне фронт.

Зададим себе ещё раз вопрос - что держит фронт в обороне?

Минные поля бесполезны без наблюдения и огневого прикрытия пехотой, в том числе и в первую очередь – огневого прикрытия с помощью дальнобойных ПТРК. Нет прикрытия – выезжает машина разминирования, выстреливает пороховую ракету, тянущую за собой кишки с пластитом, кишки вытягиваются в линию через минное поле, подрываются, подрывая вместе с собой все мины в данной полосе. Так работает советская УР-77 “Метеорит” и её зарубежные аналоги, поставляемые врагу. Если же у обороняющегося всё-таки есть ПТУР, такая машина, с полутра тоннами взрывчатки на себе, бабахает очень красиво. А если нет или расчёты противотанковых средств полностью подавлены, то УР-77 и идущий потом танк с катковым минным тралом проделывают проход за считанные минуты.

Любые укрепления практически бесполезны без наполняющей их грамотной и мотивированной пехоты, а та, в свою очередь, не сможет выстоять долго без своей артиллерии, включая, разумеется, контрабатарейку и средства целеуказания для неё, т.е. БПЛА самолётного типа, более-менее устойчивые к вражеским средствам РЭБ.

Кроме того, всему этому нужны резервы, включая, разумеется, резервы бронетанковые, предназначенные для парирования возможных прорывов.
И вот уже поверх всего этого нужна система связи и управления и управленческие кадры.

Теперь перевернём шахматную доску и спросим себя - Что делать, если ты стоишь против такой обороны, и тебе надо прорывать именно её, чтобы реализовать свой большой оперативный замысел, и не можешь сконцентрировать именно против неё значимый объём сил, способный быстро обвалить эту оборону за счёт многократного численного превосходства?

Не можешь, потому что тогда урон, наносимый вражескими ракетами, прилетающими по ближнему тылу, станет для тебя неприемлемым. Ну, если ты при этом такой весь из себя российский военблоггер, ты такой “Всё, блин, наступ не удался!” и уходишь бухать. А если ты украинский военный, да и военный вообще, ты начинаешь думать, как можно “разобрать” противника постепенно. Потому что для тебя это рабочая задача.

Часть 5.

Часть 4.

Как можно свести эту с виду нерешаемую задачу к той, которую ты уже решил, когда осенью 2022 года успешно собрал необходимые силы для прорыва жиденького фронта на северном фланге?

Ответ очевидный – навязать противнику сражение на истощение в нескольких критичных для него и удобных для тебя точках фронта, где ты сможешь обеспечить размен своих резервов на его резервы с наибольшей выгодой для себя. Когда твои резервы в тылу стоят толпами, их поражение ракетами выбивает тебе ценных специалистов и командные кадры. На фронте же ты, если уже научился, можешь менять своих рядовых и сержантов на вражеских не только рядовых но и летёх, капитанов и даже майоров, быстро восстанавливая боеспособность своих войск за счёт того, что рядовой готовится быстрее, а выжившим в замесе рядовым можно смело давать сержантов. А противник, то есть мы, будет, сильнее тебя теряя в качестве войск, ещё больше терять в количестве.

И враг подобный замысел реализовал в максимально возможном масштабе. За лето мы увидели в действии все способы провоцирования противником растягивания по разным направлениям наших резервов. Везде, где один его солдат может сковать три, пять, десять наших, он попробовал это сделать. И не только с чисто пехотными резервами, но и с артиллерией, ПВО и другими средствами.

Обстрелы и диверсионные вылазки на территорию РФ. Прекрасный способ. Особенно обстрелы мирняка, когда губернатор звонит военным и просит как-то прекратить этот террор, а военным для этого нужна арта и самолётные БПЛА, то есть та самая “контрабатарейка”, которой не хватает даже на критически важных направлениях.

Обстрелы Донецка, желательно с гибелью мирняка, крайне желательно – детей. Сделано. Идеальное средство заставить наших опять и опять штурмовать позиции ВСУ под Донецком, ну или, как минимум, держать в этом районе значимую артиллерийскую группировку в попытке “что-то с этим сделать”, потому что сердце из груди не вырвешь – общественность, после очередных похорон убитого обстрелом ребёнка, всё активнее спрашивает - ДОКОЛЕ, БЛЯТЬ?

Активные атаки дронами-камикадзе дальнего радиуса действия территории РФ. Прекрасное средство оттянуть отнюдь не бесконечное ПВО с основных направлений имеющих важное текущее военное значение в сторону направлений важных с политической стороны.

Попытки высадки небольших десантов в Крыму. Прекрасное средство вытянуть сколько-то сил на создание мангрупп для пресечения их успешной работы после высадки.

Создание плацдармов на Днепре в тех местах, где для этого есть оптимальные условия, позволяющее оттянуть на себя наши силы и иметь над ними как преимущество высокого берега, так и преимущество более полного боевого обеспечения(типа БПЛА и большего количества более совершенных плавсредств). Done!

Ну и, наконец, крупные полевые сражения в выгодных ВСУ районах, отдать позиции в которых без тяжёлых боёв нашим не позволят не только соображения оперативно-тактические, но и соображения престижа. Я такие сражения весной прогнозировал не только на флангах Артёмовска, но и под Донецком, но пока что мы видим только обстрелы Донецка. При этом противник активнейшим образом ломится и на южном, и на северном фланге Артёмовска, где ему удобно наступать, где нет застройки, где он может наиболее полно реализовать своё преимущество в БПЛА и дальности/точности артиллерии и “Хаймарсов”.

Вот всё это вышеперечисленное противник реализует для того, чтобы на Запорожье прогрызть оборону в замедленном темпе, обусловленном тем, что в современных условиях, в том самом очень жиденьком или отсутствующем тумане войны, нельзя согнать много войск сразу в одно место.

Поэтому прорыв, который во Вторую Мировую войну делался (или не делался, если случался провал) считанные дни, делается месяцами. Противник кидает в бой одни бригады, они что-то отжимают у наших, наши подтягивают резервы, резервы контратакуют, стачиваются, но возвращают какие-то позиции, противник ротирует свои бригады, кидает новые, они отжимают ещё что-то.

Часть 6.

Часть 5.

Время растягивается, драка, перемалывающая резервы сторон, происходит на довольно небольших участках местности, которые нам и показывают “Посмотрите, посмотрите, как мало получилось у укропов занять территории. Наступ провалился!”.

Но наступ-то не про то, чтобы занять сколько-то земли за какое-то время, он про решительный разгром наших войск, который, в свою очередь, поможет занять значительно больше земли.

Укропы достаточно быстро определяют, что вот, оттуда-то приехали резервы русских под Работино. Ага. Значит, там, откуда они приехали, можно начинать чудить, помотать русских, попить им крови, а потом оставить там слабый заслон и перекинуть силы на другой участок.

У противника более продуктивная система пополнения войск, уже давно хватающая на улицах всех, до кого может дотянуться и планомерно поставляющая на фронт “разменную” пехоту. У противника более удобная для него структура потерь. Первичный итог этого всего немного очевиден – в очень скором времени на фронте снова появятся пополненными и полностью восстановившими боеспособность те украинские мотострелковые бригады, которые в начале наступа были нашей пропагандой записаны в “полностью разгромленные”.

А противостоять им будут наши предельно измотанные части, ведущие бои с начала лета, которым из-за потерь просто сокращают отведённые им участки ЛБСа.

Вот тут противник как раз и рассчитывает “свести ситуацию к предыдущей”.
Хоть ты уминируйся до усрачки. Хоть ты в тридцать три ряда поставь эти бетонные пирамидки. Хоть ты двадцать линий окопов нарой экскаваторами и натыкай среди них бетонных колпаков, которые после первого дождя уйдут амбразурами в землю...

Если нет адекватного пехотного наполнения и артиллерии/дронов, способных, хотя бы в самые критические моменты, “выключать” контрабатарейкой вражескую арту, то все пассивные заграждения, лишённые огневого прикрытия, будут пройдены противником настолько же быстро, насколько медленно они будут проходиться, если оно есть.

Вот, собственно, и ответ, почему противник весьма ограниченно применяет пока что средства быстрого разминирования проходов в минных полях, в том числе мобильные и бронированные, применяет только тралы на бронетехнике. Ими, этими средствами быстрого разминирования проходов, очень неудобно пользоваться в ситуации, когда противник бдит и линии обороны его насыщены тем самым “пехотным наполнением” с ПТУРами.

Поэтому противник сначала артобстрелами старается хоть как-то почистить минные поля у атакуемых позиций, а потом, изолировав эти позиции от подвоза БК и подхода резервов с помощью систем дистанционного минирования в виде специальных кассетных боеприпасов к РСЗО, атакует их пехотой.

Когда Ходаковский осторожно пишет о том, что противник нашёл метод облегчить своей пехоте проход минных полей с помощью артиллерии, это значит, что данный метод уже используется противником массово, да и глупо было бы этого не делать. Методу много десятилетий, он общеизвестен, применялся ещё Роммелем при взятии Тобрука, когда массированный удар пикировщиков утром 20 июня 1942 года по оборонительным позициям английских колониальных войск, просто сдувший на одном участке проволочные заграждения, помимо этого ещё и помог сапёрам оперативно расчистить проходы в минных полях и перекинуть через противотанковый ров мост, по которому в глубину обороны англичан прошли немецкие танки.

Когда наша пропаганда рассказывает про то, что “ВСУ разминируют минные поля своей пехотой вместо того, чтобы использовать сапёрную технику”, хочется спросить, не эти же самые люди часом в своё время, когда за это хорошо платили, как сейчас за напускной патриотизм, писали про проклятого Жукова, который, якобы, на приёме после Победы внезапно разоткровенничался и признавался коллеге Эйзенхауэру в аналогичных грехах (эту байку уже много раз разбирали).

Часть 7.