Прошёл год как мы побывали в ОАЭ. Мы оставили запрос в правоохранительных органах, сделали устное заявление, которое фиксировали на запись. Дали разъяснения. Обратились в консульство РФ в Дубае, за оказанием правовой помощи. Нас сначала подинамили, но после огромного количества заявлений от граждан России в нашу поддержку в консульство, приняли наше заявление и обработали. Передали руководству страны, в центр принятия решений международного плана, в Абу-Даби.
До сих пор, нет чёткого ответа, кто был на станции "Бизнес Бэй ", 06.08.2024 года. Нет ответа по установлению лица, по которому мы задаём вопросы. В общем и целом прошло два года с этого фото.
P.S. Вот мой почерк. Вот так я лично даю информацию. У меня нет кричащих заголовок. У меня нет сериального мыла искусственных слёз. Я подавая информацию максимально сосредоточена. И даю всё только по делу.
Как это делают другие, я не отвечаю, и мне тоже не всегда нравится. Но это условия огласки

Были сегодня следственном отделе главного управления полиции Дубая, после чего нас отправили в районный отдел полиции.
Пока не получается написать заявление. Нам должны помочь с консульства, но пока не получается

Благодарю всех, кто продолжает помогать нам. Пожалуйста, рассылайте ориентировки. У кого хоть один знакомый, живёт где-то по миру, пусть разлетается по всему миру мой зов о поиске любимой дочери!

В человеке должно быть всё прекрасно, и лицо и одежда, и душа, и мысли.
Анна не то, что про неё придумали завистливые люди. Анино благородство видно невооружённым глазом. Не было на пути человека, который бы не восхищался длиной её волос, и манерой Ани скромно, спокойным ровным тоном говорить. Анна не то, что про неё злые люди говорят. Я- мама Ани и всегда говорила, хоть бы все мои дети были такими как Аня, или хотя бы половину. Анна прекрасна во всём. Когда к ней приближались с предложением встречаться, она строго пресекала. У Ани не было не одного свидания. Это был её личный выбор. Она говорила, "мама, я не вижу смыла в этих свиданиях. Мои ровесники встречаются, и через месяц на глазах друг у друга встречаются с другими."
Анна, мой прекрасный ребёнок. Мое само совершенство. Мой пятый элемент. Я люблю тебя!

10 февраля 2024 года наша дочь- Цомартова Анна Николаевна, курсант РЮИ МВД, в составе сборной команды направилась в Дагестан на соревнования по тайскому боксу. На момент отъезда она находилась в прекрасном физическом и эмоциональном состоянии, демонстрировала позитивный настрой и уверенность в своих силах.

События того дня развивались следующим образом: ориентировочно с 13:00 до 14:00 Анна ушла в сторону раздевалки, сохраняя отличное настроение. Ближе к 16:00 она появилась снова, но уже выглядела уставшей. По моему наблюдению, во время поединка она проявила себя лишь наполовину от своего реального потенциала. Я не утверждаю, что кто-то причинил ей вред или отравил, но факт снижения активности был заметен.

После проигрыша, к чему она была морально готова, Анна пошла в раздевалку, чтобы снять экипировку и передать её следующему участнику. После этого к ней подходили многие спортсмены, чтобы выразить поддержку и утешение — это принятый в спортивной среде ритуал. Анна не любит публичных драм и публичного сочувствия, поэтому решила уйти, чтобы побыть одной.

Она вышла на набережную и направилась в сторону, противоположную скоплению людей. Пройдя около километра, она зашла на закрытую территорию санатория ФСБ, прошла его и оказалась на границе между санаторием и военным объектом ФСБ, непосредственно на берегу моря. Именно там, на виду у сотен камер видеонаблюдения, она провела около 40 минут, после чего бесследно исчезла.

Прошло уже два года и семь месяцев, а следы нашей дочери так и не были найдены.

Создание нашего канала стало вынужденной мерой защиты. Мы наблюдая, как публично дискредитируют нашу дочь, решили взять освещение ситуации в свои руки, чтобы не допустить манипуляций со стороны. Столкиваясь с серьезными препятствиями.

Запросив записи с камер видеонаблюдения за месяц пребывания нас в Дагестане, мы столкнулись с отказом. При этом нарушаются не только наши права на информацию, но и законные процедуры. Лицо, ответственное за предоставление данных, имело прямой запрет в контракте на распространение служебной информации. Несмотря на это, оно нарушило закон, передав конфиденциальные данные третьим лицам. В результате тайна предварительного расследования была раскрыта через каналы травли, а в интернете появилось видео, якобы фиксирующее нашу дочь. Я категорически не верю достоверности этой записи.

Ситуация усугубилась при передачи дела. Несмотря на то, что мы указали на ряд нарушений в своем ходатайстве (которые, к сожалению, не были озвучены публично), дело было передано в центральный аппарат Главного следственного управления. И вновь произошла утечка информации: через те же каналы травли стала известна фамилия следователя, взявшего УД в производство.

Кто именно является источником утечек, пока не установлено. Однако факт наличия системного бардака и нарушения процедур в нашем деле очевиден. Мы продолжаем настаивать на соблюдении закона и защите чести и достоинства нашей дочери и семьи от публичных нападок и незаконного распространения данных.

Думаю смотря на девушек, не стоит зацикливаться на волосах, с ними можно сделать что угодно. Например Аня, по команде, всегда заплетала дулю. Визуально это вообще скрывало длину волос.
Вот крайний раз, человек просто увидел косичку, и она ей показалась Аней. У Ани огромные глаза, как у газели. У неё очень милая внешность, но даже и лицо меняется если элементарно нанести много макияжа.
Я больше не буду реагировать на "кажется я видел (а) Аню.
Аня может выглядеть как угодно, и даже уже блондинкой с короткими волосами.

Я смотрю короткие сообщения Анны, чтобы побыть с ней.
Вот хоть бы слова из этого сообщения сбылись!

Осень 2004 года в детском саду запомнилась не обычными буднями, а тяжелым, пронзительным молчанием. Я работала там, чтобы быть ближе к моей маленькой Анечке, но в этот день все мы — воспитатели, родители, коллеги — были прикованы к экранам телевизоров. Мы ловили каждое слово дикторов, и воздух в комнате сгущался от невысказанного ужаса. Слезы текли по щекам, а молитвы о спасении детей звучали невидимым хором.

Мы привыкли видеть в наших мужчинах защитников, тех, кто выстраивается в строй для спасения других. Но что может сделать человек, когда террорист направляет оружие прямо на ребенка? Этот момент пробил любую броню. Страх за детей — это самая первобытная и всепоглощающая эмоция, способная сковать волю даже самых смелых. В тот день весь мир содрогнулся от этого чувства.

Держа Аню на груди, я пыталась понять, как те матери выносят этот кошмар. Как они живут дальше, когда их мир рухнул в один миг? Осетия и весь мир стали свидетелями того, как сотни женщин внезапно обрели статус «матери Беслана». Они надели траур в один день. Это стало общей раной, объединившей людей разных стран и взглядов.

Для Беслана 3 сентября — это не просто дата в календаре, а день вечной памяти и скорби. Для маленького города эти два душераздирающих статуса — «Матери Беслана» и «Город Ангелов» — слишком много. Они напоминают о цене мира и о том, как хрупка жизнь, которую так больно терять.


Мы не забудем! Мы вместе!