Спасённый от забвения домик 1860-гг. посреди леса в Нью-Гэмпшире.

Амбар сгорел дотла, от центральной части остались лишь сильно пострадавшие несущие конструкции и внешняя оболочка, лучше всего сохранились красного кирпича жилые покои.

Новые владельцы решили построить заново утраченную часть здания и восстановить остальные. Теперь слева гараж с гостевой комнатой над ним, «перемычку» заполнила кухня и комната для семейных посиделок, а справа – по-прежнему хозяйские покои.

Всё старательно обшили сайдингом – возможно, не лучший вариант, но в Новой Англии многие дома XIX в. выглядят именно так.

Ушло несколько лет на то, чтобы пространство заполнилось мебелью и декоративно-прикладным искусством. Один из владельцев – серийный коллекционер (и дизайнер в Theo & Isabella Design), поэтому здесь много старины и английской керамики – фаянс цвета сливок, каменная масса разных цветов, яшмовая и чёрная базальтовая массы, париан и др.

Множество предметов с историей на мгновение заставляют подумать, что в этом доме мало что изменилось с позапрошлого века – приборы для умывания, механические часы и барометр, деревянная чайница в виде груши, портвейн и проч. для «каминных сессий». О подведённом электричестве свидетельствуют лишь осветительные приборы, другая электроника в кадре отсутствует – хорошее место для цифрового детокса.

В статье упоминаются кувшины Wedgwood на каминной полке, но в действительности предметы фабрики там отсутствуют – есть лишь похожие. Но всё равно настоящий Wedgwood в доме представлен широко – вазы, шкатулки, хьюмидоры, чайная посуда, «Венера Милосская» из базальта.

#TGT294 #Интерьер #Wedgwood

Напоминание о том, что плитки (изразцы) – не только утилитарны, но и декоративны.

Показаны интерьеры домов XVII-XX вв. с делфтской, португальской (азулежу) и невесть какой ещё плиткой.

Отлично чувствует себя везде – будь то влажная среда или, напротив, где сухо и жарко.

Рано или поздно на плитках появляется цек (трещины в глазури), но найти замену старой плитке в национальном или классическом стиле не составит труда – даже если не будет антикварного подлинника, сойдёт и современный аналог. За пару-тройку лет он успеет качественно постареть.

Современные производители часто гонятся за модой, представляют новые коллекции одну за другой – спустя лет 10 уже трудно найти замену повреждённой плитке – их уже не производят.

Так что проверенное временем – будь то непосредственно возраст или стиль – safe choice.

Все фотографии взяты с сайта H & G | UK.

#TGT295 #Интерьер

В Европе на протяжении XVIII в. чай был модным и дорогим напитком. Пусть к концу века он стал доступен для более широкого круга лиц, но наслаждаться чаем всё равно могли не все.

В коллекции Музея Виктории и Альберта есть картина 1727 г., атрибутированная Ричарду Коллинзу (ум. 1732 г.).

На парадном портрете семейство пьёт чай (в том числе и ребёнок!) из фарфоровых пиал в окружении серебряной посуды. Сразу понятно, какие они просвещённые, какое положение в обществе занимают и какой достаток имеют. На столе есть даже вакантная пиала с блюдцем, но для кого она – загадка (уж явно не для собачки). Неужели это приглашение смотрящему и намёк на их щедрость?

В фотоподборке – европейские (преимущественно английские) чайницы XVIII в. , за исключением одного экземпляра начала XIX в. Объединяет их наличие замочка с ключиком. Не более чем формальность, но сразу понятно, кому можно, а кому нельзя, кто хозяин, а кто может этот ларчик только открывать.

На последней фотографии – чайница в виде стопки книг с бесключевым доступом. Чтобы открыть её, нужно догадаться, как это сделать.

Чайницы представлены в коллекции Метрополитен-музея.

Об английских обозначениях ёмкостей для хранения чая мы писали здесь и здесь.

#TGT296 #Чаепитие #Музеи

Сегодня мы посетили пресс-показ выставки Исторического музея «Дикое поле. В вечном движении» (9 апреля – 9 сентября 2024 г.)

Выставка посвящена взаимодействию России с кочевым миром Великой степи.

Идти туда, где теплее, где будет урожай и вода – жизненная необходимость для кочевников. Кочевые народы постепенно просвещали и «окультуривали»: оседлый образ жизни и новые ценности делали их жизнь прогнозируемой, но при этом они утрачивали свою идентичность. К открытию выставки вышло 300-страничное издание – попытка эту идентичность зафиксировать.

Пространство разделено на несколько зон. В «мирном» зале представлены предметы быта, среди которых есть и керамика. Начало коллекции положил Пётр Иванович Щукин – в 1905 г. он передал музею предметы риштанского производства середины XIX в. Все красивые и нарядные керамические предметы изготовлены в Узбекистане, при этом на изделиях заметно китайское и персидское влияние.

Декоративную полихромную керамику кочевники не экспонировали, да и использовали только по особым случаям. Приём пищи сакрален, поэтому на посуде встречаются орнаменты и символы, призванные защитить от сглаза. Посуду ценили и передавали по наследству – несмотря на частые перемещения, её удавалось сохранять.

Отдельно хочется отметить риштанский ляган с изображением кувшина (фото №2). Первоначально мастер хотел написать год создания в нижней части тулова кувшина, но допустил ошибку. Он заштриховал подпись внизу и сделал всё заново сверху – 1285 г. по Хиджре, т. е. 1868 г. по христианскому летоисчислению.

В ежедневном быту использовали посуду из дерева и металла, а также глиняную, сделанную с добавлением смолы или животного клея. Её высушивали, а потом обжигали над огнём, чтобы она стала достаточно прочной.

Важный экспонат выставки – юрта XIX века, демонстрирующая быт кочевых народов. Жители степи устанавливали юрту на новом месте за 2 часа. Музейные работники юрту возвели за 2 дня. Всего же на подготовку выставки ушло 2 года. Такая вот магия цифр.

#TGT297 #Выставки #Музеи