Сегодня день рождения Альфреда Хичкока (1899 — 1980).
Мэтр часто появлялся в кадре с животными.
Здесь он невозмутимо пьёт чай со львом — символом киностудии Metro-Goldwyn-Mayer.
Лев со львом поладили.
#TGT146 #ВечернийЧай #ДеньРождения
Мэтр часто появлялся в кадре с животными.
Здесь он невозмутимо пьёт чай со львом — символом киностудии Metro-Goldwyn-Mayer.
Лев со львом поладили.
#TGT146 #ВечернийЧай #ДеньРождения
❤16👍4🥰3😁1
Для меня Дом фарфора – магазин на Мясницкой улице, где я купил свой первый веджвудовский предмет.
Здание было построено по заказу фарфорового магната Матвея Кузнецова по проекту Фёдора Шехтеля на рубеже XIX-XX вв.
Здесь располагалась контора и флагманский салон фарфора. Главное здание и его крыло в переулке неоднократно надстраивалось – сейчас там по 5 этажей (изначально было 3 и 2 соответственно).
После событий 1917 г. в особняке базировались другие организации. Фарфор вернулся туда на излёте 1950-х гг. На фотографии 1984 г. над оконными проёмами на фасаде можно видеть вывески «Стекло», «Фарфор» и «Хрусталь» и консольные вывески «Хрусталь» и «Стекло» друг над другом.
В 1990-е гг. в Доме фарфора на первом этаже открылся салон «Гледиз», где снова продавали посуду. Несколько лет назад он закрылся, и помещения на первом этаже пустовали.
В июле 2020 г. я приехал посмотреть, как трудкоммуна «Вспомнить всё» раскрывала исторические вывески Товарищества М.С. Кузнецова – к тому моменту можно было увидеть первую, и шли работы над второй (фотографии мои). Вывески увековечены в граните и покрыты сусальным золотом. Во время «ремонта» нулевых всю эту красоту заштукатурили, причём золотые надписи предварительно диагонально пропилили, чтобы раствор лучше лёг.
В Большом Златоустинском, в двух шагах от главного входа, в прошлом августе открылся новый «Гледиз», где товарные остатки продают по старым ценам (новый владелец сказал, что их не меняли). Дорогая посуда по-прежнему дорогая (фруктовница Wedgwood из джаспера – 99 000 руб.), но можно найти английские кружки-чашки по тысяче.
Фотографии я сделал в начале этого года, поэтому в витринах видно новогоднее убранство. Пока ещё работают – стоит на это посмотреть.
#TGT147 #ANJLongRead #Магазины
Здание было построено по заказу фарфорового магната Матвея Кузнецова по проекту Фёдора Шехтеля на рубеже XIX-XX вв.
Здесь располагалась контора и флагманский салон фарфора. Главное здание и его крыло в переулке неоднократно надстраивалось – сейчас там по 5 этажей (изначально было 3 и 2 соответственно).
После событий 1917 г. в особняке базировались другие организации. Фарфор вернулся туда на излёте 1950-х гг. На фотографии 1984 г. над оконными проёмами на фасаде можно видеть вывески «Стекло», «Фарфор» и «Хрусталь» и консольные вывески «Хрусталь» и «Стекло» друг над другом.
В 1990-е гг. в Доме фарфора на первом этаже открылся салон «Гледиз», где снова продавали посуду. Несколько лет назад он закрылся, и помещения на первом этаже пустовали.
В июле 2020 г. я приехал посмотреть, как трудкоммуна «Вспомнить всё» раскрывала исторические вывески Товарищества М.С. Кузнецова – к тому моменту можно было увидеть первую, и шли работы над второй (фотографии мои). Вывески увековечены в граните и покрыты сусальным золотом. Во время «ремонта» нулевых всю эту красоту заштукатурили, причём золотые надписи предварительно диагонально пропилили, чтобы раствор лучше лёг.
В Большом Златоустинском, в двух шагах от главного входа, в прошлом августе открылся новый «Гледиз», где товарные остатки продают по старым ценам (новый владелец сказал, что их не меняли). Дорогая посуда по-прежнему дорогая (фруктовница Wedgwood из джаспера – 99 000 руб.), но можно найти английские кружки-чашки по тысяче.
Фотографии я сделал в начале этого года, поэтому в витринах видно новогоднее убранство. Пока ещё работают – стоит на это посмотреть.
#TGT147 #ANJLongRead #Магазины
❤17❤🔥4🔥3👏1
Так ли прост, как пуговица?
В 1880 г. в городке Беверли (штат Массачусетс) Джон Морли изобрёл, а годом позже запатентовал станок для автоматической подачи и пришивания пуговиц к кожаным ботинкам. Перспективы были большие: популярность такой обуви росла с середины XIX в.
Последующее десятилетие Морли бился над усовершенствованием станка. Проблема была в пуговицах: одинаковых как на подбор в то время практически не было.
Нужно было самому делать «правильные» пуговицы, но где найти инвестора?
Чарльз Синклер, «серийный» предприниматель из Портсмута, узнал о существовании маленькой компании в соседнем штате. Синклер и его деловой партнёр, Уолтер Беннетт, вышли на Морли и вскоре организовали совместное предприятие по производству пуговиц из (древесных) волокон – Morley Button Manufacturing Company.
В 1895 г. Синклер договаривается с властями Портсмута о временном освобождении от уплаты налогов при условии, что он перенесёт производство в город. В том же году фабрика была заново выстроена на бывшем поле для крикета.
Пуговичное дело шло так хорошо, что необходимость в производстве «пришивательных» станков отпала. Ещё компания делала декоративные (обивочные) гвозди для мягкой мебели, пуговицы для матрасов и каретной стяжки. К концу века ассортимент пополнился и пуговицами для одежды, в частности, из эбонита.
После первой мировой войны обувь на пуговицах стала терять популярность. Впрочем, к тому моменту основной объём производства компании приходился на одёжные пуговицы. Зато компания столкнулась с нехваткой сырья и было решено самостоятельно производить его.
Поиск новых материалов привёл к тому, что компания начала делать пластиковые пуговицы, клише для печати, подошвы для обуви и даже тишки для гольфа.
Продолжение.
#TGT148 #ANJLongRead #Одежда
В 1880 г. в городке Беверли (штат Массачусетс) Джон Морли изобрёл, а годом позже запатентовал станок для автоматической подачи и пришивания пуговиц к кожаным ботинкам. Перспективы были большие: популярность такой обуви росла с середины XIX в.
Последующее десятилетие Морли бился над усовершенствованием станка. Проблема была в пуговицах: одинаковых как на подбор в то время практически не было.
Нужно было самому делать «правильные» пуговицы, но где найти инвестора?
Чарльз Синклер, «серийный» предприниматель из Портсмута, узнал о существовании маленькой компании в соседнем штате. Синклер и его деловой партнёр, Уолтер Беннетт, вышли на Морли и вскоре организовали совместное предприятие по производству пуговиц из (древесных) волокон – Morley Button Manufacturing Company.
В 1895 г. Синклер договаривается с властями Портсмута о временном освобождении от уплаты налогов при условии, что он перенесёт производство в город. В том же году фабрика была заново выстроена на бывшем поле для крикета.
Пуговичное дело шло так хорошо, что необходимость в производстве «пришивательных» станков отпала. Ещё компания делала декоративные (обивочные) гвозди для мягкой мебели, пуговицы для матрасов и каретной стяжки. К концу века ассортимент пополнился и пуговицами для одежды, в частности, из эбонита.
После первой мировой войны обувь на пуговицах стала терять популярность. Впрочем, к тому моменту основной объём производства компании приходился на одёжные пуговицы. Зато компания столкнулась с нехваткой сырья и было решено самостоятельно производить его.
Поиск новых материалов привёл к тому, что компания начала делать пластиковые пуговицы, клише для печати, подошвы для обуви и даже тишки для гольфа.
Продолжение.
#TGT148 #ANJLongRead #Одежда
👍9❤🔥5🔥4❤1
🔥7❤🔥2❤2👍2
Продолжение истории компании Morley. Начало см. здесь.
С расширением ассортимента увеличивались мощности фабрики. Все площади трёхэтажного главного здания отдали под производство, построили многочисленные вспомогательные сооружения, включая отдельное крыло с полусотней печей, электростанцию и фабрику по переработке сырья.
Все годы своего существования компания скупала конкурентов, забирала всё интересное и душила остатки производства.
Например, во время Второй мировой войны компания приобрела производителя сырья Herkimer Fiber и упаковки Tite, а вскоре начала поставлять для нужд армии противогазы.
И снова после вoйны меняется мода: спрос на одёжные пуговицы падает, на молнии – растёт. Компания переключается на пуговицы для матрасов и остаётся на плаву. С восстановлением экономики к 1950 г. Морли снова занимает «пуговичный пьедестал» – за год было изготовлено 500 млн пуговиц.
По всему миру ручной труд вытесняли станки. Компания Морли начинает производить перфокарты для станков, необходимые другим производствам, но скорая компьютеризация делает их рудиментом.
Дальнейшая судьба компании теряется в дебрях истории. Во второй половине XX в. менялись владельцы. Очевидно, фортуна изменила Морли, и всё пошло на спад.
Всё, что осталось – здание фабрики в Портсмуте. Сейчас это среда для «креативного класса». Здания винзаводов, хлебозаводов и проч. играют новую роль.
Другое «объектное» свидетельство существования компании – наборы пуговиц (открывается через VPN) в брендированной коробочке, которые изредка можно встретить в продаже.
При подготовке постов использованы архивные материалы из Portsmouth Athenaeum.
#TGT150 #ANJLongRead #Одежда
С расширением ассортимента увеличивались мощности фабрики. Все площади трёхэтажного главного здания отдали под производство, построили многочисленные вспомогательные сооружения, включая отдельное крыло с полусотней печей, электростанцию и фабрику по переработке сырья.
Все годы своего существования компания скупала конкурентов, забирала всё интересное и душила остатки производства.
Например, во время Второй мировой войны компания приобрела производителя сырья Herkimer Fiber и упаковки Tite, а вскоре начала поставлять для нужд армии противогазы.
И снова после вoйны меняется мода: спрос на одёжные пуговицы падает, на молнии – растёт. Компания переключается на пуговицы для матрасов и остаётся на плаву. С восстановлением экономики к 1950 г. Морли снова занимает «пуговичный пьедестал» – за год было изготовлено 500 млн пуговиц.
По всему миру ручной труд вытесняли станки. Компания Морли начинает производить перфокарты для станков, необходимые другим производствам, но скорая компьютеризация делает их рудиментом.
Дальнейшая судьба компании теряется в дебрях истории. Во второй половине XX в. менялись владельцы. Очевидно, фортуна изменила Морли, и всё пошло на спад.
Всё, что осталось – здание фабрики в Портсмуте. Сейчас это среда для «креативного класса». Здания винзаводов, хлебозаводов и проч. играют новую роль.
Другое «объектное» свидетельство существования компании – наборы пуговиц (открывается через VPN) в брендированной коробочке, которые изредка можно встретить в продаже.
При подготовке постов использованы архивные материалы из Portsmouth Athenaeum.
#TGT150 #ANJLongRead #Одежда
👍6🔥3❤2👏2
Поиски фотографий фарфора не всегда приводят в издания про дизайн и lifestyle.
На сайте «Московского Комсомольца» размещена статья «110 лет со дня рождения Сергея Михалкова». В галерее есть фотография с застолья в честь 90-летия поэта.
На ней угадываются предметы из коллекции Wedgwood Cornucopia («Рог изобилия») с 22-каратным золотом – салатник, сливочник и др. Это костяной фарфор, и здесь обыгрывается мифология: единороги, сатиры – всякие сказочные существа. Компания производила также вазы, шкатулки, часы и другие интерьерные предметы с этим паттерном.
Были в том числе и линейки Cornucopia для HoReCa (Cornucopia Ruby & Blue).
Паттерн продаётся с 1995 г. Чайные чашки Cornucopia на сайте компании есть в двух вариантах: с прямыми стенками (210 мл) и округлые на ножках (170 мл) [стоят по 85 фунтов]. Чашки на ножках называются Leigh – эту форму, известную с 1910-х гг., в 1950-е гг. обновил Норман Уилсон (в то время – директор по производству).
Но в кадре с чаепития на сайте «Российской газеты» видны чашки другой формы – Victoria – они тоже на ножках, но более вытянутые, с расширяющимся кверху туловом и со слегка отогнутым краем.
Встречаются они куда реже, чем Leigh – на имиджевой фотографии Cornucopia такой формы нет. Более того, на сайте компании нет ни одной чашки формы Victoria и даже на сайте Replacements, Ltd. она out of stock.
#TGT151 #ANJLongRead #ФарфорВИнтерьере #Wedgwood
На сайте «Московского Комсомольца» размещена статья «110 лет со дня рождения Сергея Михалкова». В галерее есть фотография с застолья в честь 90-летия поэта.
На ней угадываются предметы из коллекции Wedgwood Cornucopia («Рог изобилия») с 22-каратным золотом – салатник, сливочник и др. Это костяной фарфор, и здесь обыгрывается мифология: единороги, сатиры – всякие сказочные существа. Компания производила также вазы, шкатулки, часы и другие интерьерные предметы с этим паттерном.
Были в том числе и линейки Cornucopia для HoReCa (Cornucopia Ruby & Blue).
Паттерн продаётся с 1995 г. Чайные чашки Cornucopia на сайте компании есть в двух вариантах: с прямыми стенками (210 мл) и округлые на ножках (170 мл) [стоят по 85 фунтов]. Чашки на ножках называются Leigh – эту форму, известную с 1910-х гг., в 1950-е гг. обновил Норман Уилсон (в то время – директор по производству).
Но в кадре с чаепития на сайте «Российской газеты» видны чашки другой формы – Victoria – они тоже на ножках, но более вытянутые, с расширяющимся кверху туловом и со слегка отогнутым краем.
Встречаются они куда реже, чем Leigh – на имиджевой фотографии Cornucopia такой формы нет. Более того, на сайте компании нет ни одной чашки формы Victoria и даже на сайте Replacements, Ltd. она out of stock.
#TGT151 #ANJLongRead #ФарфорВИнтерьере #Wedgwood
❤11👍7🔥3