Почему молчит наука (на орбите лает ...)
Некоторые товарищи высказывают возмущение по поводу отсутствия внятных комментариев документов и слухов о биологических программах армии США, по-видимому, имевших место в специально созданных лабораториях на Украине.
Спешу по этому поводу заметить следующее:
1) Врач старается в первую очередь не навредить
2) Журналист старается успеть первым (к слову, генерал иногда тоже)
3) Ученый в норме старается не налажать.
Из представленных данных действительно возникает некое смутное беспокойство. Но их (данных) никак не достаточно для однозначных выводов. По всей видимости соответствующие специалисты ведут на месте поиск причастных к проектам лиц и вдумчиво с ними беседуют. Есть и вторая сторона: гораздо более, чем списки штаммов и прочие биологические данные, значение имеют процедуры работы, которые видны из документов не столько микробиологам, сколько тем, кто имел дело с особо опасными инфекциями или серьезным микробиологическим производством. То есть, дьявол, как обычно, в деталях. И творческое гугление людей даже с профильным биологическим образованием тут не очень работает.
Поэтому серьезные микробиологи по этому поводу молчат (см. п 3), а их коллеги "с высокими запралатами, но без публикаций" изучают более полные подборки документов и/или работают непосредственно на месте событий.
Некоторые товарищи высказывают возмущение по поводу отсутствия внятных комментариев документов и слухов о биологических программах армии США, по-видимому, имевших место в специально созданных лабораториях на Украине.
Спешу по этому поводу заметить следующее:
1) Врач старается в первую очередь не навредить
2) Журналист старается успеть первым (к слову, генерал иногда тоже)
3) Ученый в норме старается не налажать.
Из представленных данных действительно возникает некое смутное беспокойство. Но их (данных) никак не достаточно для однозначных выводов. По всей видимости соответствующие специалисты ведут на месте поиск причастных к проектам лиц и вдумчиво с ними беседуют. Есть и вторая сторона: гораздо более, чем списки штаммов и прочие биологические данные, значение имеют процедуры работы, которые видны из документов не столько микробиологам, сколько тем, кто имел дело с особо опасными инфекциями или серьезным микробиологическим производством. То есть, дьявол, как обычно, в деталях. И творческое гугление людей даже с профильным биологическим образованием тут не очень работает.
Поэтому серьезные микробиологи по этому поводу молчат (см. п 3), а их коллеги "с высокими запралатами, но без публикаций" изучают более полные подборки документов и/или работают непосредственно на месте событий.
Москва и Киев объявили перерыв в переговорах о демилитаризации и денацификации Украины. – сообщает нам Лента.ру. Видимо, это все, что нужно знать об этих переговорах. Впрочем, вероятно, укросми называют их переговорами о контрибуциях и репарациях. Интересно, как при этом перговорщикам удалось найти какие-то "общие позиции", о которых сообщалось ранее. Вероятно, они делают усилия, чтобы не читать газет перед обдом. Никаких.
«В переговорах взята техническая пауза до завтра. Для дополнительной работы в рабочих подгруппах и уточнения отдельных определений», — сообщил Подоляк. ....Тем временем в Мариуполе....
«Настоящим сообщением я вызываю Владимира Путина на поединок один на один. Ставка — Украина» написал, как сообщают, Илон Маск. Так кому же сейчас принадлежит Украина? Путину или Маску?
"За время существования лабораторий Вашингтон с союзниками вывез с Украины как минимум 16 тысяч биопроб. <Генерал-лейтенант>Кириллов <начальник войск РХБЗ ВС РФ> утверждает, что в лабораториях изучался естественный иммунитет населения с целью выявления наиболее опасного патогена для жителей определенного региона."
Именно об этом мы с самого начала и говорили. "Этноспецифическое оружие", разрабатываемое по данным анализа славянских или любых иных генотипов – это хрень собачья, а вот анализ профилей иммунитета куда более разумное направление военно-прикладной биологии.
Именно об этом мы с самого начала и говорили. "Этноспецифическое оружие", разрабатываемое по данным анализа славянских или любых иных генотипов – это хрень собачья, а вот анализ профилей иммунитета куда более разумное направление военно-прикладной биологии.
Хорошее системное интервью А. Барановой про ковид. Спойлер: радоваться рано https://lenta.ru/articles/2022/03/21/korona5/
Lenta.RU
«Коронавирус очень подлый» Правда ли, что пандемия в России и в мире закончилась? Отвечает биолог
Еще недавно без сертификатов о вакцинации во многих городах не пускали в рестораны, музеи и супермаркеты, а сейчас во множестве стран мира снимают коронавирусные ограничения, в Москве больше не обязательно носить маски. Действительно ли ковид исчез или ослаб…
Медуза публикует грустные пораженческие анализы хода спецоперации. С их точки зрения ВС РФ исчерпали возможности эффективно наступать на данный момент (хотя, возможно, смогут собрать ресурсы и сделать это в дальнейшем). По здравом размышлении я решил мезоглийной пропаганде не поверить. Если вообразить себя начальником Генштаба, то в текущей ситуации (как мы ее себе предствляем), я бы решил, что ресурсы противника тают гораздо быстрее, чем мои. Ибо чудес не бывает, и как бы не напрягали свои силы героические защитники населенных пунктов, которые пришлось обойти, чтобы атаковать наши колонны и пути снабжения, но господство в воздухе и подавляющее преимущество в огневой мощи не может не сказываться. Поэтому спешить я бы никуда не стал, разменивая время на жизни солдат противника, а не своих. Что, как мы видим, примерно и происходит. И это хорошо т.к. для ускорения процесса пришлось бы терять либо своих людей, либо мирных жителей сносимых под основание городов и поселков. Последнее вряд ли приемлемо, тем более, что главные бои идут на территориях ЛДНР, которые как раз и собирались защищать, а не уничтожать.
Посмотрел текст интервью Зеленского российским журналистам. Надо признать, согласен с позицией РКН (тоже удивительно, не мог себе представить, что хоть раз соглашусь с этой конторой, которую по моему мнению нужно в будущем раскассировать), который пытается запретить нашим СМИ публиковать это произведение. И не потому, что это интервью как-то подрывает боевой дух в тылу, а потому, что при всей своей слезливой эмоциональности (В.З. неплохой актер действительно) очень играет на руку расчеловечиванию противника, а я категорически не готов мириться с такой тенденцией.
Тут некоторые товарищи в комментариях к новостям любят повторять мантру, что украинские пленные в плену начинают осознавать и на камеру признавать, что попали в какую-то нехорошую историю, а до того-де кричали "Слава Украине" и воевали бок о бок с трушными нацистами, а следовательно ату их.
С такой постановкой вопроса соглашаться ни в коем случае нельзя.
В плену отключается телекран и снимается безумная движуха. Человек оказаллся тишине и в состоянии полнейшей неуверенности в том, что с ним будет. А времени подумать теперь достаточно. Естественно, что идеи меняются. Сложно ожидать от призывников в воюющей части системного противостояния пропаганде. Да и не возможно воевать, считая, что ты делаешь неправое дело. А не воевать тоже невозможно, ибо ты призван, вынуждено принял присягу и просто так пойти сдаться тоже не можешь – свои же пристрелят. Поэтому к пленным нужно относиться номально. В основе своей это примерно такие же люди, как и мы. За исключением 10% специфических подонков.
К слову, многие немецкие солдаты, работавшие в плену после войны, говорили о человеческом отношении советских граждан к ним. А ведь тогда советские люди гораздо больше могли предъявить пленным вермахта, чем мы сегодня ВСУ. Да и нацизам на Украине по сравнению с олдскульным Третьим рейхом какой-то жалкий (и слава богу, конечно). Так что нет, никак нельзя расчеловечивать противника. Особенно, когда он уже сдался.
Кроме того, повтори еще и еще раз: война развивается по военной логике. И враг сражается очень храбро. Я не уверен, что способен на такую же стойкость, как те же морпехи, сдавшиеся только вчера, а не месяц назад, когда их положение стало очевидно безнадежным. Даже на дуэли человек, который не хотел убивать оппонента, видя нацеленный на него пистолет или клинок, часто начинал драться всерьез. Для войны это нормально. С той стороны люди, как и с этой. Даже если душок нацизма на Украине превратился в отчетливое смердило. В 19 веке, когда дрались постоянно, это очень хорошо понимали.
С такой постановкой вопроса соглашаться ни в коем случае нельзя.
В плену отключается телекран и снимается безумная движуха. Человек оказаллся тишине и в состоянии полнейшей неуверенности в том, что с ним будет. А времени подумать теперь достаточно. Естественно, что идеи меняются. Сложно ожидать от призывников в воюющей части системного противостояния пропаганде. Да и не возможно воевать, считая, что ты делаешь неправое дело. А не воевать тоже невозможно, ибо ты призван, вынуждено принял присягу и просто так пойти сдаться тоже не можешь – свои же пристрелят. Поэтому к пленным нужно относиться номально. В основе своей это примерно такие же люди, как и мы. За исключением 10% специфических подонков.
К слову, многие немецкие солдаты, работавшие в плену после войны, говорили о человеческом отношении советских граждан к ним. А ведь тогда советские люди гораздо больше могли предъявить пленным вермахта, чем мы сегодня ВСУ. Да и нацизам на Украине по сравнению с олдскульным Третьим рейхом какой-то жалкий (и слава богу, конечно). Так что нет, никак нельзя расчеловечивать противника. Особенно, когда он уже сдался.
Кроме того, повтори еще и еще раз: война развивается по военной логике. И враг сражается очень храбро. Я не уверен, что способен на такую же стойкость, как те же морпехи, сдавшиеся только вчера, а не месяц назад, когда их положение стало очевидно безнадежным. Даже на дуэли человек, который не хотел убивать оппонента, видя нацеленный на него пистолет или клинок, часто начинал драться всерьез. Для войны это нормально. С той стороны люди, как и с этой. Даже если душок нацизма на Украине превратился в отчетливое смердило. В 19 веке, когда дрались постоянно, это очень хорошо понимали.
Forwarded from Повёрнутые на войне 🇷🇺
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Когда на 9-е мая 2022 года мы сказали: "по Красной площади должны идти МТ-ЛБ, а не "Курганцы" ", люди далекие от реальности смеялись и говорили: "не лезть со своими "мотолыгами" ". Время прошло, пришла реальность. Мы же стояли на своем и стоим - мы видели много чудных экспонатов на всевозможных выставках, но есть кровь и плоть и армии - это простое и многофункциональное решение - такое, какой и должна быть армия.
Мы очень надеемся увидеть тоже тысячи "Курганцев" в строю, но реальность, в отличие от презентации с красивыми слайдиками, совершена другая. И мы принимаем ее и благодарим всех тех, кто трудится над десятком таких машин. Пусть и со стороны такие "шушпанцеры" кажутся чудаковатыми.
Солдатам нужна огневая мощь, чтобы давить противника!
Мы очень надеемся увидеть тоже тысячи "Курганцев" в строю, но реальность, в отличие от презентации с красивыми слайдиками, совершена другая. И мы принимаем ее и благодарим всех тех, кто трудится над десятком таких машин. Пусть и со стороны такие "шушпанцеры" кажутся чудаковатыми.
Солдатам нужна огневая мощь, чтобы давить противника!
Forwarded from Артиллерия
Наблюдение знаков разрывов,
Дальномеры, линейки, масштабы…
Поработай мозгами, служивый,
Чтоб исправить оплошности штаба.
Дождь, плюс два и за шиворот ветер,
По-цыгански внахрап нападает.
- Нам соседи на стыке подсветят?
- Я не знаю, братан, я не знаю…
Все расчёты проверил вручную,
Берегу батарейки для ночи.
Дождь свернулся в крупу ледяную
И бьёт иглами пО носу точно.
«Приложуха» стоит на планшете,
Но лишь ткни мимо пальцем замёрзшим,
Так не спишешь на дождь или ветер,
Всё вручную, проверь по-хорошему.
Артиллерия… парни устало,
В хрипе станций берут поправку.
Чтобы точно, ни много, ни мало,
Как положено, бить по заявкам.
Местность - просто привязки по целям,
Здесь отмечены ориентиры,
Скинул данные, чтоб при обстреле
Всё летело бы в мир ради мира,
Всё летело бы - не напрасно,
Но доходчиво, праведно, грозно,
Горячо, искупляюще, яростно…
А иначе - к чему здесь я мёрзну?
©️ Сергей Ефимов
Дальномеры, линейки, масштабы…
Поработай мозгами, служивый,
Чтоб исправить оплошности штаба.
Дождь, плюс два и за шиворот ветер,
По-цыгански внахрап нападает.
- Нам соседи на стыке подсветят?
- Я не знаю, братан, я не знаю…
Все расчёты проверил вручную,
Берегу батарейки для ночи.
Дождь свернулся в крупу ледяную
И бьёт иглами пО носу точно.
«Приложуха» стоит на планшете,
Но лишь ткни мимо пальцем замёрзшим,
Так не спишешь на дождь или ветер,
Всё вручную, проверь по-хорошему.
Артиллерия… парни устало,
В хрипе станций берут поправку.
Чтобы точно, ни много, ни мало,
Как положено, бить по заявкам.
Местность - просто привязки по целям,
Здесь отмечены ориентиры,
Скинул данные, чтоб при обстреле
Всё летело бы в мир ради мира,
Всё летело бы - не напрасно,
Но доходчиво, праведно, грозно,
Горячо, искупляюще, яростно…
А иначе - к чему здесь я мёрзну?
©️ Сергей Ефимов
Фронтовая поэзия - дело специфическое. Помню в дестве нашел у деда книгу стихов, написанных на фронте ВОВ. Они мне очень понравились какой-то живой лихостью (в свои 9-10 лет я еще не воспринимал тяготы войны близко к сердцу). После того, как стало понятно, что СВО – это надолго, с интересом приглядываюсь, каковы они, фронтовые стихи этой войны. Это произведение мне понравилось.
Forwarded from ЧАДАЕВ
Ещё из вчерашних заметок на полях дискуссии в секции Философия Медиа-Дронницы.
Единственный путь к будущему миру — это, как ни парадоксально, добиться того, чтобы, с одной стороны, мы наконец-то научились воспринимать своих настоящих врагов именно врагами, а с другой — чтобы и они наконец начали воспринимать нас именно как своих врагов.
Сейчас это не так. В нашем официальном нарративе о происходящем есть гигантский смысловой разрыв. Мы говорим об Украине как о марионетке, лишённой собственной субъектности, управляемой и направляемой кем-то извне. Эдакий гигантский боевой беспилотник размером со страну, подчиняющийся сигналам с внешнего пульта. Но ведь, когда над тобой висит дрон противника, твоим врагом является не дрон. А оператор. И в противодронной борьбе всегда более эффективно валить внешнего пилота, а не коптер — в данном случае он достаётся тебе в качестве приза. Но этого внешнего пилота мы до сих пор выставляем его скорее как коварного кукловода, варящего нам по-тихому поганки в супе, и в то же время описываем его в категориях то ли возомнившего о себе, то ли заблудшего, но всё же «партнёра» во многих смыслах.
С другой стороны, и они не воспринимают и не описывают Россию именно как врага. Русские для них сейчас скорее преступники, нарушители некого общепринятого порядка. С преступниками не разговаривают и не договариваются, не заключают мир, не воспринимают вообще как контрагентов. Их ловят, судят, наказывают, иногда даже казнят, но во всех этих случаях речь идёт просто о правовом действии — восстановлении действия существующих правил и их безусловного исполнения. От врага никто никогда не требует соблюдать твои правила — даже если он их почему-то соблюдает, это ещё более подозрительно: если он враг, непонятно, зачем ему это понадобилось и что он замыслил. С преступником проще: ему надо попросту всё время указывать, где и что он нарушил и какое за это должен понести наказание.
Наконец, и это самое главное: с врагом — и только с ним — можно заключать мир. Обоюдно признавая тем самым прекращение вражды и условия, на которых это происходит.
Это важный, контрынтуитивный шаг: мы должны увидеть, описать и назвать своего настоящего врага, а также добиться того, чтобы и он, в свою очередь, признал нас именно врагом. Пока этого не будет сделано — не будет и мира.
Единственный путь к будущему миру — это, как ни парадоксально, добиться того, чтобы, с одной стороны, мы наконец-то научились воспринимать своих настоящих врагов именно врагами, а с другой — чтобы и они наконец начали воспринимать нас именно как своих врагов.
Сейчас это не так. В нашем официальном нарративе о происходящем есть гигантский смысловой разрыв. Мы говорим об Украине как о марионетке, лишённой собственной субъектности, управляемой и направляемой кем-то извне. Эдакий гигантский боевой беспилотник размером со страну, подчиняющийся сигналам с внешнего пульта. Но ведь, когда над тобой висит дрон противника, твоим врагом является не дрон. А оператор. И в противодронной борьбе всегда более эффективно валить внешнего пилота, а не коптер — в данном случае он достаётся тебе в качестве приза. Но этого внешнего пилота мы до сих пор выставляем его скорее как коварного кукловода, варящего нам по-тихому поганки в супе, и в то же время описываем его в категориях то ли возомнившего о себе, то ли заблудшего, но всё же «партнёра» во многих смыслах.
С другой стороны, и они не воспринимают и не описывают Россию именно как врага. Русские для них сейчас скорее преступники, нарушители некого общепринятого порядка. С преступниками не разговаривают и не договариваются, не заключают мир, не воспринимают вообще как контрагентов. Их ловят, судят, наказывают, иногда даже казнят, но во всех этих случаях речь идёт просто о правовом действии — восстановлении действия существующих правил и их безусловного исполнения. От врага никто никогда не требует соблюдать твои правила — даже если он их почему-то соблюдает, это ещё более подозрительно: если он враг, непонятно, зачем ему это понадобилось и что он замыслил. С преступником проще: ему надо попросту всё время указывать, где и что он нарушил и какое за это должен понести наказание.
Наконец, и это самое главное: с врагом — и только с ним — можно заключать мир. Обоюдно признавая тем самым прекращение вражды и условия, на которых это происходит.
Это важный, контрынтуитивный шаг: мы должны увидеть, описать и назвать своего настоящего врага, а также добиться того, чтобы и он, в свою очередь, признал нас именно врагом. Пока этого не будет сделано — не будет и мира.
Комментируя мысль А. Чадаева выше:
Как бы ни были управляемы украинские элиты, они стойко держаться. Если мы думаем, что Зеленский или Залужный полностью уверены в своем завтрашнем дне и демонически потирают руки, бросая в топку тысячи своиг граждан, это вряд ли будет верным описанием. Эти ребята, с кокаином или без, держат такое напряжение, которое большинство из нас с вами не смогли бы вынести и в течение одной недели.
Украинские солдаты сражаются отчаяно и смело. Они выстояли в невероятно сложный момент, когда ВС РФ имели подавляющее превосходство во всем. Даже сегодня, если представить войну в качестве стратегической игры, участник, играющий за Россию явно находится в сильно преимущественной позиции. Тем не менее, они обороняют каждый дом в Бахмуте, выдерживают жесточайший огонь нашей артиллерии, поднимают в воздух оставшиеся самолеты, не смотря на то, что каждый вылет имеет очень большие шансы стать последним.
Все это, не смотря на все нацисткие шевроны, бытовой канибализм и пренебрежение жизнями собственного гражданского населения, не может не вызывать уважения. Как бы ни хотелось солдатам противника не попадать на передовую, оказавшись там они деруться как львы. Вся их страна, в отличии от нашей, стиснув зубы терпит, прилагает усилия, надеется на победу. И это вызывает уважение.
Однако "– Яньянь, вы знаете, что является проявлением высочайшего уважения к расе или цивилизации? – Нет. Что? – Полное ее уничтожение. ..." (Лю Цысинь)
Так давайте же отдадим врагу должное. Они сто крат заслужили, чтобы мы воспринимали их как жестокого и сильного врага, а не как толпу заблудших овец, распропагандированных западными комиссарами.
Как бы ни были управляемы украинские элиты, они стойко держаться. Если мы думаем, что Зеленский или Залужный полностью уверены в своем завтрашнем дне и демонически потирают руки, бросая в топку тысячи своиг граждан, это вряд ли будет верным описанием. Эти ребята, с кокаином или без, держат такое напряжение, которое большинство из нас с вами не смогли бы вынести и в течение одной недели.
Украинские солдаты сражаются отчаяно и смело. Они выстояли в невероятно сложный момент, когда ВС РФ имели подавляющее превосходство во всем. Даже сегодня, если представить войну в качестве стратегической игры, участник, играющий за Россию явно находится в сильно преимущественной позиции. Тем не менее, они обороняют каждый дом в Бахмуте, выдерживают жесточайший огонь нашей артиллерии, поднимают в воздух оставшиеся самолеты, не смотря на то, что каждый вылет имеет очень большие шансы стать последним.
Все это, не смотря на все нацисткие шевроны, бытовой канибализм и пренебрежение жизнями собственного гражданского населения, не может не вызывать уважения. Как бы ни хотелось солдатам противника не попадать на передовую, оказавшись там они деруться как львы. Вся их страна, в отличии от нашей, стиснув зубы терпит, прилагает усилия, надеется на победу. И это вызывает уважение.
Однако "– Яньянь, вы знаете, что является проявлением высочайшего уважения к расе или цивилизации? – Нет. Что? – Полное ее уничтожение. ..." (Лю Цысинь)
Так давайте же отдадим врагу должное. Они сто крат заслужили, чтобы мы воспринимали их как жестокого и сильного врага, а не как толпу заблудших овец, распропагандированных западными комиссарами.
Многие СМИ и ТГ-каналы обсуждают опрос ВЦИОМ, согласно которому 82% россиян сообщили, что не испытывают "неприязни к мигрантам". Тут же на разных площадках стали проводить похожие опросы с предсказуемо иными результатами (например, на ПнВ (https://t.me/voenacher/68914) 73 % в той или иной степени ощущают к ним неприязнь).
Мне подобные разговоры не нравятся, поскольку сильно упрощая и уплощая (от слова плоскость) проблему, они носят провокационный характер, играя на ложной дихотомии: либо признай себя ксенофобом, либо заставь себя поверить, что все Ок.
Но есть, как говорят, нюансы. Так, например, в нашем в районе очень много мигрантов из средней Азии, несколько семей живут у нас в подъезде. В большинстве совем это адекватные, вежливые люди, здороваются с соседями, работают, растят многочисленных и тоже вежливых детей. У нас рядом есть ориентальная столовая, где я сегодня купил за недорого очень вкусный обед, а еще есть две ориентального типа парикмахерсих, еще одно кафе, автомойка, а также толпа курьеров. Но при виде всего этого благолепия, мы, с молоком коммунистической партии впитавшие неприятие ксенофобии, начинаем испытывать некоторый дискомфорт при виде всех этих милых и добропорядочных людей, медленно сжимающих кольцо. Есть еще нюанс: мы испытываем раздражение от некачественного сервиса, осуществляемым некоторыми иностранными специалистами, едва говорящими на русском языке, дурно владеющими ремеслом, и считающими что все это нормально. Что никак не мешает с уважением относиться к другим подобным специалистам, которые делают свое дело хорошо. При этом мы ни в коей мере не испытываем личной неприязни ни к кому из этих людей по причине того, что они из Азии. Это вообще не про личную неприязнь, слово использовано крайне неудачное.
Еще нюанс: "понаехвашие" гости из других регионов, например, негры и латиносы из окрестных вузовских общаг, молодые китайцы, прогуливающиеся в парке, а также не слишком заметные на фоне оставшегося коренного населения белорусы, украинцы и прочие французы с англичанами вообще никакого беспокойства не вызывают, хотя технически они тоже мигранты.
В целом, если разобраться более тщательно, к чему мы, пока еще составляющие большинство в России, испытываем неприязнь или, наоборот, душевное приятие, проблемы с этикой исчезают, а вот проблемы с одобрением миграционной политики остаются. И да, попытки развести нас на ложном противопоставлении тоже вызывают неприязнь, да еще такую, что прямо кушать сложно становится время от времени.
Мне подобные разговоры не нравятся, поскольку сильно упрощая и уплощая (от слова плоскость) проблему, они носят провокационный характер, играя на ложной дихотомии: либо признай себя ксенофобом, либо заставь себя поверить, что все Ок.
Но есть, как говорят, нюансы. Так, например, в нашем в районе очень много мигрантов из средней Азии, несколько семей живут у нас в подъезде. В большинстве совем это адекватные, вежливые люди, здороваются с соседями, работают, растят многочисленных и тоже вежливых детей. У нас рядом есть ориентальная столовая, где я сегодня купил за недорого очень вкусный обед, а еще есть две ориентального типа парикмахерсих, еще одно кафе, автомойка, а также толпа курьеров. Но при виде всего этого благолепия, мы, с молоком коммунистической партии впитавшие неприятие ксенофобии, начинаем испытывать некоторый дискомфорт при виде всех этих милых и добропорядочных людей, медленно сжимающих кольцо. Есть еще нюанс: мы испытываем раздражение от некачественного сервиса, осуществляемым некоторыми иностранными специалистами, едва говорящими на русском языке, дурно владеющими ремеслом, и считающими что все это нормально. Что никак не мешает с уважением относиться к другим подобным специалистам, которые делают свое дело хорошо. При этом мы ни в коей мере не испытываем личной неприязни ни к кому из этих людей по причине того, что они из Азии. Это вообще не про личную неприязнь, слово использовано крайне неудачное.
Еще нюанс: "понаехвашие" гости из других регионов, например, негры и латиносы из окрестных вузовских общаг, молодые китайцы, прогуливающиеся в парке, а также не слишком заметные на фоне оставшегося коренного населения белорусы, украинцы и прочие французы с англичанами вообще никакого беспокойства не вызывают, хотя технически они тоже мигранты.
В целом, если разобраться более тщательно, к чему мы, пока еще составляющие большинство в России, испытываем неприязнь или, наоборот, душевное приятие, проблемы с этикой исчезают, а вот проблемы с одобрением миграционной политики остаются. И да, попытки развести нас на ложном противопоставлении тоже вызывают неприязнь, да еще такую, что прямо кушать сложно становится время от времени.
Telegram
Повёрнутые на Z войне 🇷🇺
Зафиксируем опрос, пока никакой редиска не нагнал ботов.
Вот вам и ВЦИОМ. Еще и в администрацию президента понесут свой опрос из мира розовых пони.
Вот вам и ВЦИОМ. Еще и в администрацию президента понесут свой опрос из мира розовых пони.
Пишут, что Фарион умерла в больнице. Мы, конечно, не станем по ней скорбеть, но я придерживаюсь мнения, что терроризм – это плохо. Возможно, она заслуживала расстрела по приговору военно-полевого суда, но убивать тех, кто говорит что-то неприятное и даже неприемлемое - плохо. Впрочем, я полагаю, что это внутриукраинские разборки, а когда у врага твориться что-то плохое, для нас это может быть хорошо.
